empty gold

Юнги — это мрачный набор букв. Это матовые пальцы и учащённое дыхание, когда Намджун его касается. Когда Юнги улыбается — это сродни чуть ли не волшебству. Улыбка слабая, почти прозрачная, а глаза подёрнуты дымкой, но, боги, это восхитительно! Всякий раз, когда Джун по криворукости своей разбивает у него на кухне одну из тех крохотных чашек для кофе, Юнги лишь недовольно качает головой и притворно ворчит. На большее он не способен. Слишком хрупкий, слишком воздушный для тяжёлых слов и громких криков. Он действительно такой. Кожа — мрамор, светлые волосы и белёсая радужка. Это странно и неправильно; до абсурда не сочетается цвет глаз и темнота, с рождения окутывающая Юнги. Он часто попрекает Намджуна за то, что тот возится с ним, как с ребёнком, на что Намджун осторожно напоминает, что без него Юнги сам себе даже поесть не приготовит. Тот только сердито пыхтит и на ощупь отвешивает младшему необидный подзатыльник. И внутри соглашается с очевидной и довольно неприятной правдой. Одинокий слепец изголодал бы и умер в своём большом холодном доме, где большинство комнат покрыто густой пылью. Юнги честно не помнит, как Намджун появился в его жизни. Он просто был. Пришёл, представился и стал единственной опорой, источником тепла, звука и света. У него всё никак не завянут розы на маленьком прикроватном столике. Юнги ощупывает прохладные лепестки и диву даётся: это как вообще? Видимо, больная намджунова любовь распространяется не только на людей. Любовь. Юнги смакует это слово и отказывается верить. Это какое-то сумасшествие, цирк, фальшь и халтура. Ему отдают себя целиком, но взамен получают лишь пародию на улыбку и тихий шелест слов. Джуну должно быть обидно, но… Пока он сидит, погруженный в мысли, сзади неслышно подходит Намджун и несмело касается обнажённого плеча; Юнги обожает широкие свитера. Пальцы у парня холодные и немного обжигают кожу, но Юнги лишь мимолётно морщится и растягивает губы, оборачиваясь. Так ли ты зависим от меня, как я от тебя? Так ли ты безумен, как я? Если нет, то не теряй времени — беги. Если да — я положу к твоим ногам всю свою никчёмную жизнь, только не бросай меня на съедение темноте.