Regele noapte

Небо изливало свое горе на землю ливнем. Огромные капли падали с небес, разрывая их на мелкие лоскутки темно-серой «ткани». Где-то далеко раздавались отголоски грома. Он все приближался и становился громче. В такой поздний час никто не осмелился бы выйти на улицу, а тем более идти куда-то в ночи. Темнота скрывала многое. Секреты что хранились под ее покровом, практически, никогда не становились известны людям. Великие тайны имели место быть в естественном водовороте интриг и обмана. По улицам Ленуана стекали потоки воды, вырывая с земли каменное покрытие и комки грязи и сметая все на своем пути. Магазинчики и таверны были закрыты, а посетители, застигнутые врасплох непогодой, продолжали пировать в тепле и уюте. Со всех сторон слышались выкрики одобрения и пьяные песни. Всем было хорошо, и никто даже не задумывался о чем-то кроме сиюминутного удовольствия. Если хорошенько задуматься, то им в принципе не нужно было ни о чем думать, так как Ленуан был богатым и процветающим городом, к тому же и столицей Тары. Многие люди приезжали сюда в поисках лучшей жизни, но фортило немногим. Лишь единицы могли добиться своего, теряя минимум, а другой (большей) части не везло. Разочарованные крестьяне и мелкое дворянство из далеких провинций либо возвращались домой, либо оставались здесь и продолжали каторжно работать и умирать с не исполненными желаниями. Этот город погубил немало жизней. Он и дальше будет продолжать делать это, ведь каждый хочет испытать удачу и выиграть главный приз. Зачастую в Ленуан прибывали женщины в поисках богатого мужа или любовника, а в результате, попадали в публичные дома. Мужчины же, в отличии от женщин, отправлялись в долгое путешествие в столицу ради развлечений и сбора информации. Но не в этом суть. Добыть информацию очень легко, и она в большей степени была выдумкой или просто сплетней распространенной нужными людьми. Ленуан продолжал свою жизнь несмотря ни на что, даже в такую непогоду. Людишки — веселились, а тайны — вершились. Под покровом ночи по улочкам, менее залитым водой, пробирался человек с ног до головы закутан в Синоби Седзоку*. Человека не было видно потому что его темная фигура сливалась с чернотой вокруг. Только его глаза лихорадочно поблескивали в редкие моменты вспышек света. Вязкая грязь под ногами слишком громко хлюпала, грозя выдать его присутствие. Но гроза была ему на руку. Она была такая же коварная, как и замыслы незнакомца. Мужчина двигался довольно быстро и вскоре покинул стены города. Темная фигура прытко метнулась в ближний лес, что так удачно раскинул свои объятья недалеко от Ленуана. Могучие деревья манили к себе и заставляли смотреть на себя. Некоторых пугало то, что они видели, других привлекало. Ведь то, что происходило в чаще несколько веков назад заставляло обитателей ближайший поселений вздрагивать каждый раз, когда приходилось оказываться в лесу или около него. Каждый помнил войну тарийцев* и остесов*. В те времена было пролито много крови. Даже сейчас земля впитавшая те реки имела красный цвет. Поговаривали, что все растущее в той местности ожило и охотится на смельчаков, забредших в лесную топь. Никто не возвращался из леса и подавно не рассказывал о том, что там происходит. Но человек в черной маскировке явно знал куда направлялся и осознавал происходящее. Дубы, клены и березы возвышались над землей на несколько десятков метров, и, казалось, перешептывались между собой. Скрип слышался со всех сторон, но человек не убегал прочь, а продолжал бороться с трудностями. Его страстное желание добраться до цели. Из груди незнакомца вырывалось хриплое дыхание. Казалось, он вот-вот задохнется, но не судьба. Впереди вспыхнул просвет, мужчина поспешил собраться с последними силами и преодолеть оставшееся расстояние с достоинством. — Еще немного… — он сделал несколько шагов и сплюнул на землю, — немножечко осталось… Последние сантиметры дались слишком трудно, и он практически вывалился из чащи на залитый лунным светом луг. Светило омывало свободное пространство ласкающими лучами, а присутствующие на поляне казались потусторонними существами. Их было шесть. Все одеты на маневр вновь прибывшего. Вот только лица были видны. Двое близстоящих мужчин были блондинами и практически похожими друг на друга: орлиные носы, острые как бритвы взгляды серых глаз и холодные отстраненные выражения лиц. Им можно было дать лет двадцать от силы, практически еще мальчишки, но что-то во всем их виде говорило об опасности исходящей от них. М-да, и как тут не подумаешь об этом, если над тобой возвышается две фигуры ростом под два с половиной метра. Страшновато как-то. Трое мужчин справа резко отличались от тех двоих. Они как три противоположности: свет-тьма-огонь. Огнем обозначался мужчина с яркими рыжими волосами, что при лунном свете пылали алыми переливами, будто костер теплым осеним днем. Его лицо было сказочным, начиная с огромных глаз цвета сирени и бровей в разлет, заканчивая острыми скулами и полными губами. Красавец, ничего не скажешь. Такого раз увидеть и вовек не забыть. А заостренные кончики ушей с серьгами в них просто убивали на повал. Что уже и думать о его великолепной фигуре, если глаза и так уже разбегались в разные стороны. Свет и тьма, были чем-то похожи, но и одновременно разными: мужественные лица с волевым подбородком и пронзительными глазами, вот только один из них обладал карими, а другой синими. Первый — седой, второй — черноволосый. Но оба были высокими и статными. Скорее всего, они были аристократами или приближенными к ним. Последней, замыкающей фигурой была женщина. Уже не так молода, как спутники, но и не настолько стара, чтобы рассыпаться горсткой пепла на глазах мужчин. Она выделялась своими пропорциями на фоне остальных настолько, что заметить ее было практически невозможно. Вокруг были вон какие глыбы, а она маленькая, как Андерсовкая Дюймовочка стояла между мужчинами. Лицо женщины было покрыто морщинами, но это не портило общей картины, а наоборот, привлекало к ней больше внимания. Глаза цвета расплавленного серебра пылали добротой и заботой об окружающих. Черные с проседью волосы были собраны на затылке в тугой узел перехваченный синей лентой. Все шестеро смотрели на вновь прибывшего и продолжали молчать. Время продолжало свой ход, минуя загадочных ночных посетителей. — Ты принес «глаз тигра»? — нарушила молчание женщина. Мужчина несколько секунд пытался собрать мысли воедино, и только потом заговорил ворчливым голосом: — Если бы не принес, то меня здесь не было бы. Так чего же вы спрашиваете госпожа?! Я и так рисковал попасться страже на глаза и потерять голову. А вы прекрасно знаете, что моя голова еще должна оставаться на плечах, пока не исполню последнее задание. — Эллар, не  со мной, ты ведь знаешь, что это во благо нашему народу. Предначертанное должно осуществиться, иначе будущее изменится в худшую сторону. — Ваше высокородие, в моем деле важны не люди и благие намерения, а то, как хорошо заплатят за работу. Все остальное меня не касается. Уж извините, но я предпочитаю говорить правду, нежели лгать. Хриплый вздох вырвался вместе с рычанием из губ красноволосого. Он оскалился на что-то позади Элалара. — В чем дело Максимус? Тот не ответил. Только ловким движением подхватил с земли свой меч и обнажил лезвие. Его руки начали двигать оружием вокруг тела воина, рассекая воздух. Все остальные несколько мгновений не понимали происходящего, но когда до этих олухов дошло, то они сразу же схватились за оружие. — «Глаз Тигра», немедленно! — прокричала женщина. Эллар даже не думал возмущаться или спорить с ней, потому и вытащил из тайных закромков янтарную драгоценность. Камень начала блестеть и переливаться на свету. Завораживающее зрелище. Женщинам любившим такие побрякушки явно не оторвать взгляд от сияющего камушка. Он был размером с кулак и имел несколько серебряных линий пересекавших всю его поверхность. Внутри находился какой-то предмет, но какой неизвестно, так как ядро темного отлива окутывало сердцевину. Темноволосый сделал несколько шагов в сторону леса, но маленькая худенькая рука остановила его. Он оглянулся и встретился взглядом с госпожой. — Забери камень и отнеси его в условленное место! — произнесла старуха, оглядываясь вокруг. — Немедленно! Чего стоишь, оболтус, спеши! — мужчина повернулся к ней спиной и рысью помчался в противоположную от схватки сторону. — Не дай брату заполучить «глаз»!