Откуп мира: Часть I - Правда чернил

— Я слышала тебя с Тоширо отправляют на задание, — сидя на обрыве где когда-то было место казни Готея 13, спросила Саити у Бенихиме, которая строила из себя уставшую от жизни бренной старушенцию, согнувшись в три погибели. — Что-то серьезное? — А? — Ну двух Капитанов не просто так отправляют на одно задание, при том один из них Капитан медицинского отряда, — пояснила свой интерес золотоглазая. — Да так, — расслабилась наконец девушка, качая ногами в воздухе. — Ничего необычного, если принимать во внимание все, что происходит с появлением нового Короля Душ. Вернее с временным его отсутствием. Потеря связи с одним немалым отрядом в Мире Живых, пойдут еще пару офицеров, правда лейтенантам придется на некоторое время остаться за главных. У Шун-тяна плохое предчувствие, но он надеется, что есть выжившие. — Он всегда пытался видеть позитивные стороны в чем бы это не было, — согласилась попаданка. — Ты говорила, что это большая заслуга Укитаке-тайчо, — глянула на подругу шинигами. — Жаль, что я так с ним и не познакомилась. — Вы бы точно подружились. С ним невозможно не подружиться, вот такая светлая личность во всем этом Загробном Мире, — по доброму ухмыльнулась Шиффер. Саити с Канэко часто так сидели на краю этого клочка земли над всем Сейретеем. Хотя бы пару раз в неделю. Поговорить, особенно выговорится. Попав в Готей 13 инномирянка стала чаще вспоминать о своей прошлой жизни, и выговориться хоть иногда ей было необходимо. Бенихиме была только рада услышать новые истории, не только связанные с ее прошлым, но и интересные события, которое происходили с ней сейчас, да и вообще с Готеем. Например, одной из главных тем их разговоров стали проделки Шиффер младшей. Она, по мнению Капитана 4-го отряда, стала полноценным лейтенантом, начав пакостить по мелкому, и не только, своему Капитану. — Что на этой неделе придумала? — перевела тему в более позитивное русло Бенихиме. — Еще не придумала, — призналась Саити. — Планировала в пятницу заняться этим. — Не успокоишься никак? — со смешком спросила подруга. — Прости ты уже его, месяц прошел, а он, заметь, терпит, но, как сама знаешь, терпение у всех когда-нибудь да кончается. — Ха! А может я этого и жду! — заявила попаданка. — Вот когда он таки взорвется — все в лицо ему выскажу, посмотрим, что он тогда скажет. — Ооо, ну и коварная же Вы женщина Саити-доно, — насмешливо глянув на Шиффер, практически пропела Канэко. — Поучиться, что ли? — Ха-ха! Именно! Учись, пока жива! — Не смешно, — насупилась красноволосая. — Да ну! — пхнула она подругу локтем, чтобы та качнулась, с усмешкой. Капитан 4-го отряда в долгу не осталась и пхнула ее в отместку, после чего засмеялись вместе. Иногда наблюдать за ними — одно блаженство, но только когда обе в хорошем настроении. Просто за частую подобные разговоры в более резвой обстановке вполне могут привести к не маленькой перепалке, настолько, что приходится их по углам растаскивать. Но когда девушки только в компании друг друга, они почему-то более спокойны и дружелюбны. Почему — никто не понимал. Даже Бенихиме. В отличие от Саити. Все чаще, попаданка замечает, что она сравнивает своего опекуна со своей младшей сестрой из ее прошлого мира. Если в начале она пыталась сопротивляться этому, то сейчас это казалось уже привычкой. К тому же Бенихиме действительно была во многом похожа на… нее. Вот и сейчас, глянув на Канэко, которая сначала улеглась на землю, а потом еще и перевернулась на живот, и сейчас с любопытством рассматривала белую Башню Раскаяния, инномирянка вспомнила, что ее Имоуто часто говорила, что хотела бы побывать на крыше этой башни. Заметив перемену в образе Шиффер младшей, голубоглазка уже поняла, что мысли подруги снова отправились в воспоминания. Глянув на нее, Бенихиме села на колени, так и не отворачиваясь от башни, и, улыбнувшись, спросила: — Какая на этот раз история будет? Посмотрев на нее пару долгих секунд, Саити только резко выдохнула в ухмылке и начала новый рассказ. Еще одна смешная история о сестре. Но не смотря на все эти рассказы, сколько бы она не говорила о людях, которых она знала в ее родном мире, попаданка ни разу не произносила их имена вслух. Это было табу. И это знал каждый.

***

— Гин, ну что не так? — в который раз завыла Канэко. — Не раз была в Мире Живых и ничего! Я не понимаю… — У меня нехорошее предчувствие, — просто ответил Ичимару. Мужчина ходит хмурый вот уже целый вечер, с тех пор как узнал об этом задании, на которое отправили Капитанов 4-го и 10-го отрядов. Плюс еще то, что Мацумото так и не вернулась в Сейретей, поэтому в 10-том отряде за главного во время отсутствия Капитана будет он, до того, как лейтенант не вернется. — У Шун-тяна плохое предчувствие, у тебя плохое предчувствие! — навалилась на стол грудью девушка, устав от его угрюмой рожи. Уж лучше лыбился бы, как всегда, честное слово! — У кого еще плохое предчувствие?! — Бенихиме-сама… — Ооо! Только не ты, Нана! — таки припечаталась к деревянной поверхности еще и лбом шинигами. — Все будет хорошо! — повысила голос она, стукнув ладонями по столу, выпрямившись в спине. — Со мной все всегда будет хорошо! Хо-ро-шо! Всем понятно? Все дружно кивнули, но при этом у всех четверых на лицах было прям написано: «Ничего хорошего». Одна Нана, похоже все-таки смирилась, и с тяжелым вздохом продолжила мотать клубок голубой шерстяной нити с рук Улькиорры. Она хотела сплести шарф для молодой госпожи, так как она часто бывает в Мире Живых, а там скоро зима начнется. В общем, как и для всех остальных, только это секрет. Похоже это задание настораживало каждого подопечного Канэко. Вот даже Шиффер и то угрюмее обычного. Не нравится ему все происходящее, и это он не о том, что домоправительница использует его в качестве веретена.

***

— Нэ, Хитсугая-кун, — обратилась к коллеге Бенихиме, продолжая следовать за офицером отряда тайных операций, который вел их к последнему месту где пропавший отряд был замечен. — Просто для справки, у тебя тоже плохое предчувствие на счет этой операции? — спросила она, состроив лицо кирпичом. — У тебя тоже? — переспросил Тоширо, глянув на нее. На это Капитан 4-го отряда только тяжело вздохнула. И этот туда же. — Да, нет, не у меня, — ответила девушка. Прибыли они на назначенное место довольно скоро, после чего восемь шинигами из отряда ниндзя, как их называют в простонародье, отправились на разведку во все стороны, пока Капитаны с парой офицеров из их отрядов оставались на месте. В частности Хитсугая с Канэко пытались отследить пропавших по риацу, но у них это, конечно же, не вышло. Было бы это так легко… Вообще эта операция должна была быть полностью под руководством Капитана 2-го и 4-го отрядов, но именно сейчас Сои Фон была сильно занята на задании от Совета 46. Они остановились в глуши меж гор. Как сюда занесло отряд шинигами — понять никто не мог. Ведь их задача была осмотреть территории Киото, так как там были замечены странные отголоски силы, только поверхностно похожие на риацу. Не удивительно, что это были шинигами из 12-го отряда. Поэтому в Киото направили Маюри со своими, а на поиски пропавших — Капитанов двух других отрядов. Вообще все происходящее давило, как морально, так и почти физически, из-за атмосферы. — Хууу-х, — звучно выдохнула Канэко, смотря, как ее дыхание превращается в пар. — А здесь уже минус, не успела Нана с шарфиком. — Не любишь холод? — спросил Хитсугая, скосив на нее глаза. — Нет, у меня стойкое впечатление, что в холод я могу просто превратиться в льдышку, как вода при минусовой температуре, — открыто призналась девушка. — Честно, завидую я тебе. — Не зачем, — посоветовал он. — У меня такая же проблема при высоких температурах, только наоборот. Терпеть невозможно. — А ну, тогда да, — согласилась Бенихиме. — Я люблю на море бывать, плавать там. В общем, только при теплой погоде. За этими незначительными разговорами, следили остальные офицеры, и как и планировала голубоглазая шинигами расслаблялись, так как видели, что Капитаны совсем не волнуются, не смотря на гнетущую обстановку. Тоширо заметил это, и поддержал разговор, понимая, что это действует. Оглядываясь вокруг, Бенихиме вдруг заметила что-то отблескивающее за деревьями. Сообщив что пойдет проверит, она ушла в чащи. Врятли это связано с пропавшим отрядом, так как в ту сторону уходил один из разведчиков, и он ничего не сообщил, но как все уже давно поняли Канэко такая нэко. Но отпускать ее одну не решался никто, как говорится: «Любопытство кошку погубило», поэтому за ней пошли все. Вышли они на поляну — голое пятно в густом лесу. Красноволосая была права, тут давно уже минус и кажется не раз падал снег, но меж деревьев его было не видно, так как он опал на густые кроны. А здесь была зима. Поляна вся в снегу, так же, как и маленький храм в ее центре. Приглядевшись, Бенихиме увидела, то, что привлекло ее внимание. В открытых дверках храма, поблескивало зеркало, затуманенное инеем. Тишина здесь была как тяжелая перина, она окутывала и давила. Ни одной живой души. Ни одного животного. Оглянув подозрительную поляну с храмом в середине, Тоширо заметил и перекрестки тоненьких деревянных мостиков над поляной, соединяя ее концы, которыми точно не пользовались с появлением снега. Хрумп! Он резко посмотрев в сторону Канэко. Та смотрела на этот храм, как зачарованная и шла к нему по снегу, оставляя следы. Единственные следы на этой поляне. — Бенихиме, — позвал девушку Капитан 10-го отряда. — Ока-сан, — только и сказала она, тем самым введя молодого шинигами в шок. «Что? Здесь?!»- промелькнуло в его голове. Не смотря на предчувствие он не попытался остановить ее, как хотел в начале. — Она была здесь, — тихо промолвила красноволосая, остановившись посередине поляны. Повернувшись к Хитсугае, она нежно улыбнулась, прикрыв глаза. — Это ее храм.

***

— Господин, это не Она, — прошептал кто-то за маской врача средневековья в Европе. Шепот был единственным, что можно было… увидеть в этом некто, его тело также было скрыто, под черной материей. — Мы зря это затеяли? Мы еле сумели отследить Ее в этот раз, но пришла не та. Что нам теперь делать? — Нам? — губы расплылись в улыбке. — Просто нужно заставить Ее снова использовать свои силы. — Но даже если Она использует эту силу, мы все равно не сможем Ее отследить, — прошептали с другой стороны. — Мы много раз пытались, по этой силе мы не можем отследить Ее. — Просто делайте, — глаза прищурились, правый уголок рта еще выше поднялся в ухмылке, когда Ее дитя протянула руку к храму, в попытке забрать Его подарок. — Убейте ее.

***

— Только это не ее, — сказала Бенихиме, протягивая руку к зеркалу. — У этой вещи другая риацу. Одно мгновение и белая поляна утратила свою белизну, когда в середине, перед храмом появилось красное пятно. И с каждой секундой оно все увеличивалось и разрасталось за счет крови Канэко. С характерным звуком, который прозвучал, как гром в тишине окружающего пустыря, живую плоть и материю тканей прорвало насквозь, из-за чего кровь сначала хлынула за спину шинигами, а потом потекла по телу к ногам. Серая сухая рука с черными когтями сжала сердце, которое еще не прекратило биться, не смотря на то, что было уже не в теле девушки. Волосы прилипли к влажному органу и перепутались вокруг окровавленных пальцев, а когда рука выдернула сердце еще и в обратном направлении — прошли сквозь дыру в груди Канэко. Шинигами не могли поверить происходящему, настолько быстро все произошло. Оседая в красный снег, сначала на колени, а после и на бок, Бенихиме все еще широкими глазами смотрела на серую руку с ее сердцем, которая появилась прямо из зеркала. Так же резко, как жизнь покинула ее тело — ее лазурные глаза остекленели и стали похожи на красивые кристаллы с целым замороженным океаном внутри. «С тобой все всегда будет хорошо», — послышала она слова, сказанные ее матерью очень давно. «Со мной — да, но с тобой… Ока-сан где ты?»

***

— Господин? — Ее здесь нет, — с улыбкой наблюдая, как Капитан бросился к безжизненному телу, промурлыкал Он. — Она больше не в Мире Живых, — продолжил Он, наслаждаясь выражением лица парня, когда окровавленное тело исчезло, легко взорвавшись и опав на красно-белый снег черными чернилами. — Господин, что теперь? — спустя пару секунд тишины, а скорее шума со стороны поляны спросил шепот сзади. — Мы не можем попасть в Мир Духов. — Да, но есть кое-кто кому там самое место, — проговорил Он, впервые поворачиваясь к шептуну лицом. — Отпустите их, — и исчез не оставив после себя ни единого следа, кроме притоптанной земли, на которой остались клочки снега из-под его ног. — Да, Господин.