Белая пантера.

-Орочимару-сама! Она сбежала и ребёнка украла! - в банках, стоявших на полках, отразилось лицо темноволосого юноши, вошедшего в комнату. -Хм? – человек, стоявший к входу спиной, обернулся. Единственная свеча в комнате осветила бледное, вытянутое лицо и змеиные, желтые глаза. – Далеко они не уйдут. Она ранена, да и вообще слишком слаба после родов, - захлопнув книгу, Орочимару отложил её в сторону, и заглянул парню в глаза; заглянул так, будто бы смотрел в душу и мог читать её, как только что книгу. -Ведь ты найдешь её? Не правда ли? Парень на секунду замер, а после, подобно марионетке, вышел из комнаты и направился прочь. - Гены двух сильнейших кланов. Это дитя очень ценный экземпляр. Будет… - он провел длинным, змеиным языком по зубам и ухмыльнулся. – Если выживет, конечно. Воздух пропитан запахом дождя. Тучи плотно укутали небо над деревней Листа. Надутые, как мыльные пузыри, они казалось, сейчас лопнут от переизбытка воды. Блеск молнии, осветивший, серые облака и раскат грома, эхом пронесшийся по деревне. Небо облегченно вздохнуло, поток воды покрыл своей влагой и холодом землю под ногами. -Потерпи немного… Потерпи… - шептал голос из под капюшона, идти становилось всё тяжелее. Девушка пробиралась сквозь темноту густого леса. Ветки цеплялись за плащ, ботинки увязали в размокшей земле, движения замедлялись. Одной рукой она прижимала грязную тряпку, которая всё обильнее пропитывалась кровью, к правому боку; вторая рука бережно, и в то же время очень крепко, держала свёрток. С огромным трудом она выбралась из леса. Прокрадываясь тёмными улочкам деревни, беглянка периодически останавливалась посмотреть, не преследует ли кто её. Острая боль в правом подреберье не давала о себе забыть, из-за чего силуэт сгибался пополам и прихрамывал, но ни на секунду не убавлял шаг. Ребёнок, укутанный, в некое подобие одеяльца, периодически шевелился. -Потерпи… - неустанно шептали, пересохшие от жажды и крови, губы. Девушка замерла на углу одной из спящих улиц. -И зачем тебе ехать в такую погоду! – дверь распахнулась. Свет, вырвавшийся из заведения, осветил упряжку и кусочек улицы. В упряжке одна старенькая и хилая лошадка, а сама повозка загружена, крытым брезентом, товаром. Из небольшой харчевни вышло двое седоволосых мужчин. -Мичихиро… Оставайся! – выкрикнул толстопуз, вытирая руки в фартук. -Ну, ты конечно гостеприимный хозяин, но мне нужно домой, - направившись к своей повозке, отвечал худосочный дедуля. -Да ты посмотри, какой дождь! Льет как из ведра! Оставайся! - убеждал его тот, хлопая своей огромной рукой по плечу, от чего казалось, что худощавый может сломаться пополам. -Даже не уговаривай. Я уже должен быть в пути. Ты же знаешь, сколько мне до Тумана добираться. А моей старушке отдых нужен, - Мичихиро накинул, плащ и уже собрался сесть за вожжи. -Давай так, ещё по одной и я тебя не буду задерживать! – настаивал владелец харчевни. -Эх… Ладно… - вернулся обратно. -Туман значит… Домой… - девушка быстро кинулась к повозке. Лошадь зашевелилась, взмахнула гривой, и недовольно посмотрев в сторону девушки, фыркнула. -Тише… Прошу… - дрожащим голосом. Она приоткрыла одеяльце. Укутанный в него младенец сладко спал, и лишь иногда морщился, когда на розовые, пухленькие щечки попадали капельки холодного дождя. Беглянка слегка коснулась лба младенца тонкими, синюшными губами. Ещё раз оглянулась по сторонам, дрожащими руками она уложила ребёнка в одну из коробок под брезентом. Под одеяльце просунула клочок пергамента. -Надеюсь­, ты попадешь к хорошим людям… - слёзы текли по её лицу, смешивались с каплями дождя и растворялись в тяжести отчаянья и безысходности. -Прощ­ай… - дверь харчевни распахнулась, тень силуэта скрылась во тьме переулка. -Теперь я точно поехал! – восклицал слегка подвыпивший Мичихиро. -Да, да! – они распрощались, пожимая друг другу руки. Тяжело дыша, девушка смотрела в след уезжающей повозки, которая увозила с собой частичку её души. Дверь отворилась. Всё та же комната, стеллажи заставленные банками, одна свеча на всю комнату, всё тот же человек со змеиными глазами. -Ну и как хорошо ты её спрятала? – Орочимару наблюдал за тем, как девушка снимает капюшон. Каштановые волосы неопрятно свисали, обрамляя истощенное лицо. Девушка замерла. Тишину в комнате нарушал лишь звук падения капель крови. -Тебе не удастся причинить ей вре… - девушка закашляла и упала на колени. -Посмотрим… - свеча погасла. Пустые коридоры пронзил душераздирающий крик, он наполнил собой каждую частичку этого подземного ада.