Это ты?

Томас чувствовал себя опустошенным. Лабиринт сломал его, Жаровня уничтожила его, смерть Ньюта морально убила его. Томас ничего не мог чувствовать, кроме печали, будто Ньют забрал все его эмоции. Том никогда не забудет этот взгляд, который молил его. Томас понимал, это все было во благо, но почему он? Почему он был должен его убить? Томас же не хотел, Томас согласился бы отдать свой мозг, если бы Ньют действительно выжил, если бы это не была очередная глупая уловка П.О.Р.О.К.а , очередные эксперименты, которые ничего не стоят, которые ломают жизни детей, всего лишь обычных подростков. Иногда кажется, что дети умнее теперешних взрослых. Наверное, так и есть. Детям все равно на цвет кожи, на мораль и прочие, никому не нужные, стереотипы, а главное - дети никогда бы не создали войны. Никогда не было бы этого вируса, который убивает людей. Сначала разъедает душу, потом мозг, а только потом тело. Страшно понимать, что если ты болен, кроме тебя в твоем сознании присутствует нечто, заставляющее убивать себя. Нечто, которое ничему не подвластно, и тебе приходится с этим жить. Только представь, что внутри тебя может находиться это нечто. Вот и Томас представил себя на месте Ньюта, боль и отчаяние вновь ударили по нему. - За что ты так? Мы же не успели столько сделать... Мы не успели подружиться, мы не успели рассказать все истории друг другу... Мы не успели пожить... Мне страшно, я хочу вернуться назад, я хочу снова быть рядом с ним... Мне это нужно... Я хочу... - парень уже не мог сдерживать слез, они стекали по щекам, оставляя влажные дорожки, Томас будто ребенок утирал их рукавом. Но он же и есть ребенок: ребенок, который испытал боли больше любого взрослого. Это не правильно, так не должно быть. Чувство печали перемешалось с другими, не менее ужасными эмоциями. Из-за этой смеси чувств Томас чувствовал себя пустым. Он и есть пустой. У него больше нет смысла дальше двигаться, продолжать надеяться. Хотя ни о какой надежде не может быть и речи, вся надежда давно еще рухнула. Томас не мог больше улыбаться, думать, жить прежней жизнью. Он и не хотел. Томас уже давно стоит на крыше, со слезами на глазах, погруженный в ужасные мысли. Он хотел сделать это сейчас, во время заката. "Наверное, Ньют любил красивые закаты" - невольно промелькнуло у парня в голове. Брюнет встал на край крыши: "Так будет лучше. Пускай я буду слабым и эгоистичным, но выдержать эту боль я не в силах". Из глаз снова хлынули слезы. Еле сдерживая их, Томас, еще не отрывая ног, начинает лететь спиной вниз. Парень видит, что светловолосый мальчишка пытается схватить его за руку. - Ньют?