Изменения во всём

— Итак, что мы будем делать дальше? — Куромаку встал из-за стола и обратился к братьям. — Ты о Пике и Зонтике? — на всякий случай спросил Феликс, после чего чуть ли не равнодушным тоном сказал, - Ну, они же не маленькие дети, поэтому смогут разобраться друг с другом сами. — Их разногласия не доведут до добра, — заявил сидящий возле стены Ромео, — Их надо срочно как-то помирить! — Как?! Разве не видно, что они не просто так сцепились тогда? — воскликнул Четвёртый, — С их тяжёлыми характерами они никогда не помирятся сами… И нам лучше тоже не влезать. — А как же твой вечный девиз: „Во имя добра!“? — поинтересовался Седьмой, глядя на валета своей масти. — Иногда с добром лучше не переусердствовать, так что, пускай они разбираются сами. Это моё последнее слово, — беззаботно ответил Феликс, откинувшись на спинку стула, после чего Четвёртый упал на пол вместе со стулом, успев схватиться за свисающую со стола скатерть и потянуть её за собой. Вместе со скатертью со стола полетели подставка для салфеток и фарфоровая ваза с фруктами, которую успел поймать Данте. Ромео сразу кинулся помогать Феликсу подняться, а Куромаку просто стоял и удивлённо-негодующим взглядом взирал на Четвёртого клона, рядом с которым валялись сброшенная со стола скатерть и салфетница. — О! А я и не знал, что стол такой грязный, — сказал Габриэль, внимательно оглядев деревянную поверхность стола, и заметив на ней несколько пятен. — Феликс! — негодующе вскрикнул Куромаку, глядя на переполошённого Четвёртого. Блондин, встав с помощью Ромео, быстро взял с пола скатерть и расстелил её по столу, сказав: — Ничего не было. Четвёртый отодвинул стул к стене, чтобы он больше не падал и медленно сел на него. — Итак… Вернёмся к разговору, — спокойно проговорил Куромаку, — Я выслушал ваши предложения и думаю, что Пика и Зонтика надо держать под контролем и не давать им встретиться. Потому что, если они лишь увидят друг друга, они обязательно подерутся! Мне кажется, они начали упорную борьбу за лидерство… Они оба считают, что достойны этой роли. Я же не сделал бы лидером ни того, ни другого, так как они оба не соответствуют этому почётному званию: „Лидер“. Для этого нужно проявлять хоть какие-то добрые моральные качества по отношению к своим подопечным. Пик, да теперь и Зонтик, не способны на это, исходя из моих последних наблюдений. Заметили, каким гордым и самодовольным стал Зонтик?! А из-за чего, как вы думаете, он приобрёл новый характер? Может его кто-то на это натолкнул? — Ему пвосто мабаело то, фто Ваву пофтоянно мад мим ифдеваевся, вот неввы и не выдевжали, — мало кто понял, что тогда сказал Данте, потому что Третий усиленно пытался прожевать кусок яблока, что парню плохо удавалось. — Сначала прожуй, а потом уже скажи! — сделал замечание брату Куромаку и, пока Данте дожёвывал бедное яблоко, Второй продолжил свою мысль: — Ну, так вот! Мне кажется, что сам бы Зонтик никогда не додумался до такого. В крайнем случае, он бы просто оставил свои эмоции при себе. Зонтик крайне эмоционален, хотя и проявляет это довольно редко. Уж я то знаю. И что случилось теперь?! Это уже вторая драка! Подождём совсем немного, и он начнёт кидаться на нас. Не знаю, как вы, а я собираюсь вернуть его в обратное состояние. — Ты хочешь, чтобы он опять боялся Вару и позволял ему над собой издеваться?! — воскликнул Феликс, потирая ушибленный левый бок. — Во всяком случае, так будет лучше… — холодно проговорил Куромаку, — А ты хочешь, чтобы он тебя побил? Или, чего хуже, убил?! — Зонтик не способен на это! — продолжал спорить Четвёртый. — Знаешь, теперь он способен на многое. Раз уж он подрался с Вару, значит мы будем для него мелкими сошками! Нам нужно либо остерегаться Зонтика, либо каким-то образом вернуть его характер на место. Пускай лучше он лучше будет таким, каким сделал его Создатель, чем будет выдавать себя за кого-то другого. Вы согласны? — Я не согласен! — вскрикнул Феликс, — Я не хочу больше видеть слёз на глазах Зонтика! Он слишком долго терпел выходки Вару, неужели вы не рады, что он наконец то может постоять за себя?! — Когда-нибудь его агрессивный характер перерастёт во что-то большее, помяни моё слово! — серьёзным тоном проговорил Куромаку, бросил холодный взгляд на Феликса. — Можно теперь я скажу? — наконец, дожевав яблоко, Данте вступил в диалог. — Ну… Давай, раз уж начал, — Второй опустился на стул. Сил стоять уже не было. — Кхе… Кхе… Я вот что подумал. Тут, на самом деле всё просто. Знаете сколько лет Вару издевается над Зонтиком? Не буду говорить число, просто скажу, что оно большое. Я думаю, никто бы не вытерпел. Вот и у Зонтика терпение кончилось, и он, наконец собравшись с силами, взял и отомстил Вару. Разве вы не поступили бы точно также? — Лично я бы не позволил так обращаться с собой. Это неэтично, — как всегда серьёзно отозвался Куромаку. Дальше клоны продолжали рассуждать о поведении Пика и Зонтика. Это продолжалось чуть ли не до самого вечера. Габриэль уснул посреди разговора, так и не сказав ничего путного, а остальные клоны лишь выдвигали свои версии по этому поводу. А в то время, Зонтик решил серьёзно поговорить с Пиком обо всём этом. Шестой медленно подошёл к двери Восьмого и неуверенно постучался, спросив: — Можно войти? Ответа не последовало. Комната была закрыта, Пик явно не хотел общаться с братом. Он просто лежал на кровати, стараясь не подавать никаких признаков жизни. — Пик, я хотел поговорить с тобой, — продолжал Зонтик, — Это важно. Действительно важно. Драки не будет, обещаю, только впусти! Пиковый король продолжал молчать. Разговоры с Шестым обычно доставляли ему негативные эмоции. Восьмой перевернулся на бок и закрыл глаза. Сейчас ему не хотелось даже слышать голос Зонтика, не то, что разговаривать с ним. — Ладно… Можешь не впускать, мне главное, чтобы ты меня услышал, — сказал Шестой, садясь на пол рядом с дверью, — Помнишь, я сказал, что ты больше не лидер? Пик был рассержен. Уже второй раз за сегодняшний день. Ему хотелось проломить дверь и, как следует накостылять Зонтику, но Восьмой держался. Ему было интересно, что же сейчас такого скажет Шестой? — Ну… Так вот, — неуверенно продолжил Зонтик, — Я же тогда не шутил. Я сказал правду. И я не понимаю, почему ты так сильно отказываешься верить в это? Я понимаю, что ты привык быть лидером, но… Не всегда же тебе править. Пойми, есть на свете вещи лучше власти. Наверное… Мне сейчас главное, чтобы ты смог меня понять. Подумай хорошенько и посчитай, сколько лет Вару доставал меня. Два года? Или три? Нет! Больше. Намного больше… Мне кажется, он меня ещё до создания доставал! Ну, в общем, ближе к сути. Ты помнишь, как я вёл себя? Я не мог дать ему сдачи только потому, что боялся. Я не мог пойти против своих страхов, поэтому провёл пол жизни в слезах. Ты никогда не задумывался, как больно мне было переносить всё это? О своих подопечных ты вообще мало когда думал… Но, сейчас не о том! Знаешь, почему я решил, что стану лидером? Потому что судьба долго готовила меня к этому. И, вот теперь я полностью готов к тому, чтобы взять эту власть в свои руки. Я то готов стать лидером. Но… Готов ли ты передать это мне. Наверняка нет. А теперь главное. Я долго думал, не знал, как сказать тебе об этом, боялся, что ты не поймёшь, но… Я скажу. Именно благодаря тебе я переступил через себя и свои страхи. Если бы я тебя тогда не послушал, не знаю, чтобы сейчас со мной было. Я бы по прежнему сидел в комнате и боялся. Посмотри, кем я стал! Сам бы я никогда на такое не решился. — Зонтик старался сдерживать слёзы, говоря последнюю фразу. Сейчас сказать что-либо было крайне трудно, поэтому Шестой говорил медленно и членораздельно, — Я думаю, Пик… Ты меня понял. Если это действительно так, то… Прими мою благодарность. Ты был хорошим лидером. Честно. Но… К сожалению, твоё время прошло. Во всяком случае, Пик, спасибо тебе. Спасибо… За всё. Сказав последнее слово Шестой последний раз прикоснулся к двери комнаты Восьмого и, медленно встав, ушёл к себе в комнату. Всё то время, что Зонтик говорил, Пик сидел с другой стороны двери и внимал каждому слову Шестого. Услышав удаляющиеся шаги, Восьмой встал с пола и сел на кровать, спиной к стене. „Он поблагодарил меня“ — пронеслось в мыслях у Пика: «И сказал, что я хороший лидер… Точнее, был им… „Спасибо“ Как же много эмоций в этом слове… Став другим, Зонтик всё равно остаётся таким же добрым и чутким по отношению к другим. Но… Что же теперь будет дальше? Он ушёл, так?! То есть, это его последнее слово?! И я действительно больше не лидер? Как же мне теперь с этим жить…?» — Восьмой медленно опустил голову на подушку. В данный момент эмоции взяли вверх над Пиковым королём. По его щеке скатилась маленькая, чуть различимая слезинка. „Он меня поблагодарил… За что? За то, что я такой дурак, что, сам того не понимая, отдал ему свою власть?! Да как такое, чёрт возьми возможно?! Лучше бы я в тот день просто остался в комнате…“ — продолжал думать Пик. С каждой секундой из его глаз капало всё больше и больше слёз. Их уже невозможно было остановить. Эти маленькие слезинки, размером с алмаз, выражали сейчас истинные эмоции Пикового короля. Однако, их никто не видел. Да, и не увидит никогда.