Рыжее солнышко

      Алый рассвет озарял маленькие переулки Тисовой улицы. В доме номер четыре, в небольшой, но уютной спальне на втором этаже спал мальчик одиннадцати лет, звали этого мальчика Гарри Поттер.       Из-за через-чур тощего телосложения светло-голубая пижама висела на нём, словно была, по крайней мере, на размер больше. Его рыжие волосы были постоянно растрёпаны, и он ничегошеньки не мог с этим поделать. Как бы он не старался пригладить их, они так и норовили вновь растрепаться. У рыжеволосых людей очень часто бывают зелёные глаза, и Гарри Поттер не исключение. Но всё же самая приметная и странная деталь его внешности — шрам в виде молнии на лбу. Мальчик не имел понятия, откуда у него этот шрам.       Гарри был вынужден жить со своими тётей Петуньей, дядей Верноном и их сыном Дадли. Каждый раз, когда Гарри задавал своей тёте вопросы, она лишь поджимала губы, твердя, что у неё нет на это времени. Только раз Гарри удалось добиться хоть какого-то вразумительного ответа, когда он спросил про свой шрам, тётя привычно поджала губы, но не промолчала:       — Ты получил его в автокатастрофе, в которой погибли твои родители. Дядя с тётей относились к нему ни хорошо, ни плохо. Однако Дадли всегда доставалось всё самое лучшее и дорогое.

***

      Тем временем мальчик уже проснулся. Он тихо прошмыгнул в ванную на втором этаже, перескочив через скрипящую половицу, чтобы ненароком не разбудить своих родственников. Как только ледяная вода коснулась его лица, остатки сна мгновенно исчезли. Завершив утренние процедуры, он также быстро пробрался обратно в свою комнату. Пришло время сменить большую пижаму на обычную дневную одежду. Тёмно-синяя футболка всё же была немного великовата мальчику, но поскольку она была его любимой он не обратил на это внимание. Подвернув штанины слегка длинноватых ему потёртых джинс, он плюхнулся на кровать и стал смотреть в потолок, погружаясь в свои мысли. Ему очень нравилось это дело.       Он лежал, наверное, минут десять, как вдруг в его дверь кто-то забарабанил.       — Вставай, Гарри, иди на кухню и приготовь завтрак, сегодня всё должно быть идеально, ведь сегодня день рождения Дадли, — это была тётя.       Через несколько секунд Гарри услышал удаляющиеся шаги и скрип половицы, которую, похоже, только он перепрыгивал.       Мальчик встал и пошёл на кухню, как он мог забыть, ведь сегодня день рождения Дадли. Пол кухни был завален горой подарков для Дадли. Гарри никогда не доставалось столько подарков, но убеждал себя не завидовать кузену. Ведь если бы Гарри надарили столько подарков, они все едва ли смогли бы уместиться в его комнате.       Гарри пожарил яичницу с беконом, вскоре на кухню вошли тётя Петунья и дядя Вернон. После в кухне появился и их сын. Дадли всё ещё был в своей пижаме, которая в отличии от пижамы Гарри, казалось, сейчас лопнет прямо на его кузене.       — Тридцать пять, тридцать шесть, — закончил он вслух пересчёт подарков.       — Это на два меньше, чем в прошлом году, — воскликнул он с такой интонацией, словно его глубоко оскорбили.       — Дорогой, ты забыл о подарке от тетушки Мардж, он здесь, под большим подарком от мамы и папы! — поспешно затараторила тетя Петунья.       — Ладно, но тогда получается всего тридцать семь, — лицо Дадли покраснело.       Гарри, сразу заметив, что у Дадли вот-вот приключится очередной приступ ярости, начал поспешно поглощать бекон, опасаясь, как бы Дадли не перевернул стол.       К счастью, тётя Петунья поспешила его успокоить.       — По дороге мы купим тебе ещё два подарка.       Дадли нахмурился, видно стараясь подсчитать, сколько тогда получится подарков.       — Ну тогда получится всего, — кузен Гарри был, мягко говоря, не силён в математике.       — Тридцать девять, Дадлик, — быстро сказала тётя Петуния.       Дадли перестал хмуриться, удовлетворённо улыбнувшись. Вскоре, когда все уже доели завтрак, а Гарри принялся мыть посуду тётя сказала:       — Дадлик, пора собираться скоро придёт Пирс.       Пирс Полкисс — лучший друг Дадли, они вместе очень любили избивать тех, кто младше или слабее их, Дадли их бил, а Пирс держал, что бы не вырывались. Сейчас они пойдут в зоопарк и кафе, а Гарри, как всегда, останется дома, но не тут то было. Не успел Гарри подумать о том, что будет играть в видео игры или же смотреть телевизор, как вдруг тётя Петунья сказала:       — Дадлик, ты не против, если Гарри пойдёт с нами.       От этих слов Гарри чуть не выронил тарелку которую мыл, а Дадли уже готовился притворно заныть, но тётя быстро добавила.       — Не волнуйся, Дадлик, он просто походит с нами и всё, он не будет мешать вам с Пирсом.       Когда Пирс пришел все сели в машину и поехали в зоопарк.