Поздняя осень

      На дворе была поздняя осень, на душе – весна, а в голове – одна-единственная мысль: «Нет. Нет! Так нельзя!»       – Нет, так нельзя, – повторяла она, словно мантру, глядя на своё отражение в двери вагона метро. Поняв, что ничего не получается, она устало вздохнула.       Их познакомили общие друзья. Всё завертелось слишком быстро и неожиданно: пара встреч в компании, несколько прогулок, и вот уже она не понимает, как можно прожить день, не перекинувшись хотя бы парой сообщений в пресловутой социальной сети.       Счастье, парящее в небесах словно птичка, внезапно превратилось в камень и устремилось к земле, рискуя разлететься на мельчайшие осколки, когда Алиса узнала, что он должен уехать.       Звал долг Родине – призыв на службу в рядах вооруженных сил доблестной Российской армии. Осенний призыв.       Нет, против срочной службы она ничего не имела. Вот только сейчас это было совсем не вовремя.       Их отношения только-только начали развиваться, как распускающийся бутон, и вот он уезжает. А это значит, что все придется отложить. Минимум на год. А вдруг этот прекрасный бутон завянет, так и не распустившись?       – Ладожская. Ладожский вокзал. Следующая станция метро – Проспект Большевиков, – прервал поток мыслей голос из динамиков вагона.       «Пора!» – с толпой спешащих пассажиров она побрела к эскалатору.       Ребята, как и было условлено, ждали у входа в вокзал. Ребята и Костя.       Сейчас он совершенно не был похож на подростка девятнадцати лет, которым являлся. Новая камуфлированная форма с блестящими пуговицами, коротко подстриженные волосы, дорожная сумка и вещь-мешок как будто единовременно сделали его много старше. Только глаза остались прежними – задорные, пронзительно-голубые.       Сердце ёкнуло, глаза защипало от подступающих предательских слез.       – Ох, ну, наконец-то! – Кристина налетела и крепко обняла Алису. – Я тебе уже обзвонилась. Мы решили, что ты не приедешь. Что с телефоном?       – Разрядился, – даже не пытаясь высвободиться из объятий подруги, с грустью поведала девушка. Кристина немного отстранилась, внимательно посмотрела в глаза девушке и, улыбнувшись, разделяя слова, произнесла:       – Всё. Будет. Хорошо.       Алиса едва заметно кивнула головой. И взглянула на Костю. Он улыбнулся. Алиса невольно улыбнулась в ответ.       – Пойдемте скорее, как бы не опоздать из-за меня, – поторопила она.       Родители Кости не приехали его провожать – они будут его встречать. Его папа – военнослужащий за полярным кругом. Волею судьбы или с чьей-то помощью, служить Константина отправили в воинскую часть к отцу. Почти 1000 км. За 1000 км от нее.       Костя подхватил сумку, и ребята поспешили к нужному вагону.       Всё происходящее дальше было для Алисы как в тумане. Солдаты, все в одинаковой форме, их родные и близкие, пришедшие проводить, офицеры, суета, равнодушный голос, отсчитывающий минуты до отправления поезда.       – Уважаемые пассажиры! Заканчивается посадка на скорый поезд № 22 «Санкт-Петербург-Мурманск», отправление в девять часов пятнадцать минут по московскому времени, с пятой платформы, правая сторона. Нумерация вагонов с головы поезда.       – До отправления поезда 2 минуты! Просьба всем пассажирам занять свои места, а провожающим покинуть вагон! – пытаясь перекричать гул этой пестрой толпы, объявила проводница.       – Ну, все, пора, – грустно улыбнувшись, вздохнул Костя.       – Давай, не кисни там, – пожал ему руку Глеб.       – Камнев!.. – ответственный офицер начал зачитывать список новобранцев.       – Не забывай, друже, мы тебя будем ждать, – Серега похлопал по плечу.       – Конечно, будем ждать! – эмоциональная Кристина крепко обняла Костю.       – Да, год пролетит незаметно, – обняла его Кира.       - Кемиров!..       И вот настала очередь Алисы. Их взгляды встретились и весь мир замер. Просто перестал существовать. Остались только он и она – вдвоем.       «Мне очень жаль, что ты уезжаешь»       «Но ты же знаешь, что так надо»       «Знаю. Знаю, но мне не хочется это принимать»       «Мы ничего не можем с этим сделать, придется принять»       В голове тысячами роились мысли, но не хватало ни сил, ни времени, чтобы их озвучить.       Казалось, они могут так целую вечность – стоять и разговаривать взглядом. Но в их распоряжении было меньше минуты.       – Кириенко!..       Он взял ее за руку. Из ее больших серых глаз сами собой потекли слезы.       – Я… - слова застряли комом в горле.       – Ну, что ты, – он смахнул слезинку с ее щеки. – Давай все разговоры отложим? На годик где-то? А я приеду, и мы обо всем поговорим.       – Климов!..       Алиса кивнула.       Боже, ну почему же все так сложно!       – Я же могу тебе написать? – эта простая фраза требовала огромных усилий.       – Конечно! Ты же знаешь номер части.       – Князев!..       – А ну-ка, улыбнись! – Костя подмигнул и, взяв вещи, направился к офицеру.       У дверей он обернулся и, помахав ребятам, скрылся в вагоне.       Поезд уже скрылся за поворотом, а она все еще смотрела ему вслед. Один год – это 12 месяцев, 53 недели, 356 дней, 8760 часов и 525600 минут. Это так много и так мало одновременно. Конечно, за этот год может много чего случиться. Но, их разговор отложен, а это значит, что надеяться надо на лучшее. Как говорит оператор в телефоне: «Оставайтесь на линии. Ваш разговор будет продолжен...»

Продолжение следует… через год