Куратор

…Он стоял на краю крыши и скучающим взглядом единственного глаза обводил толпу шатающихся, падающих, дерущихся между собой бывших людей. Второй его глаз безнадежно заплыл месивом из взбухшей, сочащейся гноем ткани. Курильщик зевнул и с непривычки прикусил себе язык, от чего недовольно буркнул нечто бессвязное. С соседней улицы послышался трескот выстрелов; заинтересованный возникшим оживлением, Зараженный неспешно двинулся на звук. Курильщик считал, что ему, в общем-то, повезло оказаться не среди абсолютно безмозглых зомби, а все ж таки сохранить крупицы интеллекта. На то, чтобы эту удачу осознать, мозгов, по крайней мере, хватало. Вполне можно было объяснить это тем, что и при жизни долговязый тощий парень умом обделен не был – талантливый программист и превосходный хакер, он делал неплохие деньги в «Марк энд Майер индастриз», крупной корпорации по производству и обслуживанию электронно-вычислительной техники. На крыше здания корпорации он, собственно, сейчас и находился. Его никогда не видели без сигареты в зубах. Серый от курения, программист вел холостяцкую жизнь, особо не заботясь ни об отросших волосах, ни о заляпанной кофе, замызганной одежде. Жил он в квартале от своего рабочего офиса в старом многоквартирном доме, хотя давно уже мог бы приобрести жилье поприличней, но заработанные деньги постоянно уплывали на игры, развлечения и случайных подружек. В некоторой мере осознающий свое интеллектуальное превосходство и тогда, и теперь, Курильщик недоумевал о причине обращения в Особые зараженные всех прочих, с кем ему довелось повстречаться. Например, этот несносный подросток-паркурист - бывший сосед сверху, что ежедневно терзал слух уставшего после работы или ночных возлияний программиста низкосортным американским рэпом. Эта прыщавая рожа стала Охотником и продолжила всех терзать и дальше, только уже не своими музыкальными предпочтениями, а длинными кривыми когтями, которые и при жизни-то никогда не стриг. Недовольное ворчание засевшего где-то невдалеке прожорливого Охотника раздражало не хуже нудного рэперского речитатива, и, недовольный неприятным соседством, Курильщик поспешил удалиться на крышу соседнего здания. Звуки выстрелов и выкрики Выживших приближались, и Зараженный решил затаиться в своем временном прибежище. Внизу, в узком проходе между домами, послышались звуки, будто кто-то, пардоньте, пытался блевануть, но это у него никак не выходило. Любопытствующий Курильщик свесил разбухшую голову вниз и уставился на перемещающуюся нетвердым шагом толстуху с чудовищной хриплой одышкой, бывшую вахтершу «Марк энд Майер индастриз», а ныне – раздувшийся живой труп с отчаянным желанием проблеваться тухлой мертвечиной, которой сдуру наглоталась вечно голодная тетка. Живой темнокожий человек в ранее белой, а теперь заляпанной различными неприятными на вид субстанциями, рубашке появился из-за поворота как раз в тот момент, когда Толстуха, наконец, сумела исторгнуть из себя всю ту гадость, которой был набит ее раздувшийся живот. Обрадовавшаяся свежей еде, она кинулась было в сторону Выжившего, но автоматная очередь быстро поставила ее на место – вернее сказать, разметала ошметки Зараженной по всему переулку. Рассмеявшийся было Курильщик подавился кашлем и тем самым привлек внимание Выжившего. - Эй, ребята, не отставайте! Здесь где-то бродит Курильщик. Для бывшего программиста звуки голосов темнокожего и еще троих, что подоспели на его зов, были слишком быстры и сумбурны – обычную человеческую речь он больше не понимал; удавалось лишь улавливать интонации. У этой четверки в голосах слышался не ужас и отчаяние, как у большинства бывших жертв Зараженного, а скорее мрачная решимость и даже уверенность. Черт возьми, Курильщику почти нравились эти ребята – если бы ему так навязчиво не хотелось их сожрать. Люди помогли другу сколько-то отчистить одежду, дабы ее вонь не вызвала нового набега зомби, отчего-то бросившихся на мерзкий запах рвоты, и, опасливо озираясь и отстреливая одиноких зараженных, двинулись в сторону бензоколонки, что располагалась в соседнем квартале. Заинтригованный и подгоняемый урчанием пустого желудка, Курильщик по крышам двинулся за ними. Внезапно из-за очередного угла с ревом вылетел обезображенный болезнью работник бензоколонки, недалекий малый, но обладавший недюжинной силой. Вознамерившись, по всей видимости, припечатать кого-нибудь из Выживших своей огромной ручищей к стене, Громила растерялся от такого изобилия – аж четыре живых человека! – не успел выбрать жертву и с размаху врубился в стену. Пока Зараженный пытался выдрать из кирпичной кладки застрявшую конечность, Выжившие сообразили, что к чему, и уложили монстра. Курильщик только ухмыльнулся и покачал головой. Не стихающий ни на минуту, а в последние полчаса особенно яростный, голод давал о себе знать, но еще при жизни программист мог не питаться по двое суток, залипая в очередную новую компьютерную игру, и данные "навыки" нынче ему весьма пригодились. Чуть недовольно урча, Зараженный продолжал ненавязчиво преследовать выживших. Те уже почти благополучно пересекли бензоколонку, когда бравого вида дедуля в зеленой военной форме случайно задел выстрелом из дробовика машину, стоявшую на сигнализации. Дед чертыхнулся, но ругать себя было уже бессмысленно. Громкий звук немедленно привлек внимание всех зараженных, что находились в ближайшем квартале; воспользовавшись всеобщей суматохой и тем, что зомби загнали живых людей в здание заправки, Курильщик беспрепятственно, но в темпе, пересек площадку и, кряхтя, влез на здание уже соседнего квартала, цепляясь отросшими когтями за сточную трубу и подоконники. Оказавшись наверху, он обнаружил, что во время подъема порвал свою, в прошлом самую любимую, клетчатую рубашку, и несколько расстроился. Однако, долго сокрушаться ему не пришлось: до обострившегося слуха Зараженного донесся звук, очень похожий на плач живого человека. Впрочем, скоро своей способностью ощущать "коллег" он ясно почувствовал, что это, увы, не "еда". Выжившие, тем временем, отбились от толпы безмозглых зомби и, изредка переговариваясь, направились дальше - аккурат в тот квартал, в котором засел Курильщик. Тот же продолжил свою увлекательную "курацию" людей. Люди упорно продвигались к источнику назойливого хныканья, и оно странно на них влияло - Курильщик уловил в голосах беспокойство и сочувствие. И неудивительно - в полумраке узкой улицы хрупкая блондинка в полуободранной одежде выглядела совсем как живая, абсолютно отчаявшаяся девушка. Зараженный отметил про себя удивительную мимикрию Ведьмы и даже слегка позавидовал плаксе. Однако тут же задворками сознания он припомнил, кем была страдающая девица при жизни, и негромко фыркнул. Бывшая секретарша его босса, здоровенного качка, не отличавшегося интеллектом. Вроде как, вторая за последний месяц. И чуть ли не седьмая за полгода. Босс не отличался постоянством отношений со своими секретутками... О, а вот и он. Подсознательное нежелание встречаться даже после смерти с теперь просто невероятно раздувшимся - наверняка из-за стероидов - начальником-Танком заставило Курильщика спрятаться в тени. Поспешно ретируясь, он наступил на собственный чертовски длинный язык и чуть не навернулся с крыши, вследствие чего издал негодующий вопль. Впрочем, Выжившим сейчас было совершенно не до него: на четверку живых людей, кое-как обошедших обманутую и всеми брошенную Ведьму, несся ярый поклонник ЗОЖ с явным желанием подкрепиться свежими протеинами. Легким взмахом необъятной руки Танк элегантно лишил сознания девушку - о том, что этот подвид живых людей назывался девушками, Курильщику любезно напомнило не до конца угасшее сознание - и ринулся в сторону остальных, яростно отстреливающихся Выживших. Бывший программист, едва ли не потирая руки, с характерным хлюпом выпустил свой клейкий язык и обвил его вокруг ноги отключившейся дамочки, спешно поднимая ее бессознательное тело на крышу вверх тормашками. Даа, к девушкам он, определенно, питал особую симпатию, с недавнего времени - еще и пищевую. Однако планам истекающего слюной Курильщика не суждено было сбыться: трое Выживших успешно уложили босса и совершенно не пришли в восторг от замершего на крыше с видом "да я тут просто мимо проходил" монстра, со свесившимся языком и болтающейся на его конце девушкой. Так Курильщик лишился своего пресловутого языка и едва не перенес кардинальную пластическую операцию при помощи свинца. На некоторое время любопытный монстр чуть поотстал от бравой четверки, но у железнодорожного перехода все же нагнал. Выжившие решили идти вдоль рельс и отважно ступили во тьму, казавшихся бесконечными, тоннелей. Теперь Курильщику приходилось взбираться и спускаться с вагона на вагон, что не могло особо порадовать - с его-то "одышкой курильщика". Однако, темнота коридоров была ему, несомненно, на руку. Поймав в мелких придорожных кустиках отросшим за полчаса вторым языком полевку и рассеянно закинув ее в рот, Особый зараженный уловил острым слухом приближение Охотника. Данное обстоятельство навело бывшего программиста на мысли о том, что несносный сосед преследует его, даже после смерти не желая оставить в покое, и вызвало ощущение раздражения. Тем временем, Охотник, похоже, готовился к атаке, "неслышно" крадясь к жертвам со спины и "тихо" ворча от голода. Жалкий дилетант с резким воплем, возвещающим всему живому в радиусе ста метров вокруг, что "здесь был Охотник", сиганул с одного груженого углем вагона на другой, где сейчас стояли выжившие, но... слегка не рассчитал с высотой прыжка и красиво врезался лицом прямо в чугунную потолочную балку. Выжившие, обернувшиеся на рев бестолкового юнца и пронаблюдавшие его эпичный фейл, только переглянулись и, хмыкнув, пошли дальше в направлении выхода. Курильщик закрыл ладонью не разбухшую половину лица со зрячим глазом и удрученно покачал головой. Однако, оказавшийся то ли слишком упорным, то ли слишком голодным, то ли слишком безмозглым, Охотник возобновил попытки раздобыть себе ужин: он снова "бесшумно" подкрался к "ничего не подозревающим" жертвам. Увы, повторный его прыжок оказался еще менее успешным: вместо долгожданной встречи с аппетитной шеей и мягкими боками Выжившего, снова слегка не рассчитавший угол прыжка, монстр встретился с прикладом и кулаком здорового недружелюбного мужика в татуировках. Тот церемониться не стал, и через пару секунд Охотник отправился терзать своим существованием кого-то в загробном мире. Тоннель окончился и вышел на широкую поляну, рельсы нырнули вправо, слева же показался небольшой домик-пристань, и Выжившие поспешили к нему. Очень далеко раздавался гул парохода, и живые люди не могли его слышать - в отличие от Особого зараженного. Курильщик с легкой тоской проводил взглядом стремительно убегающий из зоны его досягаемости ужин, тяжело опустился на край последнего вагона, торчащего аккурат из проема тоннеля, и свесил язык. Снова скучно. Но зато тут хотя бы есть полевки.