Ближе, чем сестры

Мишонн думает, что убьет Андреа, если та не прекратит рассказывать о своей группе. Перережет суке горло, чтобы та, наконец, заткнулась. Андреа слишком много говорит. Вообще-то, говорит она не так часто, но после мертвой тишины, окружавшей Мишонн все эти месяцы, каждое слово заставляет морщиться. Когда Андреа говорит, Майк замолкает на мгновение, а после начинает передразнивать ее, как делал это давно, задолго до своей смерти, и Мишонн хочется сказать ему "заткнись", и это ее злит. Майк был с ней гораздо дольше, чем Андреа, и то, что Мишонн хочется заступиться за нее, а не за своего, пусть и мертвого, бойфренда, раздражает. Они спорят между собой, куда следует идти, и Андреа теряется, когда Мишонн предлагает ей указать направление. Куда ушли ее так называемые друзья, бросившие ее посреди леса. После этих слов Андреа замыкается в себе, смотрит зло исподлобья и ее пальцы чуть подрагивают, словно она нажимает курок пистолета. Мишонн чувствует, что она сама раздражает свою новую знакомую с такой же силой, как и та ее. У Андреа ноги сбиты в кровь, но она молчит, не скулит и не жалуется, как положено блондинке из Калифорнии, лишь упрямо идет след в след за Мишонн. Единственное, в чем она не отказывается себе удовольствия пожаловаться - оружие. Ей нужно оружие. Мишонн думает, что это похоже на эгоистичное нытье ребенка о желанной игрушке. Мишонн говорит ей заткнуться еще до входа в пригород, и Андреа называет ее такими словами, которых не пристало использовать хорошим девушкам. Они переругиваются шепотом, и это приносит какое-то странное, неправильное облегчение. В твоей группе был хоть кто-то, кому ты нравилась, спрашивает Мишонн, и Андреа вспыхивает возмущенно, поджимает нижнюю губу и замолкает сразу. Она молчит, когда они заглядывают в местный магазинчик с оружием, практически весь разгромленный, и это какое-то невероятное везение, что они находят оружие и патроны к нему. Андреа держит глок так нежно, как мать новорожденное дитя. Андреа молчит, когда они отбиваются от ходячих, и, в отличии от спокойной Мишонн, она дерется так, словно цепляется за жизнь обеими руками. Ей, видимо, нестерпимо хочется выстрелить, но соблюдать тишину гораздо важнее. Андреа молчит, когда они находят безопасное место, в котором можно переночевать вдвоем, в котором даже есть вода - пусть и холодная - и Мишонн начинает скучать по ее раздражающему голосу. Нам надо найти твоих, говорит Мишонн в темноте, и закрывает глаза. Вместо ответа Андреа ложится рядом с ней, упирается своими костлявым локтем в ее бок, и на мгновение прижимается щекой к плечу. Они засыпают близко, словно сестры, и Мишонн впервые не видит во сне своих мертвых дочерей.