Самоанализ

Для глаз постороннего наблюдателя доктор Ганнибал Лектер сейчас просто просматривал своё расписание, определяя, сколько времени может уделить бывшему студенту и не лучше ли будет встречу перенести, а разум его тем временем уже мчался по чертогам Дворца Памяти, отыскивая в хитросплетении галерей и коридоров необходимое помещение. Доктор Лектер умел передвигаться по обширным залам своего Дворца с поразительной свёрхъестественной скоростью. Так что в мире реальном прошло не более десяти секунд, а Ганнибал, стремительно поднявшись по широким мраморным лестницам на один из верхних этажей, уже стоял на пороге знакомого лекционного зала, где ещё не до конца затихли студенческий смех и перешептывания. Итак, первый ряд, место у самого прохода. Отличники, по негласному университетскому правилу, всегда занимают пять первых рядов. Возвращаясь на какое-то время в мир своей преподавательской деятельности, доктор Лектер двумя пальцами поднимает с наклонной поверхности стола тонкую чёрную папку с им самим составленным личным делом и пробегает глазами по страницам. Итак… - Орихара Изая, - снова повторил психиатр, жестом предлагая брюнету присесть. – Неожиданный визит, ничего не скажешь. Неужели решили навестить старого зануду-преподавателя спустя столько лет? - Зачем вы наговариваете на себя? – усмехнулся молодой человек, украдкой осматривая комнату. Ничего с тех пор не изменилось. – Никогда не считал вас занудой, совсем даже наоборот. Вы были единственным из всего педсостава на кафедре психологии, кто не мог заставить меня скучать на лекции, пусть даже она начиналась в восемь утра после отнюдь не спокойной ночи. - Приятно слышать, что мне удалось вызвать у вас интерес, - цепкие карие глаза словно аккуратно прощупывали Орихару. – Помнится, несмотря на вашу знаменитую на весь университет любовь к людям, далеко не каждому это удавалось. - Да, это так. Далеко не все люди могут быть по-настоящему интересными. - А кто же теперь вас интересует? – Ганнибал откинулся на спинку широкого мягко кресла напротив и сцепил пальцы в замок. – Часапикский Потрошитель? Или, может быть, куда больше интереса представляет тот вспыльчивый молодой человек из полиции, обладающий невероятными физическими данными? Ваш земляк, к слову. - Так вы уже в курсе, - ну, по крайней мере, обмен любезностями и туманными фразами закончен, можно поскорее перейти к делу. – Да, меня попросили помочь в расследовании дела Часапикского Потрошителя. Предыдущий консультант отказался по неизвестным мне причинам… - И будьте уверены, они останутся для вас неизвестными, - вежливо предупредил Ганнибал, отклоняя любые последующий аргументы. – Я не собираюсь посвящать вас в причины моего отказа от расследования. Хотя, если у вас есть гипотеза, можете изложить. - Возможно, - тонкие бледные губы тронула улыбка, - вам просто стало неинтересно? Неинтересно без агента Грэма? - Может быть, - неожиданно не стал спорить собеседник. – Но ведь и вы согласились на это отчасти из интереса к необычному напарнику? Так что, думаю, в этом плане мы друг друга понимаем. Но ведь вы пришли сюда не затем, чтобы обсуждать мой интерес к Уиллу Грэму, не так ли? Да и о своём интересе к Хэйваджиме Шизуо беседовать не торопитесь, как вообще никогда не торопились рассказывать о себе. Так что как личный врач-психиатр я вам тоже не нужен. Так какова же причина визита? Она, к слову, должна быть довольно серьёзной, если уж вы удосужились узнать моё расписание и выловить длительный промежуток времени, когда я свободен, причём свободен оказался, можно сказать, совершенно внезапно – пациент попал в больницу с сердечным приступом. Значит, расчет был на продолжительный и сложный, возможно, в чём-то неприятный для кого-то из нас разговор. Итак? Орихара неожиданно для себя замолк, не решаясь отчего-то продолжить беседу, и принялся рассматривать элементы декора кабинета доктора Лектера, каждый из которых, казалось, находился исключительно на своём месте, ни на миллиметр дальше. Даже ручки, блокноты и скальпель для заточки карандашей лежали в определённом правильном порядке. - Давайте-ка я вам помогу, - предложил Ганнибал, уловив метания посетителя. – Я довольно долго изучал вас, Изая, во время учёбы. - Изучали? - Насколько это представлялось возможным с вашим нежеланием идти на контакт. Мне оставалось только наблюдение, но вы не хуже меня знаете, что оно порой даёт неплохие результаты. Так вот, я успел заметь, что вы терпеть не можете просить кого-то о помощи. Самостоятельность и независимость – это замечательно, но порой чья-то помощь нам просто жизненно необходима. Так что позвольте вас утешить, в этом нет ничего постыдного или унизительного. Тем более, когда молодой специалист просит совета у опытного коллеги. Одним талантом сыт не будешь, Изая, опыт бесценен. Тем более, что Часапикский Потрошитель – личность довольно сложная, в ней и опытные специалисты не всегда могут разобраться. Впрочем, специалисты специалистам рознь. Сейчас тяжело найти настоящего профессионала. Отправляйтесь на любой факультет психологии и взгляните на студентов и преподавателей: никакого профессионализма, сплошные любители и прочее моральные уроды. Хотя на самом деле психология сейчас как наука ещё пребывает в младенчестве, а в Отделе моделей поведения она вообще на уровне френологии. В любом случае, вы поступили очень мудро, что не стали искать окольных путей и явились сразу ко мне. Но вот проблема-то на самом деле совершенно в другом. - И в чём же? – сощурился Орихара, ощущая, как по позвоночнику пробегает почти не заметная дрожь. Вот сейчас начнётся самое сложное. Собственно, он предполагал, что ребром станет именно этот вопрос. - А с чего вы решили, что я стану помогать вам? – мягко, но с тем же хитрым прищуром улыбнулся доктор Лектер. Глаза его, однако, были холодными. – Я больше не занимаюсь поисками убийц вместе с ФБР, возвращаться к этому не планировал и, как мы уже выяснили, докладывать о причинах отказа я не собираюсь. - Возможно, из интереса. - Не вы ли пару минут назад предположили, что я ушёл, оттого, что потерял его? - Другого интереса. К тому, что случилось с вами, - попробовал пойти ва-банк Орихара. - Со мной? – психиатр усмехнулся, давая понять, что попытка провалилась. – Со мной ничего не случилось. Случился я. Но повторюсь, не хочу говорить об этом. Мой интерес к делу Часапикского Потрошителя давно утерян. Я не собираюсь искать его, дабы доказать, что я умнее или что-то в этом роде, так что можете не пытаться сыграть на моём чувстве собственного достоинства. Но знаете, вы мне нравитесь, Изая. Ваши упорство, интерес к изучению людей и амбиции заслуживают похвалы, поэтому сэкономлю-ка я вам время. Надо сказать, вы правильно заметили, что побудить меня помогать вам в составлении психологического портрета может только интерес. Но это отнюдь не интерес к личности преступника. - А к чему же? – брюнет весь напрягся, впрочем, уже предполагая, что за этими словами последует. Что же, он сам решился на эту сделку с дьяволом. - Мне интересны вы, - подтвердил его предположения Ганнибал. – Во время учёбы вы почти не шли на контакт ни с преподавателями, ни с кем-либо из сверстников, и, несмотря на свою любовь к людям, с этими самыми людьми наладить отношения особо не пытались. Я хотел бы пообщаться с вами больше как с пациентом. Знаете, нередко бывает, что и психиатру необходимо посетить с подобным визитом другого такого специалиста. Я вот, например, хожу на такие сеансы. - Да-да, к доктору Дю Морье, три раза в неделю. Я в курсе. Лектер вскинул тёмные брови: - Вы так тщательно готовились к нашей встрече, собирали информацию. Думаю, тем обиднее будет, если цель её не будет достигнута. Вынужден вас огорчить, но альтернативных вариантов нет. Будем сотрудничать по принципу Quid Pro Quo. Услуга за услугу, я говорю – вы говорите. Согласны? Японец позволил себе ещё немного помолчать, обдумывая сказанное. Конечно, это был не самый худший вариант, но позволять кому-то вроде Ганнибала Лектера залезть к себе в голову… - Соглашайтесь, - осторожно подтолкнул собеседник. – Условия выгодны для обеих сторон. Кроме того, вы не хуже меня знаете, что в случае неудачи вас съедят с потрохами. А так каждый получит желаемое. Джек Кроуфорд – пойманного убийцу, вы – хорошую репутацию и тот самый бесценный опыт, а я – анализ необычной личности, которая давно меня интересует. - Мне это льстит, - попытался съязвить Орихара, но на сарказм отчего-то не походило. – Ну что же, доктор Лектер, надеюсь, результаты копания в моём мозге вас не разочаруют. Я согласен.

***

После ухода внезапного визитёра доктор Ганнибал Лектер прошёл к своему столу и достал из верхнего ящика один из прибережённых для новых пациентов блокнотов. Открыл на первой странице, наслаждаясь приятным скрипом и запахом новой книги, и своим безупречным каллиграфическим почерком озаглавил: «Орихара Изая». Что ж, это обещало быть интересным. Пусть бедняга Уилл отдохнёт от их странной и запутанной игры на чудном курорте доктора Чилтона. Теперь-то он от Лектера никуда не денется, как, собственно, и Ганнибал от него. Но пока ничто не помешает устроить себе ещё одно маленькое развлечение. - Вы напоминаете мне змею, Орихара Изая. Ядовитую, опасную и изворотливую. Змею, попавшую в лапы мангуста.