Шёпот

Сверху доносились приглушенные отзвуки продолжающейся битвы; временами они стихали, и тогда тишину в комнате нарушали только жужжание сервомоторов костюма, писк аппаратуры и дыхание. Прогрессбар загрузки полз раздражающе медленно. Как всегда. Давно пора привыкнуть. Но когда ты разгорячен еще не закончившимся боем, стоять и ждать, неотрывно глядя на мерцающий экран, невыносимо. Тони оглянулся, пытаясь найти своей энергии применение. – Что еще вы тут прячете? – задумчиво произнес он. В консольной не было ничего, кроме компьютеров, но было бы слишком скучно, не окажись на базе Гидры хоть какого-нибудь сюрприза. – Эй, Джарвис. Дай-ка инфракрасный скан помещения. Ярко-алые лучи пронзили воздух, скользя по комнате, и Тони едва успел отвернуться, чтобы не ударило в глаза. – Стена, что слева, армирована, – раздался из вокодера брони услужливый голос. – Ток воздуха неравномерен. Глаза Тони загорелись. Неравномерен, конечно. А вероятнее всего, это означает... – Хоть бы тайничок, хоть бы тайничок, – пробормотал Тони, приближаясь к стене. – Хоть бы тайничок... Он прижал ладони к прохладной кирпичной кладке, наугад надавил – и стена с шипением отъехала назад и в сторону, открывая узкий, тускло освещенный проход. Оттуда повеяло затхлым воздухом с примесью металла, гари и еще чего-то, что разобрать не удавалось. – Есть! – довольно усмехнулся Тони и скользнул туда. За секретной дверью оказался узкий ход с лестницей, ведущей вниз; не доносилось ни звука, никаких признаков присутствия гидровцев. В тусклом свете настенных фонарей не было видно, что там в конце, но сама лестница пустовала. Все в лучших традициях фильмов ужасов, когда главный герой решает в одиночку проверить подвал. Только Тони-то не один – за дверью броня, вокруг Мстители. Ничего не случится. Осторожно, придерживаясь рукой за стену, – ступеньки были видны плохо, – Тони спустился вниз. Лестница закончилась под круглой аркой, за которой развернулся огромный зал; нечто среднее между гигантской лабораторией, музеем и оружейной. В полумраке угадывались очертания техники, загроможденных приборами столов, контейнеров, поблескивали склянки и инструменты. – Ребята, я взял Штрукера, – раздался в комлинке голос Роджерса. – Ага. Я взял... – пробормотал Тони, – кое-что побольше. Он поднял голову; под потолком, подвешенный на массивных цепях, застыл гигантский остов левиафана читаури. Чешуйчатое брюхо разворочено, голова с мощными челюстями свисала вниз, почти опустившись на стол, на котором покоился полусобранный боевой робот. Через несколько шагов по левую руку открылось широкое крыло, целиком заставленное столами со скелетами роботов. Роботы выглядели крайне интересно, но больше внимание привлекал голубой огонек в дальней части лаборатории. Тони вытянул шею, чтобы лучше его рассмотреть, шагнул в сторону, огибая металлический стеллаж. Подобравшись ближе, он увидел громоздкую установку; по ней змеились тонкие молнии – то ли короткое замыкание, то ли защитное поле, сложно сказать. Тони поставил на второе. А в центре установки, в окружении голограмм с цифрами и графиками, возвышался скипетр читаури. Тот самый, с которым Локи явился на Землю три года назад. Тот самый, способный превращать людей в марионетки, устраивать взрывы и закрывать порталы в другие миры. – Тор, – взволнованно произнес Тони, приближаясь к скипетру, – я смотрю на наш приз... Не успел он договорить, как в ухе стало подозрительно свободно; внизу прозвучал еле слышный стук, словно что-то маленькое ударилось о пол. Передатчик выпал. – Что за, – нахмурился Тони и дернулся было наклониться за ним... но внезапно не смог даже пошевелиться. – Надо же. Я думал, вы никогда до него не доберетесь. Знакомый голос со знакомым акцентом прозвучал из-за спины, размеренно и насмешливо; Тони дернулся обернуться, но воздух вокруг него сжался так, что ребра едва не хрустнули, – изо рта вырвался сдавленный возглас, – и пришлось застыть, скосив глаза. Вместо нападающего он наткнулся взглядом на передатчик, но радовался недолго – отблески защитного поля тускло мелькнули на чужом тяжелом сапоге. Раздался хруст. Вот черт. Тора теперь не позвать. И броню не позвать – для этого нужно хотя бы рукой взмахнуть... – А Тор говорил, ты помер, – проворчал Тони, когда незваный гость наконец соизволил обойти его и взглянуть в лицо. – Он сам видел, оплакивал и все такое... – Оу. Локи приподнял брови, изображая недоумение. – В таком случае, не говори ему, ладно? Он... расстроится, – трикстер усмехнулся. В голубоватых отсветах скипетра и защитного поля улыбка вышла зловещей. – Особенно когда узнает, куда я дел Одина. – А куда ты его дел? – поинтересовался Тони машинально. На самом деле ему было все равно, но нужно же потянуть время, пока придумается, что со всем этим делать. – Ты правда хочешь знать? – Локи так хищно улыбнулся, что Тони понял: однозначно нет. Воспользовавшись замешательством собеседника, трикстер отвернулся и протянул руку к скипетру; бледные пальцы на пару секунд замерли в миллиметре от защитного поля, затем все-таки прикоснулись. Молнии вспыхнули ярче; Локи вздрогнул и с болезненным шипением поморщился, но не остановился. Вот проклятье. Хочет заполучить скипетр обратно. И использовал Мстителей для отвлечения... Тони дернулся снова, пытаясь хоть что-нибудь сделать – позвать броню, схватить Локи за руку, как-нибудь остановить. Но стоило попробовать пошевелиться, как на запястьях и лодыжках резко, до боли сжались невидимые тиски, а ребра сдавило так, что в глазах заплясали искры, и еще с полминуты Тони мог только разевать рот, как рыба, в безуспешных попытках вдохнуть. Локи словно и внимания не обратил. Болезненно морщась и скрипя зубами, он продолжал тянуться к скипетру; зловеще скрюченная рука судорожно дрожала от напряжения. Наконец пальцы сомкнулись на рукояти, трикстер вздрогнул всем телом, резко выдохнул и рванул скипетр на себя. Силовое поле погасло; рука со скипетром бессильно упала, Локи ссутулился и перевел взгляд на Старка, тяжело дыша. Лоб трикстера блестел от пота. – Один раз из пяти, говоришь? – одышливо произнес он, и Тони вздрогнул, мигом осознав, что это означает. – Значит, у меня есть еще четыре. Тем более, что теперь твое сердце беззащитно. Тони дернулся отшатнуться, но тиски сжались снова; он открыл рот – хотя бы позвать на помощь, но горло сдавило мучительным спазмом, и не удалось издать ни звука. Чертова магия, чертов трикстер! Локи не торопился, восстанавливая дыхание и попутно наслаждаясь произведенным эффектом. Полюбовался на сияние голубого кристалла, не спеша перехватил скипетр поудобнее – и так же медленно опустил. Отточенное острие ткнулось в грудь жертвы, туда, где в прошлую их встречу был реактор. Тони вздрогнул, на этот раз даже не обратив внимания на отреагировавшие путы, и широко раскрытыми глазами уставился на Локи. Тот поймал взгляд с интересом, предвкушая, что будет дальше. Кокос с металлом по сравнению с этим показались сущим раем. Сердце сдавило, как в тисках, жаром и холодом одновременно, и жар и холод стали расползаться по телу; крайне медленно, мучительно, так, что даже если бы не заклятие безмолвия, Тони все равно не смог бы кричать – у него просто перехватило дыхание. Он так и стоял, обмерев и глядя в ледяные глаза трикстера с ужасом, даже не осознавая, что смотрит в них. Весь мир сузился до невидимой руки, стиснувшей сердце, и даже телекинетические путы уже были не важны. Тони не видел ничего, и ничего не слышал, кроме собственного хриплого, прерывистого дыхания. Секунды складывались в минуты, а минуты в бесконечность; пытка никак не заканчивалась, и у Тони даже не было сил осознать, что что-то тут не так. Время шло, но кристально-синим, как когда-то для Бартона, для Тони мир вокруг не становился. Локи нахмурился, прикоснулся к скипетру второй рукой, вкладывая в него собственную силу; зрачки Тони распахнулись шире, глаза стали почти черными от боли, он приоткрыл рот в бессильном, беззвучном крике. И только. Реактора больше не было, но скипетр все равно не действовал. Локи резко отдернул скипетр, не глядя на Тони, повисшего в невидимых путах безвольным кулем, и уставился на голубой кристалл в недоумении. Исходящая от него сила ощущалась точно так же, как и раньше. Почему же не сработало на сей раз? Кристалл не изменился, противодействующего артефакта нет... Значит... Опустив скипетр, Локи взглянул на жертву; Тони уронил голову, пытаясь восстановить дыхание, но трикстер не дал ему такой возможности – жестко схватил за подбородок и вздернул вверх, вглядываясь в темные от только что пережитого глаза. Тони испуганно уставился в ответ, не понимая, чего от него хотят. Локи смотрел пристально, еле заметно шевеля губами, шепча заклинания, пытаясь влезть в мозг; Тони этого даже не чувствовал, он и не подозревал, что ему отдают приказы, которые он должен безотчетно выполнять. Успокоиться. Испугаться сильнее. Назвать имя Локи. Назвать коды доступа Щ.И.Т.а. Ни на уровне эмоций, ни на уровне разума внушение не работало. "Невероятно. Такая устойчивость у смертного..." Локи недовольно скривился, в задумчивости забыв отпустить Тони. На такое он не рассчитывал. Минимум – подневольный слуга, максимум – послушная марионетка. Старк так или иначе должен был принадлежать ему и выполнять его волю. Стать его орудием мести. Устойчивость к любому воздействию на разум перечеркивала все планы. Более того, теперь уйти незамеченным не выйдет: память Старку он тоже не сотрет. Значит... Локи отбросил скипетр, наклонился ближе, сжал ладонями лицо Тони – покалывание отросшей щетины смертного заставило его поморщиться – и наклонился к уху. – Ты ничего не сможешь сделать, – прошептал трикстер ледяным голосом. – Ты не спасешь свою команду. Я уничтожу их всех, одного за другим. Мир перед глазами Тони померк, все звуки затихли, словно не было ничего, кроме холодных пальцев на щеках, шороха дыхания рядом с ухом и голоса, гулко отдающегося в голове. Тони снова вздрогнул, и Локи поймал это движение – не без удовольствия. – Роджерс. Для магии не составит труда стереть следы сыворотки из его тела. Он станет больным, немощным девяностолетним стариком. Он умрет на твоих глазах, и ты ничего не сделаешь. Тони жалобно приподнял брови, изо рта вырвался хриплый выдох. Локи улыбнулся. – Беннер. Пробудить зверя ничего не стоит, ты знаешь, что я могу сделать это одним взглядом. Погибнет много людей. Невинных жителей. Женщин, детей. Ты не сможешь остановить его. Он опустошит несколько городов, пока его энергия не разорвет его изнутри. Тони начал еле заметно дрожать. – Бартон. Моя связь с ним не до конца разрушена. Мне даже не нужно выходить отсюда, чтобы отдать приказ, которого он не сможет ослушаться. Он убьет Романофф, а затем себя. Медленно. Отвратительно. Ты не остановишь его. Тони вздрогнул сильнее, дернулся, пытаясь если не вырваться, то хотя бы помотать головой, не слышать голоса, сбросить проклятые ледяные пальцы – но те только впились крепче. – Тор, сын Одина, – в голосе Локи зазвучало нескрываемое презрение. – Лишь вопрос времени, когда я найду заклятие, которое накладывал на него Всеотец. Тор вновь станет смертным, но сам не узнает об этом. Он ринется в бой и погибнет там. Ты не будешь знать, когда это произойдет. Ты будешь знать, что это случится, но не сможешь этому помешать. Тони судорожно, со всхлипом втянул в себя воздух, широко раскрытые глаза неподвижно смотрели в темноту. – Сын Коула, Фьюри, Хилл. Они погибнут быстро. Они даже не представляют угрозы. Ты не сможешь ничего сделать. Я заберу их у тебя. Тони зажмурился. – Потом я заберу твою огненную женщину. Посмотрим, сможет ли она выдержать лед Йотунхейма. Или ты забрал у нее огонь? Что ж, это делает задачу еще проще... Тони бы завыл, если бы мог, но он не мог издать ни звука, не мог даже пошевелиться. Только часто, поверхностно дышать и слушать, слушать, слушать... – А что касается тебя... – Локи наклонился к его уху ближе, от холодного дыхания зашуршали волосы. Тони снова распахнул глаза. – Ты был ближе всех к разгадке. Ты уничтожил корабль читаури. И ты посмел бросить мне вызов. Поэтому ты не умрешь. Ты будешь жить, помня, что знал, как погибнут твои товарищи, и не смог ничего сделать. А если ты начнешь забывать, я приду и напомню тебе. Локи отстранился и насмешливо взглянул в полные ужаса круглые глаза Тони, притворно-утешительно потрепал по щеке. Помедлив, приложил палец к его губам и произнес: – И ты не сможешь никому об этом рассказать. Ни единой душе. С пальца трикстера сорвалась зеленая вспышка, губы несколько раз кольнуло, словно сшивая нитью. А потом невидимые тиски резко разжались, и Тони со стоном рухнул на колени, схватившись за голову и часто, тяжело хватая ртом воздух; когда он поднял взгляд, Локи рядом не было. Только сиротливо лежал на полу скипетр, словно оставленный нарочно. Тони судорожно выдохнул и протянул одну руку, сжал дрожащие пальцы на рукояти скипетра. Он не сможет ничего сделать... возможно. Но Ультрон – сможет.

12.07.2015