Вечер пятницы

Pov Земфира Блять, да почему так много света? Литвинова новые лампочки купила, наверное. Хотя нет, лампочками в этом доме занимаюсь я. Рамазанова, какие лампочки, ёпт твою? Не о том думаешь. Так, почему все эти люди бегают вокруг меня? Сука, осторожнее, больно вообще-то! О, боль, новое ощущение. Значит я в больнице. Да, однозначно. Осталось только вспомнить, из-за чего я здесь. Но это всё позже, сейчас очень хочется спать. Очнувшись после наркоза, Земфира увидела обширную палату. На стуле мирно спала Рената. Певица попыталась привстать, но резкая боль в плече молнией ударила в голову, заставляя её вскрикнуть. От непонятного звука Рената проснулась. — Зе, ты как себя чувствуешь? Давай я позову врача... — певица перебила её. — Стоять. Мне сейчас нужна ты, а не врач. — Но, Земфира... — Ренате вновь не дали договорить. — Тихо, Литвинова. Десять минут ничего не решат. Иди сюда. Рената мягко присела на край кровати, нежно проводя пальцами по здоровой руке певицы. — Ну, как ты так? Что случилось вообще? — глаза актрисы были полны переживаний и слез. — Упал. Проснулся — гипс, — певица нервно посмеялась, — а если честно, то я не помню. Помню только, что отправила тебе смс и пошла в цветочный. А потом чёрное пятно, и вот, я здесь. — А я ждала тебя дома, накрыла стол, а потом бац, звонит Уля и говорит, что ты в больнице... Она с ребятами как раз нашла тебя без сознания в переулке у цветочного. — Блять, раз в жизни захотелось устроить тебе праздник и купить цветы. Но всё через жопу, как обычно, — певица усмехнулась, но Рената в ответ сильно сжала её ладонь. — Ты не виновата. Наверное, хулиганы. Давай, я всё-таки позову врача, — актриса печально посмотрела в родные глаза и скрылась за дверью. Уже через 3 минуты в палате стоял врач. Он что-то оживлённо рассказывал Ренате о состоянии Земфиры, на что блондинка лишь кивала и бросала грустные взгляды в сторону певицы. Вскоре врач вышел, вновь оставив двух женщин наедине. — Ну, что сказал доктор? А то я ни черта не понимаю на этом лягушачьем языке любви. — Господи, умеешь же ты, это самое, обстановку разрядить... — Рената наблюдала, как Земфира пародировала жесты и мимику врача, тщетно пытаясь картавить как можно смешнее, — у тебя внутренне кровотечение было от удара, к тому же плечо... В ответ последовал лишь хмурый взгляд певицы и громкий выдох. Тишину разрушил стук в дверь. — Мам, можно? — в приоткрытую дверь заглянула Ульяна. — Да, конечно, Земфира уже очнулась, — Рената привстала и направилась к дочери. — Киндер, привет, — певица широко улыбнулась. Ульяна подошла к Земфире и погладила её по здоровой руке, так же, как это сделала Рената. — Привет, Зе. Ты как тут? — Ульяна встревожено смотрела на певицу, не отпуская её руки. — Жива, — вновь попытки улыбнуться, — расскажи, как вы меня нашли, а то я нихрена не помню. — Ну, мы собирались пойти с ребятами гулять, но я вспомнила, что забыла отдать тебе ключи. Мы с Ангелиной пошли за тобой, увидели, как ты выходила из цветочного, а потом сзади подошли непонятные люди и попросили тебя прикурить. Увели тебя в переулок, зачем-то. Мы, естественно, пошли за тобой, но ты уже лежала без сознания, — глаза девушки наполнялись слезами, будто она вновь пережила те чувства, которые испытала при обнаружении Земфиры в состоянии «нестояния». — Мы вызвали скорую, а те уроды скрылись. Я их даже толком не запомнила. — Ну, Уля, не плачь, прошу тебя. Я же жива, всё хорошо, — певица притянула девушку к себе, чувствуя её подступающие слезы. — Тише, тише. Ренат, меня скоро выписывают? — Я попросила врача, что бы завтра ты уже была дома. Может, после выписки вернёмся в Москву? — Рената присела на край кровати, наблюдая, как Земфира успокаивает её дочь. — Нет, Литвинова. Не хватало мне ещё репортажей от прессы. Опять напишут какой-то бред из серии «У рок-певицы Земфиры Рамазановой травма плеча. По одной из версий она неудачно упала с кровати после бурной ночи с Литвиновой...». Рената перебила: — Нет, «Литвинова в Париже избила Земфиру и выгнала на улицу. Скандалы. Интриги. Расследования», — громкий смех заполнил всю палату. — В точку. Ладно, возвращаться в Москву сейчас не вариант. Побудем ещё немного тут. Вскоре Ульяна ушла, оставив двух женщин одних. Рената молча смотрела в окно, жалея, что нельзя курить в палате. Первой нарушила молчание певица: — Кстати, как твоё собеседование? Можно поздравить? — Земфира не отрывала взгляд от Ренаты, любуясь её жестами и мимикой. — Ты знаешь, я немного сомневаюсь... Придётся много времени проводить в Париже, ещё и главный редактор надоедливый тип, — Рената характерным жестом взмаха рук показала своё недовольство. — Ты же так этого хотела: новый эксперимент, новые люди, новые эмоции. Неужели тебя так бесит редактор? — Земфира усмехнулась, удивляясь нерешительности её режиссера. — Неистово бесит. Он пожирал меня глазами, Зе. Я не смогу так работать, — Литвинова отошла от окна, садясь на кровать певицы. В её глазах была легкая злость и нетерпимость. — Эй, ну чего ты злишься? Просто скажи, что ты занята. Навечно. Мной, — Земфира притянула Ренату к себе, нежно проводя пальцами руки по её нежной коже лица. Остановилась, когда их губы были уже на расстоянии миллиметра, — а если не прекратит, скажи ему, что я найму киллера. Поцелуй. Нежный. Заботливый. — Убьёшь человека ради меня? — Рената отстранилась на секунду, показывая фирменный прищур. — Двое против всех, забыла? — в ответ на прищур — ямочки на щеках певицы. — Я же всегда за тебя. — Спасибо, а я всегда за тобой. Вновь поцелуй, более страстный, но такой же заботливый. — Ладно, ты меня уговорила. Позвоню позже Наташе и всё объясню. — Миссия выполнена. Если что, я чаще буду с тобой приезжать в Париж, если хочешь. — Конечно хочу. Будь моя воля, я бы только с тобой и работала... — певица начала нежно покусывать шею актрисы, — хотя нет, с тобой было бы невозможно работать. — Почему же? — женщина продолжала своё шествие по шее Ренаты. — Потому что. Сводишь меня с ума своими безобразиями, — актриса медленно начинала таять в руках и поцелуях Земфиры. — Окей, я торжественно обещаю, что во время работы не буду тебя совращать, — певица отстранилась от шеи Ренаты. — Стой, сейчас же я не работаю... — актриса вновь бросала хитрые прищуры. — А вот привыкай теперь. — Ну, Зе... Так нечестно, — Рената засунула руку под больничное бельё певицы. — Литвинова, нечестно — это заводить меня в больнице, когда я почти инвалид. — А ты, это самое, такая сексуальная, когда с повязкой. Прямо как боксёр после боя, — актриса продолжала играть с телом любимой женщины. — Ре-на-та, — Земфира шептала её имя по слогам на выходе, — не надо. Мне вообще нужно больничный режим соблюдать. Давай спать. — А когда ты вдруг решила следовать советам врачей? — фирменный полушёпот на ухо. — Блять, Литвинова! Когда мне снимут повязку, я отомщу! Запомни мои слова! В ответ лишь смех Ренаты. Вопреки ожиданиям Земфиры, она всё-таки остановилась и легла на плечо певицы. — Ну, тогда спокойной ночи. — И тебе, Литвинова, — обе говорили шёпотом, — и вот ещё... Пауза. — Ну, что? — Рената медленно сгорала от ожидания. — Люблю тебя. Теперь спи.