Я тоже, я тоже люблю тебя. Впервый и впоследний раз.

Твои руки в крови. Бросаешь любимую винтовку в прихожей и не спеша проходишь в дом. Ты устала и единственное что сейчас действительно стоит сделать, так это усадить тебя и покормить. Ты первая среди профессиональных снайперов девушек. Никогда не промахиваешься и всегда стреляешь без колебаний. Один выстрел в голову - это твоя фишка. Ты стараешься никогда не пачкать свои руки, но не редко тебе все же приходиться делать это. Открываешь воду и вынимая из мыла дозатор выливаешь всю банку себе на руки затем тщательно смываешь потратив на это более 20 минут. Ты ненавидишь чужую кровь, особенно если это кровь твоих жертв, ты говоришь что все они продажные, я верю и больше ничего не спрашиваю. Я готовлю тебе суши, ты их любишь, я помню. Ты быстро заканчиваешь с едой и усаживаешься на диван, я сворачиваюсь клубочком рядом с тобой и жду. Ты хлопаешь ладонью прямо рядом с собой, значит, у тебя хорошее настроение и ты зовешь меня к себе. Ложусь ближе и зарываю лицо в твои ладони, я люблю твои руки, всегда ухоженные и мягкие. Ты убираешь одну ладонь и гладишь меня по голове. Я урчу, как кошка, ты любишь, когда я так делаю, но никогда не можешь к этому привыкнуть. В такие моменты ты сравниваешь меня с кошкой и это пожалуй единственное в чем ты ошибаешься. У кошек нет хозяев и дома нет, они гуляют сами по себе, я гуляю только с тобой, ты моя хозяйка. Наклоняешься ко мне и шепчешь: моя волчица, я знаю, волки не урчат, но ты особенная. Я лежу, я никогда не могу ответить на столь странную фразу, и ты хорошо знаешь это. Как- то раз я спрашивала, отпустишь ли ты меня к кому-то другому, ты ответила, что не держишь, а еще что я тебе не раб и не животное. Тогда даже попытавшись уйти, у меня ничего не вышло, я все равно частично подчинялась твоим приказам. После пришло понимание того что я не смогу уйти, да и не хочу, именно это стало причиной что бы повторить вопрос, тогда ты приказала поступать так, как хочу я. Я ответила, что я останусь и так будет хуже, тогда ты повторно приказала поступить мне как я хочу. Ты и представить не можешь, как много это для меня значило. С того момента я принадлежу тебе окончательно. Ласково улыбаешься, говоришь, что я красивая, не привычно, от чего-то, чувствую мурашки. У тебя предательски звонит телефон и ты, целуя, меняя в лоб, уходишь в другую комнату. Ты долго что-то обговариваешь и скорее всего снова что-то по работе. Потом ты, наконец, выходишь и снова берешь винтовку. Я даю тебе самодельный брелок рыбку, говорят, она способна приносить удачу. Я прошу тебя вернуться, и ты обещаешь непременно сделать это. Ты выходишь на лестничную площадку и медленно закуриваешь, Винстон твой любимый, а теперь и мой. Ты закрываешь за собой дверь, что бы больше никогда туда не вернуться. Через час ты звонишь и говоришь, что хочешь сказать что-то важное, ты назначаешь место встречи. Это жилой дом, точнее его крыша. Нарастает волнение. Я поднимаюсь, я спешу. Ты лежишь, ты в крови, не в чужой, теперь в своей. Ты просишь прощения за то, что не выполнишь обещание, а еще говоришь, что любишь меня. В первый и в последний раз ты говоришь это мне. Ты закрываешь глаза, что бы уснуть и больше никогда не проснуться. Я беру твою винтовку и делаю выстрел твоему убийце, один, в голову, как ты меня учила. Последний патрон я пускаю себе под ребра. Я сворачиваюсь клубочком рядом и ищу твою руку. Мы умрем вместе, я умру вместе с тобой. Только ты вправе приказывать мне. Я тоже закрываю глаза, я тоже усну, что бы больше никогда не проснуться. Если ты еще слышишь, я тоже, я тоже люблю тебя. В первый и последний раз.