Откуп мира: Часть I - Правда чернил

— Саити у тебя все в порядке с головой? — обеспокоено спросила Бенихиме. — Это наезд? — бесчувственно спросила ее подруга, поднимаясь на руках с пола. — Нет, — тут же ответила красноволосая. — Просто ты ведешь себя, как умалишенная. — А сумасшедшая уже не актуально? — снова спросила Шиффер младшая, возвращаясь в свое первоначальное положение. — Саииитиии, — протянула Канэко, после пару секунд кривляния, на глупый вопрос девчушки. — С тобой все в порядке. — Да, так, — отмахнулась она, смотря как в шаре-барьере, что-то взорвалось фиолетовым светом. — Ностальгия… Удивленно вскинув темно-красные брови Бенихиме глянула на такого же удивленного Тоширо, и пожала плечами. Тут уж ничего не поделаешь, в отличие от ее брата и Гина, золотоглазая действительно была инномирянкой, и это странно, что только сейчас, спустя столько времени, на нее впервые накатило. Против ностальгии все еще не придумали лечения или хоть каких-то лекарств. Разве что, как говорит одна в прошлом медсестра — голова с плеч, и ни каких проблем и болезней! Только врятли попаданка на это согласится… Не из-за этого ли она «в прошлом» медсестра? …

***

В общем расчеты Канэко были верны. Не дождавшись минут три до часа, барьер прорвало. При том в прямом смысле. Шар взорвался осколками льда, который уже к тому времени был практически всюду изнутри. И когда все спускались на двор дома Капитана 4-го отряда, понимая, что продолжения не будет, прям чуть не свалились на землю, на пол пути, увидев Бенихиме. Зрелище было действительно жуткое. Девушка сидела на веранде так как и до того, а по всему ее телу, кроме левой щеки, текли чернильные потеки. Хотя на левой стороне лица тоже было, только поменьше, с головы тоже текло. Кажется, татуировки были даже на скальпе под волосами. Когда барьер лопнул, все татуировки ее Банкая в то же мгновение так же лопнули, как мерзкие волдыри, и растеклись черной жижей. Лицезревшие это, в частности Хитсугая и Шиффер младшая, шарахнулись от нее, как можно дальше. И если у Тоширо это вышло, то у попаданки не очень. Брюнетка сначала стукнулась об балку на которую опиралась, а потом вообще свалилась с веранды на землю. Увидев всеобщее состояние, Бенихиме улыбнулась с открыты ртом, и похлопала пару раз широко раскрытыми глазами. — БАКЕМОНО!!! — заверещала Ячиру с плеча, оступившегося в воздухе Кенпачи, норовясь сделать его таки глухим на одно ухо. Глянув не нее яркими лазурными глазами, девушка еще шире улыбнулась так и не смыкая зубов, и вдруг захохотала, как какое-то Вселенское Зло. — ХА-ХА-ХА-ХА! Верно! Я (оре-сама) Великий… Великая… Нет. Все-таки Великий Бакемоно! Бойтесь меня!!! Бу-ха-ха-ха-ха!!! Все в офиге глядели на Капитана 4-го отряда, и не понимали это она всегда такая было, или она только что сума сошла? Если все же сошла, тогда что делать? — Нет, я серьезно, — в раз успокоившись, сказала Канэко. — Не прикасайтесь к этим чернилам, — показала она на пару капель, что разлетелись в разные стороны, когда ее Банкай попросту лопнул. — Прикоснетесь, и все, вы у меня в мире, где я с вами все, что угодно сделать смогу. — Ты должно быть издеваешься, — в неверии сказал Хисаги. — Нет, — красные волосы легко вильнули в стороны. Девушка подняла правую руку ладонью вверх и вся тушь, даже та, что была на земле начала стягиваться в шар, размером в детский резиновый мячик. - Это, — она чуть подняла руку, из-за чего «мячик» подпрыгнул в воздухе немного, — самое страшное оружие в арсенале моего Банкая. Вообще-то достичь того, чтобы Банкай «лопнул» очень сложно, и после, как видите боец из меня никакой, я даже на ноги сейчас не встану, — только сейчас шинигами заметили, что теперь лишенные татуировок ноги голубоглазой, которые не достигали земли, сильно дрожали. — Так что это можно сказать… Честное слово, никак не придумаю, как эти чернила назвать. Но то, что тот, кто прикоснутся хоть к капли — падет в мои полные владение правда. Поверьте, мир художника может быть разным, — с довольно жутковатой улыбкой на лице сказала это Бенихиме. — Но одно точно… это страшное место. Я сама полностью не знаю, насколько страшное. В округе воцарила тишина. Духи, и не только шинигами были шокированы. — Ну что? — вдруг весело спросила Канэко, превращая каким-то образом шар чернил в катану — изначальную форму ее Зампакто. — Мне удалось вас напугать? — Т-теме! — воскликнула Саити, поднимаясь на ноги и отвесив своему опекуну знатный подзатыльник. — Ара, — подражая Кеншину, сказала она, даже не двинувшись с места от удала подруги. — Но все, что я сказала — правда. — Но это же не должно было звучать так, как ты нам все это описала! — не унималась попаданка. — А почему нет? — милая улыбка только еще больше злила младшую Шиффер. Подошедший Улькиорра, просто положил руку на плечо сестры. Все остальные же… в общем, начали расходится. Даже если то, что сказала красноволосая — правда то, что из того? Сейчас это не актуально, как бы смешно это не звучало. — Канэко-чан, почему ты нам это рассказала, — спросил Главнокомандующий, когда большинство его подчиненных уже разошлись. Маюри, конечно же, был все еще здесь. — Да и вообще ты так легко рассказала все о возможностях своего Зампакто. — Всякое бывает, — пожала девушка плечами. — Вот я слышала, что вы уже дрались против копий друг друга. Да и Боккаку не против. Он все равно в любое время может еще что-то придумать. М-да… В любой момент? Что полнейшая правда, так это то, что с этой девушкой всегда будет интересно, как и предупреждали Совет 46-ти. Но почему-то Кёураку все больше и больше нравилось все здесь происходящее. Просто он наивно надеялся, что если такое происходит внутри Готея, то возможно, только возможно, снаружи уже ничего непредвиденного не появится. Даа… Действительно, наивные ожидания.

***

Что удивило, после той драки, Мурамаса и Хёуринмару вполне цивилизовано игнорировали друг дружку за обеденный столом, за который все сели ужинать. Нана во время всей этой катавасии много наготовила. Было решено, что реванш состоялся, но подраться еще ни один из них не был против. Только нужно место и время. Так что, пока что ничья не удовлетворяла, но принималась обоими сторонами. Так же выяснилось, что Бенихиме действительно сама добраться даже до стола, который был всего в паре метров от места сидения девушки, не может. Так что пришлось Ичимару ее переносить, так как есть она хотела чуть ли не больше всех! После же ужина Саити познакомила всех еще и со своим вторым Зампакто — Нура Риханом (из манги «Внук НураРихёна», кому интересно). Этот Капитану и лейтенанту 10-го отряда Готея 13 понравился больше. После чего Канэко призналась, что он ей, вообще-то, тоже больше нравится чем Мурамаса. Но стоило ей это сказать, как она сам же начала «успокаивать» шатена, что его она тоже любит, просто чуть меньше чем Рихана. Лучше бы не «успокаивала». Видели, как у пофигиста терпение лопается? Да еще и у иллюзиониста! И не надо! Страшное зрелище. Понятное дело Мурамаса не в первый раз вышел на свет белый, поэтому логично, что с голубоглазкой он тоже не впервые встречается. И, кажется, сегодня была последняя капля, как говорится. Бедная Бенихиме даже отплатить ничем не смогла, так как была практически на нуле, как физически, так и в плане риацу. Что не странно, но вечер закончился весело, хоть драчуны до последнего игнорировали друг друга. В конечном итоге члены 10-го отряда в который раз остались ночевать в поместье Канэко. Но сколько шинигами не прислушивались к тишине, старшая Канэко так и не спела ни одной песни. Больше всего расстроилась Бенихиме. Она-то думала, что теперь ее мама будет петь для них в такие вечера. А оказалась не так, как гадалось. — Бени, но бака, — пробубнила красноволосая под нос, скручиваясь калачиком под одеялом.

***

Она это слышала. Бени все слышала и видела, что происходило сегодня на территории дома ее дочери. Иногда эта девочка может быть невероятно беспечной. Это правда, что с ней все всегда будет в порядке, уж Она-то об этом позаботится, но всему есть границы. Как она могла так легко доверять почти незнакомым людям… шинигами. Она тоже когда-то была такой. Бени знала, что это не худшая черта характера, но однозначно не лучшая. Она не осуждала ее, просто… К сожалению, личный опыт переваливал чашу сомнений на этот счет. Она все же думала, что не нужно быть такой доверчивой. Теперь она так думала… И в ту ночь, что она пела для них, она в этом убедилась. Она слышала его тогда. «Чего ты боишься?» — вот что он спросил. И теперь она нашла ответ на этот вопрос. Она боится его. Их. Раньше она думала иначе. И сейчас знала, что не нужно отталкиваться от своего опыта из прошлого в попытках выяснить что-то новое или соорудить новые мосты. Но теперь она не могла по другому. Слишком яркие, навязчивые и незабываемые воспоминания прожигали ее память. И с каждым разом становилось все больнее и больнее. Время не лечит. Не всех, по крайней мере. Бени глянула вниз, она сидела на веранде своего домика, в который раз. Окружающие ее звуки уже запомнились и стали привычными. Человек действительно привыкает ко всему. Высунув свои руки из-под длинных рукавов верхнего кимоно, старшая Канэко, невольно начала растирать стянутую кожу большими пальцами. Кровавоволосая всегда говорила, что это Саити мазохистка, но кажется все, как-раз таки наоборот. В ином случае, почему она до сих пор не вернет свои руки в нормальное состояние? Красные пятна огня и крови мелькнули перед ее глазами. Зажмурившись, сжав руки в болезненные тиски, Бени только подлила масла в огонь, как говориться. Воспоминания пришли полностью. Она уже привыкла. Ей уже не больно. Правда… Спрятав руки, Канэко, открыла глаза и посмотрела на куски льда, которые все еще не растаяли. В них красиво отражались и играли ночные светила.