Общага. 2 сезон.

Нервно кусая губы, Уолтер расхаживал по комнате, изредка останавливаясь возле окна и вглядываясь в темноту за стеклом. Джеймс, закинув ногу на ногу, лежал на кровати Криса и лениво листал порножурнал, найденный под матрасом. Уолли периодически бросал на него многозначительные взгляды, всем своим видом пытаясь намекнуть, что им обоим есть, о чем поволноваться, кроме картинок в чертовом журнале. Джеймс же упорно не замечал этих взглядов. -Долго ты собираешься вот так лежать? – не выдержал Уолтер. -В чем проблема? Я уже предлагал сходить в клуб, - отозвался Сандерленд, переворачивая очередную страницу. -Джеймс, ты вообще понимаешь, что они были там в Темное время? Понимаешь, что они могут не вернуться? -Чел, что я могу сделать? Я не чувствую, что произошло что-то страшное. А если и произошло – сходи и проверь. Просто тогда я не вижу смысла в том, что мы их вообще отправили, раз ты готов сам туда переться. Уолли покачал головой: -И как только переселение душ возможно, когда у одного из заклинаемых ее вообще нет? -Ну вот, опять ты хочешь меня обидеть. Не делай так больше, – Джеймс погрозил ему пальчиком. Буквально в эту же секунду входная дверь открылась. И без того непривычно бьющееся сердце в груди Уолтера участило ритм: он ожидал увидеть на пороге вернувшихся Леона и Криса. Однако надежды рассыпались осколками, когда вместо боевой пары в дверном проеме нарисовался Генри. -Мне сказали, что вы здесь уже несколько часов сидите, - войдя внутрь, сообщил он. – Я думал, вы снова чем-то закидываетесь. Уолли, который за все это время страшно соскучился по мужу, нетерпеливо потоптался на месте. Джеймс же, видимо, опять забыл, что ему полагается быть Уолтером: безразлично взглянув на вошедшего, он снова уткнулся в журнал. Генри с удивлением посмотрел на него. -Слушай, может, ты мне объяснишь, какая муха его укусила? – поинтересовался он у стоявшего напротив Уолтера. -Он… я… О боже, милый, что у тебя с лицом?! – воскликнул тот, когда Генри повернулся к нему. На скуле фотографа красовался внушительных размеров синяк. Джеймс, лежавший на кровати, напряженно кашлянул. -Вот я и спрашиваю у тебя, что стряслось с моим благоверным, - повторил Генри. Уолтер переменился в лице и медленно повернулся к Сандерленду. Тот усиленно пытался спрятаться за журналом, однако взгляд его собственных глаз буквально прожигал бумагу насквозь. -Вел себя как я, значит?.. - процедил Уолтер. -В точку, – подтвердил Генри. -А было бы лучше, если бы мы переспали? – недовольно уточнил Джеймс, высовываясь из-за обложки с некой грудастой дамой. -Раньше за это я по морде не получал, - фотограф пожал плечами. -А просто так уйти ты не мог? – не унимался Уолтер. -Это случилось на автомате, я не собирался его бить! Да и ручки у тебя все равно слабенькие, так что в чем проблема? Жив, цел, зубы на месте – все в порядке, оставьте меня в покое, - пробурчал Сандерленд. -О, какая гуманная логика! Я просто иной раз хочу свернуть тебе шею за твою человечность. -Вперед, только шеи не перепутай, - Джеймс ехидно подмигнул. -Простите, что лезу, но, по-моему, с вами обоими происходит неладное. Вы подсели на что-то, да? – высказал догадку фотограф. -Вот черт, Генри, да ты просто разбрасываешься гениальными идеями! И почему ты так некстати решил нарушить вековой обет молчания, а? – раздраженно полюбопытствовал Сандерленд. -Джеймс, ты совсем охерел?! – возопил Уолли, который надеялся, что тот хотя бы при нем будет вести себя относительно спокойно. -Прости, родной, серьезно, просто нервы. Меня тоже начинает напрягать ситуация, - признался Джеймс. Он перевел взгляд на Генри. – И, кстати, по-моему, мы только что спалили контору. Тауншенд, судя по виду, был несколько шокирован происходящим. Он смотрел то на Уолтера, находившегося в теле Джеймса, то на Джеймса, находившегося в теле Уолтера. Ни тот, ни другой, ожидая его реакции, ничего более не сказали до тех пор, пока Генри не собрался с мыслями и не заговорил сам. -Во всяком случае, это действительно похоже на правду, - произнес он, точно отвечая каким-то своим мыслям. -Я знаю, это звучит бредово, но Джеймс… - начал было Уолли. -Да-да-да, Джеймс долбоеб, забавы ради прочитавший заклинание, которое внезапно сработало, – перебил его Сандерленд. – В общем, друг, ты меня прости за то, что утром было, ладно? Я бы, конечно, мог воспользоваться случаем и проверить на вшивость все восхищения Уолла в твой адрес, но я все-таки люблю его больше, чем секс, так что… - он виновато улыбнулся. -Эм, спасибо, Джеймс. На самом деле, если бы я узнал, что однажды переспал с тобой, даже когда ты был в теле Уолтера, то восхищений бы больше не было – я бы отрезал себе член, - Генри кивнул, дав понять, что не в обиде. – Ты не мог бы оставить нас наедине? Сандерленд, который еще на словах о результате их возможного совместного времяпрепровождения оскорбился до глубины души, презрительно приподнял уголок верхней губы и фыркнул. -Только не вздумайте сосаться, иначе мне придется потом отрезать себе язык, - передразнивая тон Генри, сказал он и, толкнув фотографа плечом, гордо удалился из квартиры. Уолли сел на край кровати и устремил на мужа обреченный взгляд. -Значит, ты теперь… Немного лось, - задумчиво промолвил Генри. -Это ненадолго, я надеюсь. Крис и Леон скоро должны вернуться, - отозвался Уолли. -Вернуться? Откуда? Уолтер замялся. Говорить мужу о том, что он воспользовался своими знаниями, чтобы отправить двух людей в старый город на верную смерть, ему не слишком хотелось. Однако, взвесив все за и против, он пришел к выводу, что терять теперь все равно нечего. -Нам нужно заклинание, чтобы вернуть все на свои места. Книга с ним могла быть только в одном месте – в старом Хилле. Нам пришлось просить их о помощи, ведь только они никак с городом не связаны. Если бы пошел кто-то из нас, могла бы развязаться война, ты же знаешь, – поведал он. Эта информация явно пришлась фотографу не по душе, однако он, шумно выдохнув через нос, решил не доводить Уолтера до совсем уж отчаянного состояния и предпочел не комментировать эту реплику. -Я знаю, мы не должны были, но Джеймс сжег книгу, а без нее нам не справиться. И у нас остались всего лишь сутки. Ты знал, что за стеной нашего дома есть какой-то сектантский подвал? -Нет. -Когда все кончится, я покажу тебе. Надо избавиться от всего, что там находится… - в глазах блондина, который попытался увести в сторону собственные мысли о так и не вернувшихся Леоне и Крисе, заблестели слезы: попытка оказалась неудачной. – Они должны были вернуться до наступления Тьмы… -Паршиво, на самом деле, мне даже нечем успокоить тебя. Разве что тем, что эти люди все-таки охраняли мою жизнь и справились с этим весьма успешно. Я не думаю, по крайней мере, что они могли бы погибнуть просто так, – произнес Генри. В комнате повисло молчание. Уолли печально смотрел в одну точку, не особо вдохновленный словами фотографа, а тот, в свою очередь, смотрел на Уолли. -Вообще, знаешь, я хотел сказать, что даже если все останется так, как есть, я все равно буду с тобой, - изрек Генри, нарушив тишину. – Ну, вроде как, в горе и в радости и все такое. Уолтер поднял на него благодарный взгляд. -Я рад это слышать. Сейчас бы поцеловать тебя, но мне самому противно представлять, как ты с лосем целуешься, - он слабо улыбнулся. -Мне, честно признаться, тоже, но если все равно придется – ты ведь всегда будешь моим Уолли, даже если окажешься в теле Пирамида. -А если в теле Гарри? -Ну, с этим несколько сложнее, но, пожалуй, я привык бы. Уолли, терзаемый противоречивыми чувствами, все же осмелился встать с кровати и обнять своего супруга. -Спасибо, - негромко сказал он. – Я люблю тебя. В эту же секунду дверь квартиры вновь распахнулась. -Не смейте сосаться, я серьезно! – сверкнув глазами, возопил Джеймс. – Но надо отдать должное, на моменте про Гарри я почти разрыдался. -Ты что, подслушивал? – негодующе спросил Уолтер. -Конечно, - невозмутимо ответил Сандерленд. – Я же должен был знать, когда дойдет до того момента, на котором вы можете поцеловаться, – он вдруг всмотрелся куда-то вглубь коридора. – А вот и наши герои, как раз вовремя! Через несколько секунд в квартире появились Крис и Леон. Оба выглядели так, будто их прокрутили сначала в мясорубке, потом отправили на экскурсию по всем кругам Ада, а вдобавок еще и попрыгали на каждом из них. Но, несмотря на это, Кеннеди радостно улыбался, а Крис, едва оказавшись в квартире, не обращая ни на кого внимания, начал сбрасывать с себя одежду. -Пришлось задержаться, - виновато сказал Леон. – Непросто было укладывать с ножа этих тварей – там их просто уйма! -С ножа? – не поверил Джеймс. -Ага, парочка моментов были, когда мы думали, что нам крышка. Да, напарник? – агент весело обратился к Рэдфилду, который, по-прежнему не произнося ни слова, собирался скрыться в ванной. -Уже не напарник, - холодно отчеканил Крис. Дверь ванной за ним захлопнулась. -Тс, ханжа, - Леон недовольно цокнул языком. Он принялся рыться в карманах куртки и вскоре достал из одного из них смятый ветхий листок. – Вот ваш некрономикон или как там это называется, – он протянул его Уолтеру. -Кеннеди, боже, ты себе не представляешь, как я тебя иногда люблю! – воскликнул Джеймс, отталкивая в сторону Уолтера и кидаясь Леону на шею. Уолли, впрочем, почти сразу опомнился и последовал его примеру. -Эй, полегче! – прохрипел Кеннеди, когда на него свалилась внушительных размеров тушка Сандерленда, утяжеленная восхищением находившегося в ней Уолтера. Уолли, продолжая почти влюбленным взглядом смотреть на агента, послушно отцепился от него. Внимательно изучив листок, он удовлетворенно кивнул и отдал его улыбающемуся во весь рот Джеймсу. Генри в это время сдержанно поблагодарил Леона и пожал ему руку. -Тебе они тоже сказали? Я думал, это тайна и наша операция опасна и сверхсекретна, - с легким разочарованием в голосе протянул тот. Едва Леон снял куртку, как Уолли, бросивший на него случайный взгляд, в ужасе закрыл рот ладонью. -Господи, у тебя кровь! – взвизгнул он, тыкая пальцем в плечо агента. Кеннеди удивленно посмотрел туда, куда указывал перст блондина. Футболка на этом месте действительно была разодрана, а на самом плече красовалась неглубокая рана. -Черт, так он мне и куртку, выходит, порвал, - с сожалением произнес Леон. – А это фигня, затянется. У вас трава есть? -Думаешь, заживет, если ты шмальнешь косячок? – усомнился Сандерленд. -Не, трава есть такая специальная, лечебная, - пояснил Кеннеди и полез под кровать, где можно было найти практически все. -Подорожник, что ли? – переспросил Джеймс. Леон заржал и ударился головой о дно кровати. -Ты уверен, что тебе медицинская помощь не нужна? – обеспокоенно уточнил Уолли. -Уверен. Крис сейчас из душа выползет, перевяжет, и все нормально будет, - откликнулся Леон. Из-под кровати он извлек компактную аптечку. – А вы давайте, превращайтесь уже. Зря мы жизнью рисковали, что ли. Уолли согласно кивнул и взглянул на Джеймса, которому несколько минут назад вручил листок с заклинанием. -Читай в обратном порядке, - приказал он. – И представляй себя. Ну, то есть, свое тело. Генри опустился в кресло, с любопытством ожидая результата. Леон тоже с интересом уставился на происходящее. Джеймс неуверенно начал чтение. Уолли, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, внимательно вслушивался в каждое произносимое им слово. Когда последняя фраза была, наконец, озвучена, Сандерленд зажмурился, ожидая немедленного возвращения в свое тело, однако почти в течение минуты ничего не происходило. -Эй, что за хрень? Если я останусь в этой худосочной тушке, меня же муж брос… - Джеймс не успел закончить возмущаться, так как в следующее мгновение неожиданно упал без чувств, точно подкошенный. В этот же миг то же самое произошло с Уолтером. Генри рефлекторно выставил руки вперед, подхватывая обмякшее тело Сандерленда, Леон же уберег от падения тело Уолли. -Любовь моя, это все еще ты? – спросил Генри, когда Джеймс вновь распахнул глаза. -Бог миловал, - язвительно ответил Сандерленд. Фотограф, тут же потеряв к нему всякий интерес, бесцеремонно убрал руки. Джеймс звучно шмякнулся на пол. Уолли же, очнувшись на руках Леона, в первую очередь схватил прядь своих волос и поднес ее к глазам. -Наконец-то, - выдохнул он. – Ты уже можешь меня отпустить. Леон послушно поставил Уолтера на ноги. Тот немедленно кинулся к Генри и, едва не выбив ему зубы, с налету впился в него поцелуем. Наблюдая за тем, как супруги жадно кусают губы друг друга и вообще едва ли не занимаются любовью, Джеймс саркастично фыркнул. -Ну можно подумать, год не виделись, - пробурчал он. – Тогда уж и трахнитесь тут, чего мелочиться? Генри, не отрываясь от губ Уолтера, показал ему средний палец. Уолли отлип от фотографа только тогда, когда в комнате снова появился Крис, интенсивно вытиравший короткие волосы полотенцем. Блондин подскочил к нему и заключил в крепкие объятия. -Я надеюсь, это уже Уолтер? – уточнил Рэдфилд. Хмыкнув, Леон кивнул ему в ответ. -Вы просто настоящие герои, ребят, - воодушевленно заявил Уолли, вновь возвращаясь к мужу. – Во всяком случае, прощения вы точно заслужили. Так ведь, лось? -Честно говоря, мне вообще фиолетово, но пусть так. Спасибо, чуваки, я так соскучился по этому очаровательному личику, - Джеймс провел пальцами по собственной щеке. Генри шепнул что-то на ухо Уолтеру и обнял его за талию. Тот смущенно хихикнул. -Уже поздно – думаю, раз все хорошо, нам нет смысла больше мешать вам. Вы ведь наверняка хотите отдохнуть? – предположил Уолли. -Это он мягко намекает на то, что им с Генри невтерпеж, и они уходят, - пояснил Сандерленд. – Я тогда тоже задерживаться не стану. -Завтра, надеюсь, вы расскажете нам о своем героическом походе? – предварительно одарив Джеймса красноречивым взглядом, с улыбкой осведомился Уолтер. Леон интенсивно закивал. Крис, заметив рану на его плече, ахнул и выпучил глаза. -И ты молчишь?! – воскликнул он. -Да это просто царапина, - отмахнулся агент. -Действительно, как с котенком поиграл, - Рэдфилд сурово нахмурился. -Тс! – Леон закатил глаза. Он перевел взгляд на остальных присутствующих. – Ладно, топайте, а то меня сейчас будут бить ремнем по заднице и лишать мороженого. Не балуйтесь больше с колдовством. -Нет, все, с этим я тоже завязал, – твердо сказал Джеймс. – Черт, Уолтер, с тобой одни проблемы! Ни выпить, ни в Гарри Поттера поиграть – ты просто притягиваешь неприятности! Надеюсь, мой котик догадался купить мне чего-нибудь вкусненького. Потому что если нет - я сожру его. Всем спокойной ночи, – с этими словами он первым вышел за дверь. -В общем, спасибо еще раз, - Уолли с уважением посмотрел на боевую пару. – И до завтра. Крис учтиво кивнул, а Леон помахал им ручкой. Едва Генри, пропустив супруга вперед, закрыл за собой дверь, как из-за нее тут же донеслись вопли Криса: -Я же говорил тебе, чтобы ты был осторожен и поменьше болтал! -Ты мне что, мамочка? – огрызнулся Кеннеди. -Я и не думал, что когда-нибудь буду испытывать такие нежные чувства к этим болванам, - сказал Уолли, обернувшись на только что покинутую квартиру. – Как же я рад, что все закончилось. *** С момента этих событий прошло полмесяца. Уолли проснулся от того, что услышал настойчивый стук в дверь. Он бросил на часы сонный взгляд: не было еще и девяти утра. Осторожно убрав с себя руку Генри, он нехотя встал с кровати и отправился в гостиную. Стук не прекращался. Открыв дверь, Уолли обнаружил на пороге почтальона. -Вы сегодня рано, - удивился блондин. Луркер что-то прошипел и протянул ему конверт. – Срочная доставка? Странно. Ладно, спасибо, всего доброго. Проводив почтальона, Уолли уселся на подлокотник кресла и с интересом распечатал конверт. Внутри оказалась сложенная вдвое записка, в почерке которой узнавалась рука Хизер: «Сегодня в полдень ждем в общаге. Расценивать как экстренное собрание. Явка обязательна. P.S. Уолли, испеки печенье». -Экстренное собрание? – удивился Генри, бесшумно подкравшийся к супругу со спины. От неожиданности Уолтер взвизгнул и чуть не свалился с кресла. -Ты же напугал меня, дурак! – воскликнул он. -Извини, – фотограф поцеловал его в плечо и тут же был прощен. -Ума не приложу, что там у них опять приключилось. Надеюсь, что-то действительно важное, потому что из-за них такой шикарный сон пропал… Ладно, я пойду умоюсь, а потом – печенье, раз такое дело. *** Джеймс яростно подскочил с кровати после того, как стук в дверь не прекращался на протяжении почти десяти минут. Все это время Сандерленд упорно пытался спрятаться под подушкой, чтобы не слышать назойливого звука, однако кто-то, по всей видимости, всерьез задался целью проникнуть к ним в дом ранним, по мнению Джеймса, утром. -Если это ты, железяка, опять без ключа, я тебе жбан просверлю! – гневно прошипел Сандерленд. -Но я лежу сбоку от тебя, - робко сказал Пирамид. Джеймс недоуменно повернулся: -Ну а какого хера ты до сих пор дверь не открыл, полуебок? -Прости, курочка, я только сейчас проснулся, потому что тебя рядом нет, - виновато отозвался мистер Пирамидхэд. -Бла-бла-бла, идиот чертов, - Сандерленд пошел открывать. В дверном проеме обнаружился все тот же почтальон, поспешивший вручить Джеймсу конверт и утечь в сторону ворот. «Твое присутствие не обязательно, но сегодня в 12:00 все собираются в общаге. Если тоже пойдешь – бери с собой мужа, новость на повестке дня грандиозная. P.S. Но твое присутствие не обязательно». -Что за любовные послания от рыжухи? – вслух удивился Джеймс, прочитав письмо. – Эй, муж, без нас тут не обойдется какое-то мероприятие, так что отрывай от кровати задницу, башку и что там у тебя еще есть – мне нужны новые джинсы! *** К полудню на кухне общаги собрались все приглашенные. Все, кроме самой Хизер и Алекса. Уолли, со скучающим видом жуя собственноручно приготовленное печенье, сидел на коленях мужа, за чем, неприязненно сдвинув брови, наблюдал мистер Мейсон. Джеймс грыз яблоко и пытался усидеть на одном месте в новых джинсах, которые были малы ему на два размера, а Пирамид думал, стоит ли говорить ему о том, что если он продолжит елозить, то джинсы точно лопнут по швам. Леон и Крис, которые были оповещены о собрании самыми первыми в начале шестого утра, спали прямо за столом. Наконец, в дверном проеме появилась Хизер, ведомая под руку Алексом. Вид у последнего был престранный: он был небрит, взъерошен и, кажется, чем-то напуган. Можно было решить, что он не спал несколько ночей, держась на одном только кофе. Хиз, в свою очередь, была как обычно жизнерадостна, а на веснушчатых щеках играл задорный румянец. -А я вам говорил, что она из моего Шепарда все соки выпьет! – заявил Джеймс, сравнив внешний вид обоих молодых людей. Уолли снисходительно взглянул на него: он прекрасно помнил времена, когда Сандерленд сам выпивал соки из бедняги Алекса. -Отлично, все в сборе. Прошу прощения, что так рано всех разбудила, но дело не требует отлагательств, - весело сообщила Хиз. – Алекс, я хочу сесть. Шепард, немедленно встрепенувшись, пододвинул к ней стул. Хизер уселась на него и окинула взглядом всех присутствующих. -Ты теперь тоже под гнетом инквизиции? – удивился Генри, обращаясь к Алексу. Тот вздрогнул и промолчал. Фотограф вскинул брови, решив, что Алекса бьют за любое лишнее слово. -Уолли, дай мне это, – потребовала Хизер и, не дожидаясь ответной реакции, выхватила из рук блондина коробку с печеньем. Ни на кого не обращая внимания, девушка принялась уплетать его за обе щеки. -Дорогая, так что там у вас? – ласково спросил мистер Мейсон. -Я не могу шказать, пока они шпят, - с набитым ртом ответила Хиз, кивнув на Леона и Криса, которые сопели, лежа на другом краю стола. Любопытный Джеймс стукнул их лбами. Мужчины немедленно проснулись и, точно по команде, сделали вид, что им очень интересно происходящее. -Говори, - приказал Сандерленд, разрешив проблему. -Не могу, - капризно откликнулась Хизер. – Я ем. Алекш, шкажи ты. Шепард отрицательно замотал головой. В его глазах читался неподдельный ужас. -Алекш, не вынуждай меня идти на крайние меры, – Хизер подняла на молодого человека грозный взгляд. С набитыми щеками и печенюшными крошками на губах она выглядела отчего-то еще более устрашающе. Шепард сделал глубокий вдох и зажмурился. Уолтеру показалось, что он сейчас зарыдает; на Хизер блондин смотрел уже с недобрым подозрением, ибо он терпеть не мог тех, кто заставлял Алекса страдать. -Хиз… У нас… мы ждем ребенка, - прохрипел Шепард и тут же свалился без чувств. -Жа, - Хиз согласно кивнула, продолжая увлеченно хрустеть печеньем. Воцарилась идеальная тишина, в которой звук падения яблока из рук Джеймса показался необычайно громким. Впрочем, она нарушилась ровно в тот момент, когда мисс Мейсон невозмутимо отправила в рот очередную горсть печенья. -Што? – спросила она, когда всеобщее молчание стало ее напрягать. -Это… я просто… но как? – вымолвил Гарри. -Ну пап, тебе што, наришовать? – с легким раздражением в голосе прошамкала Хизер. – Пошему никто не радуетша? Уолли, до этого неподвижно сидящий с открытым ртом, с трудом, но все-таки раньше всех пришел в себя. Он растроганно всхлипнул и кинулся к подруге: -Милая, ох, это просто невероятно, я так счастлив за вас! -Шпашибо! - едва не подавившись печеньем, Хиз радостно ответила на объятия. Вслед за Уолтером вышли из транса и все остальные, кроме, пожалуй, Гарри. Он без движения сидел на месте, а глаза его были полны слез. Даже Джеймс, разрыдавшись от умиления, полез обнимать Хизер через весь стол, еще больше рискуя джинсами. Генри же, будучи единственным сохранявшим спокойствие, поспешил помочь подняться несчастному Шепарду, которого едва не затоптали Крис и Леон, сон с которых как рукой сняло после такой новости. -Ты, я так понимаю, не рад? – негромко поинтересовался Генри. -Я счастлив, серьезно, но я не спал почти неделю, - ледяным голосом отозвался Алекс. – С тех пор, как ее впервые начало тошнить. -Сочувствую, крепись, – фотограф ободряюще хлопнул его по спине. -Она не отпускает меня ни на секунду, - продолжал Шепард. – Мы вместе ездили в Портленд, в больницу – ты себе не представляешь, каково это. Там были десятки таких, как она. И каждая из них несла какую-то чушь и просила что-то немыслимое у своего парня… Срок – месяц. Она все время плачет. А знаешь, как мы поняли, что произошло? Она чуть не разбила мне голову флаконом одеколона, который сама же подарила мне – сказала, что я хочу отравить ее этим омерзительным запахом. А сегодня в пять утра она проснулась и заявила, что хочет прямо сейчас всем рассказать. Я с трудом уговорил ее отложить это до полудня, - он снова нервно вздрогнул. Генри с сожалением посмотрел на друга. Затем он перевел взгляд на Хизер, которую окружили все жители общаги и окрестностей, включая рыдающего от счастья Гарри. -Знаешь, - задумчиво сказал фотограф, - пожалуй, тебе стоит выпить. -Она перегрызет мне горло. -Я что-нибудь придумаю. Пойдем, пока никто не видит, - Генри бесшумно встал и дернул Алекса за руку. Им удалось покинуть пансионат незамеченными. Кухня общаги превратилась на какое-то время в генератор безумного счастья: Пирамид рассыпался обещаниями о самых лучших врачах, воспитателях и учителях для будущего ребенка Хизер, Уолли восхищенно пищал и даже поклялся каждый день делать для подруги любые блюда, а Джеймс молча рыдал на пару с Гарри, про себя мечтая о том, что, какого бы пола ни оказался ребенок, стиль его одежды он возьмет на себя. Леон и Крис, в свою очередь, наперебой расспрашивали Хиз, как она планирует назвать ребенка и как отнесся к произошедшему его отец. Ну а сама Хизер, едва успевая отвечать на множество вопросов, поздравлений и объятий, радостно улыбалась и продолжала поедать печенье. Таким образом Сайлент Хилл начинал новую главу своей жизни.