Души (!) прекрасные порывы

Я был чертовски уставшим и раздражённым. Работа доконает меня, определённо. Но стоя сейчас во дворе своего дома, я потихоньку успокаивался. Белые хлопья снега падали с неба, забавно кружась. Красиво. Задрав голову, я увидел темно-синее небо с миллиардами звезд. Это зрелище приносило равновесие в мой хрупкий мир. На крыльце загорелся свет. Хм, ОН дома? И когда успел? - Я, конечно, не против поухаживать за тобой, если ты заболеешь. Но мне это быстро надоест. И тогда я «случайно» сломаю тебе... допустим, ногу. Но ты не можешь заболеть, так что... Я улыбнулся. Ничего не меняется. Быстро преодолеваю расстояние между нами. Снимаю с рук теплые варежки, бросая их на крыльцо, и забираюсь мужчине под футболку. Этот наглец и бровью не повёл! - Я тоже по тебе скучал, Питер. Касаюсь его губ своими. Чувствую его улыбку. И руки на своей заднице. Хейл тянет меня за собой в дом. Здесь тепло, но не так уютно, как хотелось бы. Все из-за ремонта. Но, надеюсь, что к Рождеству мы его закончим. Снимаю с себя куртку и кроссовки. Стягиваю надоевший галстук и белоснежную рубашку. Мужчина возится где-то на кухне и, к счастью, не видит этот недостриптиз. Переодевшись в домашнее, падаю на диван, накрываясь пледом. Я так устал. - Не спать, - передо мной возникает кружка горячего шоколада и вазочка с венскими вафлями. Питер присаживается рядом, прижимая меня к себе. «Я тебя обожаю» и поцелуй в колючую щеку. Хейл всегда знает, что мне нужно в данный конкретный момент. И за это я ему глубоко и безмерно благодарен. Он не раз защищал меня. От других. От себя. - Как работа? Выглядишь очень вымотанным и задолбавшимся. Что-то случилось? Ооо, я ждал этого вопроса. Готовился. А вот приготовился ли волчара? - Все очень плохо. У нас слияние. Половину медсестер уже уволили, скоро и до врачей доберутся. Остальные работают как прокаженные и борются за свое место. Я отстоял две операции по семь и двенадцать часов. А вообще, я уже на ногах около сорока трех часов. А помнишь ту милашку из онкологии? Ее тоже уволили. Теперь не с кем на обед ходить. Печаль... Я говорил очень быстро и сбивчиво, пока Питер не приложил палец к моим губам, призывая к тишине. Потянул меня на себя, укладываясь поудобнее и крепко обнимая меня. «Спи, волчонок», поцелуй в макушку. Но я этого уже не почувствовал, уйдя в царство Морфея. Сквозь окно в полный рост было видно, как забавно кружатся снежинки....