Всеобъемлющее Небо

      В кабинете Бермуды было неспокойно. Что и не удивительно. Босс Виндиче приказал своим ближайшим помощникам придти в его кабинет без каких-либо объяснений, сказав только, что дело касается Тсуны. Какое может быть спокойствие, если речь пойдет о Тсунаеши?! А вдруг с ним что-нибудь случилось? А вдруг он заболел какой-то страшной болезнью? Да и вообще заболел?! Поцарапался или сбил коленки? Конечно, все давно привыкли, что, когда имеешь дело с Савадой, на ум приходит лишь одна поговорка — «Наш баран не ходит без ран», но все же никак не могли утихомирить разбушевавшуюся фантазию. Биг Пино испуганно поглядывал в сторону Алехандро, что ходил по кабинету из стороны в сторону, шагами измеряя помещение. Это означало, что последний приближается к точке кипения, и последующий за этим взрыв может привести к немалым жертвам. Джагер стоял в стороне, прислонившись к одной из стен, и, сложив руки на груди, хмурым взглядом сканировал присутствующих из-под прикрывающего глаза края своего цилиндра. Смолл Гиа, Биг Пино, Алехандро, Джек и он сам. Мрачная компания мрачных типов. Что же задумал его Босс?       Черная дверь с витиеватой резьбой распахнулась с пронзительным скрипом. Бермуда фон Вихтенштайн словно нарочито медленно прошел среди замерших подчиненных, запрыгнул на рабочий стол и неспешно повернулся к присутствующим. Атмосфера накалялась, пронзительные взгляды сверлили макушку аркобалено. Бермуду передернуло.       — Значит так, я собрал здесь тех, кто наиболее сильно успел сдружиться с Тсунаеши, — при упоминании последнего имени в голосе проклятого младенца сверкнули теплые нотки. — Савада связан с мафией, а значит необходимо постепенно вводить его в курс дела.       — Ты что, совсем из ума выжил, Босс?! Он же еще ребенок! — тут же подскочив к столу, Алехандро схватил Бермуду за плечи и изо всех сил тряханул проклятого малыша. Впрочем, тут же одумался, осторожно поставил Босса обратно, пальцем разгладил невидимые складки на его плаще и забился в самый темный угол от греха подальше. Фон Вихтенштайн ошалело наблюдал за его действиями, явно впав в глубокий и долговременный ступор. Из оцепенения его выдернул грубоватый голос Смолл Гиа:       — Босс, тут я согласен с Алехандро. Тсунаеши еще слишком мал, чтобы сообщать ему о мире мафии и том, что в нем происходит.       — Вот именно, Босс, — подал голос притихший было Биг Пино. Последний вообще редко что-то говорил, предпочитая по большей части отмалчиваться, за него обычно отвечал его лучший друг, Смолл Гиа, который сейчас смотрел на своего робкого и нерешительного товарища с некой примесью гордости в глазах. Его ученик растет.       Аркобалено с прозрачной пустышкой затравленно огляделся по сторонам в поисках поддержки. Взгляд Бермуды упал на близстоящего Джека, который лишь виновато развел руками, мол, что поделаешь.       — Да вы что, думаете, что я ничего не понимаю! — взвился обиженный до глубины души аркобалено, ему и самому с трудом далось это решение. — Вы что, считаете, что будет лучше, если к мальчику внезапно нагрянет какой-нибудь вонгольский недо-репетитор, который с бухты-барахты сообщит все Саваде! Вы подумайте, что станет с психикой малыша, если это все свалится на него в один миг!       — А ведь Босс прав… — доселе молчавший Джагер сделал шаг вперед. — Если Вонгола пришлет репетитора, а они пришлют, в этом я уверен, он, не зная Саваду сразу выложит все нашему Небу. Мальчик может испугаться обрушившейся на него правды, и что тогда будет, я боюсь даже предположить. Неподготовленному человеку будет тяжко принять все это, а уж зная методы этой мафиозной семьи можно смело предположить, что и тренировки будут весьма рискованными.       Стражи пристыженно опустили голову. Об этом они не подумали. Их Босс в очередной раз оказался прав, но разум все равно отказывался это принимать. Втянуть их Небо в мир мафии в этом возрасте? Что ж, они позаботятся о том, чтобы все прошло без сучка, без задоринки.