Общага. 2 сезон.

Уолли с трудом разлепил веки и, не поворачивая головы, осмотрел доступную взгляду местность. Из увиденного им можно было сделать следующий вывод: был либо поздний вечер, либо раннее утро, а помещение, в котором он находился, имело окно, какую-то дверь,– возможно, чулана или ванной, - стены, потолок и как минимум кусок люстры. Внезапно рядом кто-то громко всхрапнул. С непростительной для похмелья резкостью Уолтер тут же дернулся и повернулся. Застонав от жуткого приступа головной боли, блондин все же пересилил ее и напряг зрение: судя по очертаниям, рядом лежал Джеймс. -Лось! – громким шепотом позвал Уолтер, пихая его в бок. – Лось, проснись, блядь! Сандерленд издал какой-то нечленораздельный звук и вновь захрапел. Тогда Уолтер решил распинать его ногами, однако едва он совершил первое движение пяткой навстречу телу друга, как его тут же что-то смутило. Пытаясь разогнать бодунный туман в голове и сообразить, что же это было, Уолли между делом вновь пнул Джеймса. Тот что-то недовольно промычал и махнул под одеялом рукой в попытке остановить эти неприятные действия со стороны обидчика. Пальцы его при этом задели нечто очень важное и очень интимное, что принадлежало Уолтеру. Последний сначала несколько удивился, а потом внезапно понял, что его смущало все это время. -САНДЕРЛЕНД! Какого хера я голый?! – завопил он, упираясь обеими ступнями в бок Джеймса и сталкивая его с кровати. Джеймс шумно шмякнулся на пол. Уолли же поспешил замотаться в одеяло. -Хули ты вытворяешь? – сипло спросил Сандерленд, садясь на полу. Уолтер, чьи глаза уже привыкли к полутьме, с ужасом заметил, что тот тоже был в абсолютном неглиже. -Почему я голый? Что происходит?! -Не ори, башка болит. Откуда я знаю, почему ты голый? Блядь, ты из-за этого меня разбудил? -Ты тоже голый! Джеймс недоуменно опустил взгляд. -Черт, правда ведь, - проговорил он. – А мы где вообще? -Да плевать я хотел, где мы! Мы что, того? В смысле, у нас что-то было? – нервно спросил Уолтер. -Ума не приложу. Последнее, что я помню - то, как тебя унесло с кальяна и ты решил станцевать мне стриптиз. Так что все может быть. Холодно, бля, - Сандерленд снова взобрался на кровать к Уолтеру, чьи выпученные глаза блестели в темноте. – Дай одеяло. Уолли стремительно откатился в низ кровати подальше от Джеймса. -Ну нет уж! Оденься немедленно! Хватит тут передо мной своим… нет, не было у нас ничего! И не танцевал я тебе! Фу! – он зажмурился. -Да-да, конечно. И вообще, я бы оделся, но я не знаю, где мои шмотки. -Меня это не интересует! Не танцевал! И не смотри на меня! – Уолтер спрятал нос в одеяло и негромко заскулил, пытаясь отогнать разнообразные гадкие мысли. Джеймс обреченно вздохнул, после чего поднялся на ноги и зашлепал по полу голыми пятками. -Ты куда? – быстро осведомился Уолли, которому было страшновато в случае чего оставаться одному черт-те где, да еще и в обнаженном виде. -Свет включить надо. -НЕТ! -Уолтер, да не ори ты, бога ради! Если я не включу свет, я не смогу одеться, - Джеймс раздраженно сжал пальцами виски. Уолли зарылся в одеяло с головой, чтобы не видеть того, чего ему видеть не хотелось. То и дело ударяясь о различные предметы и матерясь, Сандерленд искал выключатель. Наконец, щелкнула его кнопка и в комнате зажегся свет. -Ты нашел одежду? – тут же донесся голос из одеяльных недр. Однако этот вопрос остался без ответа. Немного подождав, Уолли нетерпеливо повторил его. -Ммм… да, я нашел, но… - Джеймс снова замолчал. -Что «но»? -Как бы тебе помягче?.. Короче, у меня есть две новости – хорошая и плохая. С какой начать? Уолтер, предчувствуя неладное, нервно сглотнул. -С хорошей, - чуть помедлив, ответил он. -Я знаю, где мы. А плохую вообще стоит озвучивать или ты сам посмотришь? Я надел штаны, если что. Уолли, мучимый странными противоречивыми чувствами, высунулся из одеяльного кокона. Краем глаза он увидел Джеймса, который действительно был в штанах и смотрел, кажется, куда-то в подножье кровати. Взгляд его был весьма неоднозначен, но, пожалуй, выражал какую-то степень удивления. Помимо всего прочего, Уолтер тоже узнал местность: судя по интерьеру и планировке, это была одна из квартир общаги, правда, не знакомая ему ранее. Сандерленд же продолжал красноречиво смотреть в сторону прикроватья. Догадавшись, что плохую новость следует искать именно там, Уолли снова сглотнул и медленно придвинулся к краю постели. Если бы его сердце билось, то от волнения, скорее всего, уже перестало бы. Однако то, что он увидел, свесившись с кровати, выходило за все возможные рамки и грани; Уолтер не смог сдержать вопля: на полу, обняв ворох его одежды, спал голый Кеннеди. -НЕ-Е-ЕТ! НЕТ!!! ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! Джеймс, у которого неимоверно раскалывалась голова, даже не пытался теперь заткнуть друга. Напротив, он с сочувствием смотрел на бьющееся в истерике тело. Леон же никоим образом не реагировал на вопли, продолжая посапывать в жакет Уолтера. -ПОЗОВИ РЭДФИЛДА! УНЕСИТЕ ЕГО! – окончательно запутавшись в одеяле, Уолли, продолжая захлебываться и верещать, упал на пол с другой стороны кровати. -Слушай, Уолл, ну ты чего? – Джеймс осторожно попытался помочь другу подняться. – Всякое бывает после пьянок, ну переспал ты с Ле… -НЕТ! Я с ним не спал!!! ЗАТКНИСЬ! – Уолтер зажал уши ладонями и закатился под кровать. Сандерленд недоуменно сдвинул брови: даже он во время истерик вел себя менее эмоционально. Говоря по правде, он вообще не понимал той трагичной сути проблемы, которую, видимо, сумел отыскать Уолтер. Подумаешь, расслабился, повеселился чуток. Никто все равно ничего не помнит, мало ли, кто и под кого спьяну лег. А вот орать с похмелья точно не стоит. -Это ты заткнись, - не выдержал Джеймс, когда из-под кровати раздался очередной душераздирающий вопль. – Возьми себя в руки и пожалей хотя бы меня. Ты-то уже мертвый, а я еще жить хочу, у меня жбан сейчас взорвется! Все равно уже ничего не изменишь. Подкроватный ор медленно затих: теперь оттуда доносились лишь негромкие всхлипы. -Что мне теперь делать?.. – сквозь слезы спросил Уолтер. -Вылезать и одеваться для начала, потом приводить себя в порядок и идти домой, я думаю. -Домой? Ты издеваешься? Я переспал с двумя мужиками, и мне теперь идти домой к своему?! -Да откуда ты можешь знать наверняка? И вообще, если бы ты переспал со мной, ты бы не забыл, уж поверь, - пафосно сказал Джеймс. -Шуточки твои совсем не к месту! Какая разница, с кем! Я изменил Генри, ты не представляешь, что это для меня значит! Я целый год пытался добиться хотя бы того, чтобы он мне улыбнулся, да ты вообще понимаешь, что… - из-под кровати снова раздались громкие рыдания. Сандерленд схватился за голову и, поморщившись от боли, опустился на стоящее в углу комнаты кресло. -Уолтер, я умоляю тебя, закрой рот! Просто вылезай и мы вместе попытаемся вспомнить, какого черта тут происходило. Растолкаем Кеннеди и вспомним, - страдальческим голосом предложил он. -Да и так все ясно! Все из-за тебя! Ты потащил меня в этот чертов клуб! -Я? Вообще-то, это ты приехал ко мне с коньяком. Уолли промолчал. Впрочем, и рыдания его снова стихли. -И, кстати, я тут тоже как минимум без трусов валялся, так что своему я тоже наверняка изменил. Но я так думаю: все, что делается по пьяни, не считается. В нормальном же состоянии ты под Кеннеди бы явно не залез, верно? Да и вы оба, надо сказать, не в моем вкусе – особенно Леон, его я вообще ненавижу – и какой бы расклад на этой постели ни произошел, что ты, что Кеннеди для меня слишком пидорастичны. Я люблю мужчин побрутальнее… -Мне плевать, каких мужчин ты любишь, - сурово перебили из-под кровати откровения Сандерленда. -Да я не к этому веду, идиот, не мешай мне тебя успокаивать, - огрызнулся Джеймс. – Я к тому, что на веселую голову всякой херни натворить можно, но это не смертельно. В конце концов, ты любишь только своего Генри. А я – только своего железноголового котю. Вот лично я об этом инциденте уже не вспомню через пару дней. Хотя я и так не помню… Короче, солнце, забей, ты вчера просто перебрал. Оденься и ползи каяться своему муженьку, мол, «загулялся, устал, не ори на меня, утром поговорим». А утром замни все это дело и просто нежно ему отсо… -Сандерленд, тебя слушать противно! У тебя хоть какая-то мораль или совесть есть?! -Конечно. Более того, я за своей совестью замужем, - Джеймс загадочно хихикнул. – Не будь ханжой. И я все-таки настоятельно рекомендую тебе вылезти и одеться. Уолтер выбрался из-под кровати и гневно взглянул на друга: -Ты сволочь, Джеймс. -Нихера себе заявление! Но я не обижаюсь. Серьезно, Уолли, брось. Сейчас подумаем вместе и наверняка вспомним, что ты вообще ни с кем не спал и все обошлось невинным стриптизом, которого я все равно не помню. Уолли сузил глаза, одаривая Сандерленда очередным злобным взглядом. Однако он все-таки встал и, подойдя к спящему Леону, брезгливо вытащил свои вещи из-под его руки. -Не смотри, - сухо сказал он, обращаясь к Джеймсу. -Естественно, - откликнулся тот, демонстративно закрывая глаза ладонями. Одевшись, Уолли сел на кровать и скрестил руки на груди: -Можешь смотреть. Сандерленд послушно отнял руки от лица: -Кеннеди-то разбудим? -Да ну его к черту, - Уолтера передернуло. – Давай, начинай. -Окей. Пойдем по порядку. Что помню я, ты уже знаешь, а что насчет тебя? Уолли закусил губу и задумался. -Так. Я помню, как ты сел за руль. Помню, как мы приехали в клуб. Какого-то чувака помню, на обезьяну похожего, который нам мартини заказывал все время. Еще помню, как ты выбирал заправку для кальяна. Дальше – темно, - изрек он после небольшой паузы. -Ага, а про стриптиз, значит, не помнишь? – ехидно уточнил Джеймс. Уолли злобно сверкнул глазами: -Нет. -Жаль, но я о нем тоже мало, что помню. Так или иначе, я вот сейчас, например, выхватил из каши в голове то, что из клуба мы ехали на тачке. Не знаю, куда, когда и на чьей, но помню вид из окна. И было уже темно, в клуб-то мы поехали еще днем… О! Еще я помню, что я засыпал в ванной! Или не засыпал… - Джеймс сосредоточенно нахмурился. – Или вообще не я… Уолтер выжидающе уставился на него: -Ну и? -Ну и… все, не помню больше, - Джеймс виновато пожал плечами. -Отлично, мне стало значительно легче, - саркастично сказал Уолли. – Пойду умоюсь. Джеймс вздохнул, уловив дрожь в голосе друга. «Опять рыдать пошел», - огорченно подумал Сандерленд, когда Уолли скрылся за белой обшарпанной дверью. Планировка во всех квартирах общаги была одинаковой – все они были однокомнатными, лишь некоторые были совмещены по две или по три, как в случаях с жилыми квартирами, в одной из которых жили некогда и сами Уолтер и Джеймс. Однако не успел Сандерленд расстроиться, как из ванной послышался дикий визг, а сразу после этого оттуда пулей вылетел Уолтер и захлопнул за собой дверь. -Что там еще? – почти с ужасом спросил Сандерленд. -Это выше моих сил!!! – ничего не ответив по факту, Уолли ринулся к входной двери и дернул на себя ручку. Но к его невероятному удивлению дверь оказалась запертой. – Что… что за черт?! Джеймс недоверчиво подошел к двери и тоже попытался открыть ее. Успехом не увенчалась и его попытка. -Отлично, - сказал Джеймс. – Замок сломан. -Но как мы тогда… и вообще, там… - Уолли указал пальцем дрожащей руки на дверь ванной. Сандерленд осторожно приоткрыл ее и тут же застыл: ЭТО уже было не просто немыслимым, ЭТО было абсурдным. Прямо в ванне, подложив под голову собственные джинсы, дрых Рэдфилд. В свете предыдущих событий несложно догадаться, что предметами одежды он тоже был не обременен. -Это, блядь, что еще за шутки? – Сандерленд перевел взгляд на Уолтера. -Ты засыпал в ванной и… и мужчины побрутальнее, - прошептал тот. Джеймс пораженно округлил глаза, безошибочно поняв намек: -Черт. -Слушай, может, они все-таки друг с другом, а? Пускай уж лучше мы с тобой, но… но не стал бы я с Кеннеди! -Конечно, не стал бы, ты и не в моем вкусе, - вдруг послышалось со стороны кровати. Уолли и Джеймс одновременно устремили взоры на проснувшегося Леона, который самым наглым образом лежал на спине, закинув ногу на ногу. Видимо, он не спал уже какое-то время и наблюдал за ними. -Что тут было? – немедленно спросил Джеймс. -Ты чего, малыш? Разве такое можно забыть, а? – Кеннеди пошло подмигнул. -Какой я тебе малыш?! – вскипел Сандерленд. – Совсем охерел, гнида?! -Ну и ну, а ночью ты меня по-другому называл, - Леон картинно вздохнул. -ЧТО?! -Мне даже обидно, малыш, что все твои стоны превратились в «гниду»... Уолли медленно поднял указательный палец вверх, как бы призывая присутствующих к вниманию. -Если вы… если вы были вместе, - хрипло начал он, с трудом выговаривая слова, - то я, значит… Дверь ванной открылась. Застегивая ремень на джинсах, оттуда вышел Крис. Без лишних слов и объяснений он сходу шлепнул опешившего Уолли по заднице. Тот даже не смог отреагировать – он находился в неописуемом шоке. Впрочем, состояние Джеймса, стоящего рядом, было ничуть не лучше: пытаясь осмыслить совершенно неудобоваримую для себя информацию, он потерянно смотрел куда-то в район причинного места Леона, совершенно не обращая внимания на то, что тот, следя за его взглядом, похотливо шевелил бровями и подмигивал. -Почему ты ушел среди ночи, детка? – спросил Рэдфилд, притягивая Уолтера за талию и прижимая его к себе. – Разве тебе не понравилось? -Эй, прекращай без дела пялиться, малыш. Если хочешь повторить, то так и скажи, я готов, - нахально заявил Кеннеди. Джеймс, тряхнув головой и придя в себя, хотел было отпустить остроту типа «малыш у тебя в штанах», но ввиду того, какая картина была во всей красе открыта перед ним, колкость такого рода показалась ему совсем неуместной. Поэтому Сандерленд лишь недобро оскалился и показал Леону средний палец. Уолли же находился в таком глубоком астрале, что не мог даже пошевелиться: молча хлопая ресницами и забывая дышать, он так и стоял в крепких объятиях Рэдфилда. Последний, кстати, в совершенно чуждой для себя манере откровенно лапал блондина и тихо шептал ему в ухо что-то неприличное. Чуткий слух Сандерленда уловил одну из произносимых Крисом фраз, и Джеймс тут же повернулся к нему. -Захлопни пасть и отпусти его, - прошипел он, хватая друга за рукав и дергая его на себя. Крис с улыбкой разжал руки, и Уолли оказался рядом с Джеймсом. – Откройте дверь. -Не, после той истории я запертые двери в вашей хибаре вообще стороной обхожу, – Кеннеди поднялся с пола и теперь был озадачен поиском своих трусов. -Рэдфилд, выпусти нас! – потребовал Джеймс. -А я их и до той истории не трогал и, что характерно, не собираюсь, - возразил Крис. Леон, наконец, нашел свои трусы и предстал взору остальных уже в относительно приемлемом виде. -Не нервничай, малыш. Иди ко мне, оставь нашу красотку Крису, они и без нас справятся, - томно сказал он, приближаясь к Джеймсу. -Не подходи ко мне, Кеннеди, иначе я за себя не отвечаю! – Джеймс воинственно сдул челку со лба. -Какой смысл ломаться после такой ночи? Нам все равно не выбраться отсюда, давайте веселиться! -Что значит – «не выбраться»? Как-то же мы сюда попали! Леон и Крис многозначительно переглянулись. -Какая разница, как? Нет, мы, конечно, найдем способ выбраться, но ты меня не понял, малыш. Я сказал: давайте веселиться, ты не расслышал? Это было не предложение, - Леон хищно улыбнулся и сделал шаг навстречу Джеймсу. -Ты совсем потерял страх, Кеннеди. Я оторву тебе яйца и заставлю сожрать их, клянусь, - Сандерленд задиристо прищурился. Уолли же, подобно переходящему кубку, вновь оказался в руках Криса. -Крошка, что с тобой? Тебя кто-то обидел? – приторно поинтересовался он, беря Уолтера за подбородок и поворачивая его лицо к себе. Взгляд блондина был затуманен и расфокусирован: то, что он имел связь с Крисом, настолько сильно не желало приниматься его сознанием, что оно просто решило отключиться к чертовой матери. -Да брось, разве я могу сделать тебе что-то плохое. Ты неважно выглядишь. И Уолтер тоже. Совсем пить не умеете, - с подозрительной нежностью изрек Леон. – Может, поправим здоровье? У нас есть виски. Услышав про алкоголь, Уолли дернулся в руках Криса. Он мелко задрожал, после чего, оттолкнув от себя Рэдфилда, сжал руки в кулаки: -Я НЕ МОГ С ТОБОЙ ПЕРЕСПАТЬ! -Я тоже так думал до вчерашнего дня, - признался Крис, пожимая плечами. Уолтер вперился взглядом в его глаза, надеясь отыскать в них хотя бы намек на то, что все происходящее – розыгрыш. Однако Рэдфилд, не моргая, продолжал честно смотреть на него и улыбаться. -Но… я не мог… - прошептал Уолли, опускаясь на кровать. -Вы вчера были здорово ужраты, когда мы пришли в клуб, - вставил Кеннеди. – Мы решили забрать вас сюда, чтобы вы пришли в себя, а вы как давай нам на шеи вешаться. Ну а кто откажется от двух упоротых готовых на все блондинок? Уолтер и Джеймс обменялись взглядами. -Конечно, никто, - вторил Крис, - к тому же, вы действительно на все были готовы. Но вы не подумайте, мы не конченные ублюдки, мы поотговаривали вас предварительно. Недолго, правда, потому что там такое началось, что лично я уже не в силах был отговаривать. -И я, – поддакнул Леон. -О, боже, что же я натворил?.. - Уолли закрыл лицо ладонями. -Ну вы тоже нашли, кого трахать, - сердито сказал Джеймс, заранее подготавливая свою голову к очередной шумовой атаке. – Идиоты. Он же даже умереть от стыда не может. Щас опять начнется. И действительно, Уолли снова заплакал, навзрыд выговаривая что-то вроде «Генри, прости меня», «Как я мог?» и прочее в этом духе. -Вот, пожалуйста. А у меня, между прочим, башка трещит. Знали б вы, как я вас ненавижу, - Джеймс обреченно сполз по стене на пол. -Успокой свою кошечку, Крис, а мы с Джеймсом пока выпьем, да? – не унимался Леон, коварно ошивавшийся рядом с Сандерлендом. -Ну уж нет, я в завязке. И, Кеннеди, я не шутил насчет твоих яиц, так что держись от меня подальше. Крис, в это время бочком подкравшийся к рыдающему на кровати Уолтеру, обнял его за плечи. -А ты не хочешь выпить? Станет легче, позволь мне тебя утешить, - шепнул Рэдфилд, наклоняясь к шее блондина. -НЕТ! Прекрати, прекратите все! Я не хочу! Не трогай меня! ГЕНРИ-И-И!!! – заверещал Уолли и принялся напропалую махать руками и ногами, несколько раз зарядив по лицу Крису, не ожидавшему такой реакции. Едва Уолтер прокричал имя мужа, как входная дверь вдруг распахнулась. На пороге, скрестив руки на груди, стоял Генри, а рядом с ним, оперевшись на дверной косяк – мистер Пирамидхэд. -Звал? – угрюмо поинтересовался Тауншенд, глядя на застывшего от внезапности такого визита супруга. -Г-Генри? – на автомате переспросил тот, осознавая, что совершенно не представляет, что делать и что говорить. -О, муж – объелся груш, ты за мной? Поехали, у меня голова раскалывается, - Джеймс встал с пола и решительно направился к Пирамиду. – Кстати, ты ведь прилетел за мной на обещанном вертолете, я прав? – деловито спросил он, протягивая руки для того, чтобы обнять мужа. Однако тот отстранился, и пальцы Сандерленда рассекли воздух. -Нет, – холодно ответил мистер Пирамидхэд. -Что за херня? – не осилил такого поворота Джеймс. Генри в это время, аккуратно отодвинув его с дороги, прошел в квартиру и поочередно кивнул Крису и Леону. Рэдфилд тут же отошел от замершего сусликом Уолтера. -Спасибо, ребят, - еле слышно шепнул Генри и сел на кровать рядом с супругом, чье лицо выражало крайнее недоумение. – Ну, как твое самочувствие, Уолтер? -Ты сказал «спасибо»? – насторожился Джеймс, который до этого пытался сообразить, с какой целью Пирамид вдруг записался в ряды самоубийц. – За что спасибо? Генри несколько смутился, но виду не подал. Вместо этого он вновь обратился к Уолтеру: -Что с тобой? Не молчи, ты же меня звал. -Не смей игнорировать мои вопросы, Тауншенд! – возмутился Джеймс. – А ты, рожа треугольная, что себе позволяешь? У тебя что, здоровье самое крепкое? Ну-ка быстро кинулся извиняться! И лучше бы на улице меня ждал вагон с розами и рабы, иначе я… -Замолчи, – спокойно приказал Директор. Брови Джеймса пораженно поползли вверх. -Что? – переспросил он. -Я сказал: замолчи. Могу повторить еще раз. Сандерленд громко задышал и закрыл глаза. Обычно такое его состояние предвещало нечто очень нехорошее для всего окружающего. -Я ж тебя сожру живьем, падла, - процедил он сквозь зубы. -Вперед, – Пирамид хмыкнул. Уолли в это время, наконец, немного собрался с мыслями. -Генри, прости меня, - с трудом выговорил он. Он не совсем понимал, за что извиняется именно сейчас, однако ситуация и все произошедшее до этого располагали именно к необходимости просить прощения. Так, по крайней мере, Уолтеру казалось. Да и, в общем-то, он все равно представления не имел, что ему еще сказать. -За что? – этим вопросом Генри ввел блондина в очередной ступор. -За… за все, - неуверенно ответил Уолли. -Перечисли, будь добр. -Ну… за то, что я вчера не пришел домой и за то, что я сейчас… ммм… в таком виде. -Все? -Не знаю, - Уолтер принялся пристально изучать свое запястье, лишь бы не смотреть мужу в глаза. -Странно. А что насчет Криса? Уолли заметно напрягся. Не дождавшись ответа, Генри повторил вопрос: -Любовь моя, что насчет Криса? Тоже не знаешь? Губы Уолтера задрожали. Он вдруг кинулся мужу на шею, в черт знает, который раз, разрыдавшись. Так паршиво он себя никогда не чувствовал – ему было и страшно, и стыдно одновременно. -Я не хотел, Генри, я правда не хотел! Я даже этого не помню! Прости, прости меня! – провыл он. Вдруг Сандерленд, собравшийся уже было сделать из своего мужа отбивную, с подозрением прищурился. Он медленно опустил руки и развернулся в сторону комнаты. -Постой-ка, Тауншенд, а откуда ты знаешь про Криса? И это твое спасибо… - на секунду задумавшись, Джеймс вдруг округлил глаза: – Ах вы ж, суки. Да вы ведь все это подстроили! Уолли, заканчивай истерику, эти подонки решили нас наебать! Уолтер непонимающе уставился на Джеймса. -До тебя разве не доходит? – нетерпеливо спросил Сандерленд, с нездоровой улыбкой глядя то на Пирамида, то на Генри, то на стоящих в уголочке Леона и Криса. – Наши муженьки нас решили разыграть! Думаешь, твой Тауншенд, зная о том, что ты с Рэдфилдом трахаешься, ждал бы утра, чтобы тебя в этом упрекнуть? Уолли похлопал ресницами и с искренним недоумением посмотрел на своего супруга. Тот, похоже, был несколько ошарашен. Блондин же, который весьма туговато мыслил с бодуна, с трудом, но все-таки сопоставил факты со словами Джеймса и, придя к выводу, немедленно отстранился от Генри. -Точно ведь, - вымолвил он, переводя взор на Джеймса. -Мы собирались вам потом сказать… - начал было Леон, почувствовав, что атмосфера накаляется. -Заткнись, мразь, с вами я позже разберусь,- перебил его Джеймс и, резко повернувшись к мужу, с пугающей нежностью спросил: – скажи-ка мне, котик, как в ваши с Тауншендом светлые головы пришла такая замечательная мысль, а? -Просто, хм… - Директор Корпорации, в голосе которого гонора заметно поубавилось, напряженно потер пирамиду. – Курочка, ты только не злись… -Отвечай, сука, на вопрос, не беси меня еще больше, иначе ты отсюда живым точно не выйдешь. Пирамид с волнением оттянул галстук от шеи. -Ну, мы… в общем, я приехал домой достаточно поздно, и, не найдя тебя, забеспокоился. Первым делом, естественно, я подумал, что ты у Тауншендов, и поехал туда, - он нервно сглотнул. – Но Генри сказал, что Уолтера тоже давно нет и что он собирался в пансионат. Вместе мы поехали туда, а по пути… хм, по пути увидели твою машину возле клуба. Когда мы туда зашли…эм…ты и Уолтер… вы были…ммм…раскрепощены немного более, чем следовало бы замужним дамам, поэтому мы забрали вас и, эм, решили немного… проучить. А Крис и Леон согласились нам в этом помочь. Мы, вроде как, хм… решили инсценировать последствия вашего бурного отдыха. Сразу после того, как рассказ Пирамида был выслушан, Уолли гневно вскочил с кровати и хлестнул Генри по лицу. -Ты… ты хотя бы представляешь, что я чувствовал?! – срывающимся голосом закричал он. – А знаешь, какие мысли приходили мне в голову?! Знаешь, что я запланировал на тот случай, если ты меня не простишь?! -Уолли, я… - Генри попытался было взять его за руку. Сам он выглядел непривычно растерянно – тайна явно не должна была быть разоблачена так быстро. -Пошел ты! – Уолли отдернул руку и быстрым шагом направился к выходу. По пути он задержал на мистере Пирамидхэде яростный взгляд, а после, хлопнув дверью, покинул квартиру. -Так вы, ребятки, выходит, хотели, чтобы мы с Уоллом валялись у вас в ногах и раскаивались? А вы бы потом великодушно заявили, что ничего страшного не произошло и что мы зря устроили истерику? По сценарию, мы должны были обрадоваться и кинуться вам на шеи с воплями счастья, так, что ли? – Джеймс принялся расхаживать по комнате. Генри, придя в себя, рванулся вслед за супругом, однако Сандерленд решительно толкнул его в грудь, загораживая собой проход к двери: -Не смей его трогать, Тауншенд, иначе я и тебя прикончу. Но сначала я договорю. Ладно ты - Уолтер действительно мог бы повестись на эту чушь - но, блядь, дорогой, ты что, и от меня этого ожидал? – Джеймс снова обратился к мужу. Тот опустил пирамиду. – Серьезно ожидал? Сандерленд пугающе резко зашелся полубезумным смехом, после чего так же резко замолчал. Он обвел комнату взглядом, остановившись на каждом из присутствующих. -Знаете, - его голос прозвучал неожиданно тихо и спокойно, - вы же, выходит, все предатели. – тут он сфокусировался на Генри. – Что теперь делать Уолтеру, а? Я могу уехать отсюда к чертям – разнести тут все, взорвать, да что угодно, я серьезно могу, и уехать – а он ведь даже не может покинуть город. И ты это знаешь. И ты, Рэдфилд, - Джеймс посмотрел на Криса, который был в точно таком же ступоре, как и все остальные, - поступил как настоящий рыцарь. Уолли мне рассказал, как отбрил тебя. Ты решил отомстить и поэтому так легко согласился на такую подлость? Ладно, ты, Кеннеди, всегда был полным придурком. Мне тебе даже сказать-то нечего. Мерзко, ребятки, мерзко. Что касается тебя, - даже не повернувшись в сторону мужа, обратился Сандерленд, – имей в виду, с этого момента мы больше не вместе. А сейчас я даже делать ничего не буду – у меня голова болит и очень уж гадко на душе. Надеюсь, вы хотя бы Шепарда не превратите в себе подобное мудло. Закончив свою речь и с картинной брезгливостью обойдя замершего в дверях Пирамида стороной, Джеймс вышел из квартиры. Почти минутное молчание, установившееся в ней, прервал Леон. -Как-то Джеймс внезапно оказался умным, - сказал он, однако эта реплика осталась без внимания. Пирамид, который до этого стоял в дверном проеме точно пораженный молнией, медленно поплелся прочь. Генри, совершенно не зная, что делать дальше, обреченно обхватил голову руками: это был единственный случай, когда он не мог даже предположить, что можно предпринять. Очевидно было одно: под серым небом Сайлент Хилла назревала крупная драма.