53 часть.
26 марта 2016 г., 23:02
— То есть твой отец вовсе не умер и живёт в соседнем городе, и ты об этом не знал? — Грейс удобно расположилась на кровати друга, жуя яблоко и наблюдая, как тот собирает вещи в чемодан.
— Как выяснилось, — пожал плечами парень и устало вздохнул, садясь на край кровати. — Знаешь, я уже начинаю сомневаться во всем. И что я ему скажу, когда увижу? «Привет, я Кейлан — твой сын. Ты оставил меня восемнадцать лет назад, если помнишь»? Может, у него есть новая семья, и он счастлив, а я буду проблемой для него.
— Послушай, ты не можешь быть проблемой для него, ведь ты его сын. И, в конце концов, это он тебя бросил, — девушка села рядом с другом и обняла его за плечи одной рукой.
— Тогда я должен решить, что сделать сначала: ударить его или обнять, — парень усмехнулся, стараясь быть более расслабленным, но в душе у него творился хаос, который он никак не мог утихомирить.
— Не думай ни о чем. Решишь проблему по мере её поступления, — улыбнулась Грейс и похлопала друга по плечу. — Это, наверное, странно, что твой отец жил всего в трёх часах езды от тебя, а ты его никогда не видел. Я даже представить себе боюсь, что мои родители не рядом, а ты... Ты смог справиться с этим.
— Я не справился, Грейс, — Кейлан тяжело выдохнул и прикрыл глаза, чувствуя нарастающую боль.
Он безумно хотел увидеть отца. Хоть бы просто увидеть, но понятия не имел, что делать дальше. Вся эта новость перевернула его мир с ног на голову, и парень даже не понимал, рад он или огорчён.
Но он точно знал, что дальше жить без отца он никогда не сможет. Он знал, что, увидев папу, ему захочется ещё большего: его любви, заботы и просто его присутствия рядом.
— Ну что, приятель, готов ехать к своему папочке? — Нэсса забежала в комнату племянника с улыбкой на лице.
— Не совсем, — произнёс Бибер младший и поджал губы, отчего его тетя с сожалением взглянула на него.
Ей хотелось уберечь его от всех этих проблем, заставить улыбаться и быть обычным подростком, но она знала, что этого не будет, пока ему не удастся встретить Джастина.
С каждым днём она понимала, как сильно он похож на отца. Те же повадки, привычки, манера разговора и та же чувствительность. И оба старались выглядеть всегда непричастными ни к чему, будто им плевать абсолютно на все, но обоим было слишком легко разбить сердце.
Мисс Бибер подошла к Кейлану и крепко обняла, целуя в висок и пытаясь унять поток слез.
— Я буду скучать, милый. И мне все ещё не нравится эта идея, между прочим.
— Ты ведь сама хочешь увидеть его.
— Вовсе нет.
— Хочешь, и очень сильно, — улыбнулся Кейлан и прижался к своей тёте, думая о предстоящем дне, который несёт за собой слишком много.
Автобус отправлялся в Ванкувер в четыре часа, и до этого времени мальчик не находил себе место. Он несколько раз проверил, все ли положил в чемодан, выпил несколько стаканов воды, хотя Грейс просила не делать этого, и постоянно смотрел на фотографию родителей, которая всегда стояла в самой лучшей рамке на прикроватной тумбе.
Он помнил, как каждую ночь перед сном в детстве целовал эту фотографию, а потом крепко спал. Он знал, что у его мамы было большое сердце, что она была такой красивой и просто идеальной, а письма отца позволили ему убедиться в этом.
А сейчас у него возникла возможность узнать и Джастина, и это тревожило его каждую секунду, заставляя нервничать и тяжело дышать.
Он не мог свыкнуться с мыслью, что теперь и у него есть отец, с которым он увидится через несколько часов.
— Ты только представь. Три часа и ты увидишь своего папу!
Парню казалось, что его подруга не меньше его не верит во все происходящее, потому что она повторяла одно и тоже по пути до вокзала множество раз.
— Плюс ещё полчаса, потому что он живёт очень далеко от центра города. Я полазил немного в гугле, — пожал плечами юноша, нервно ходя из стороны в сторону, пока ждал автобус.
— Пожалуйста, Кейлан, будь осторожен. Если с тобой что-нибудь случится, я убью тебя, — строго проговорила Нэсса, замечая, как подъезжает автобус.
— Как же ты убьёшь меня, если я уже буду мертв?
— Ты понял о чем я, — произнесла мисс Бибер и крепко обняла племянника, разрешив себе впустить слезу. — Я буду скучать по тебе, милый.
— Я тоже. Обещаю, что вернусь... С ним, — прошептал мальчик и зажмурил глаза.
Грейс стояла в стороне и вытирала слезы, потому что она ужасно привыкла к этому юноше, и это был её единственный друг с детства, не считая её бойфренда,, поэтому она так сильно его любила и не могла свыкнуться, что какое-то время ей придётся быть без него.
— Хей, Грейс, ты чего плачешь? Ты даже не плакала, когда сломала руку, — усмехнулся Кейлан и притянул девушку к себе, сковывая в объятиях.
— Приезжай поскорее, Кейлан, потому что я уже скучаю.
— Я тоже, Грейс, — произнёс парень и оставил дружеский поцелуй на щеке подруги, обратив своё внимание на автобус, который только что подъехал. — Ну, я поехал, — неуверенно произнёс он и схватил свой чемодан.
— Будь осторожен, дорогой.
Парень уже ничего не ответил, молча зашёл в салон транспорта и занял место у окна, чтобы видеть свою семью. Ему было больно уезжать, потому что он никогда так надолго не оставлял тётю, а другая часть его ликовала, ведь где-то в Ванкувере его ждал отец. Или не ждал...
Нервы были на пределе до конца пути. Даже музыка в наушниках никак его не отвлекала, лишь, наоборот, заставляла больше углубиться в свои мысли.
Вдруг Джастин оттолкнёт его и выгонит с порога сразу же? Вдруг даже не откроет дверь, или его вообще не окажется дома?
Юноша понятия не имел, что делать. Он ехал в неизвестность во всех смыслах и готов был уже остановить автобус, поймать машину и уехать обратно, но какой-то голос в голове твердил ему, что это то, что ему нужно, что он обязан туда поехать.
И юноша согласился.
Чтобы не случилось, какой бы исход не произошёл, он увидит отца в любом случаи, и это уже значит для него так много.
Все пассажиры занимались своими делами: кто-то спал, кто-то слушал музыку или читал, и все они ни о чем не волновались, судя по их умиротворённому лицу, кроме восемнадцатилетнего паренька, который никогда не выезжал за переделы Сиэтла, к тому же один, который никогда не видел родителей и думал, что они мертвы, а сейчас едет к одному из них, который так сильно хочет внимания, получая его в мизерном количестве.
Его сердце бешено колотилось, губы были полностью искусаны, и он даже начал грызть ногти из-за нервов, хотя никогда не делал этого.
Ему всегда хотелось уехать из родного города, ездить вот так же на автобусе в другие места, наслаждаясь путём, но сейчас это ему не приносило ни капли удовольствия. С каждым новым километром тело все больше и больше начинало дрожать.
Потому что скоро, совсем скоро он увидит отца.
И когда автобус, наконец, остановился, и люди начали выходить, Кейлан сглотнул и пытался восстановить дыхание. Но выходило тщетно.
На дрожащих ногах он вышел из салона транспорта и огляделся, чтобы найти такси.
Это не принесло ему больших проблем, и уже через пару минут он сидел в машине и ехал по нужному адресу.
Достав из рюкзака отцовский дневник, юноша провёл рукой по обложке и улыбнулся. Счастье переполняло его вместе с волнением, и ему вдруг так захотелось тоже написать это на листке бумаги, как делал его папа когда-то.
Открыв дневник, он вынул оттуда фотографию родителей, которая лежала, кажется, в нем все эти восемнадцать лет, и улыбка стала шире.
Молодая девушка с выпуклым животом улыбалась так широко, будто вся её жизнь идеальна, хотя это было далеко не так, и юноша, который крепко обнимал её, но его глаза так и твердили о его переживаниях, отчего мальчику стало невыносимо больно.
Он так сожалел, что не увидел ни разу маму, не увидел самой настоящей и искренней любви, которую испытывали его родители.
Где-то в глубине души он хотел тоже самое. Встретить невероятную девушку и любить её до безумия, как когда-то Джастин Бибер любил Кейю Уэйн.
И, наверняка, все ещё любит. Юноша в этом был уверен так же, как и в том, что его зовут Кейлан.
— Мы приехали, мистер, — от мыслей парня отвлек голос таксиста, и он сразу же взглянул на дом, к которому они подъехали, ощущая, как внутри все переворачивается.
Бибер протянул мужчине деньги и медленно вышел из машины, кладя в рюкзак дневник и не убирая взгляда с небольшого дома.
Он даже не заметил, как таксист помог ему вытащить из багажника чемодан и как уехал. Его волновал лишь маленький, невзрачный дом, стоящий напротив него.
Парню казалось, что он отличался от всех домов в этом районе.
У всех был сад, но не у него, у всех была какая-та жизнь, но не у него. Отчуждённый, как и сам хозяин, и это ощущалось так сильно.
Зажмурив глаза, Кейлан досчитал до десяти, и только после этого зашагал к входной двери.
Что он скажет ему? Как вообще ему нужно вести себя?
Мысли крутились одна за другой все эти десять шагов, что ему пришлось сделать до двери, а сердце готово было выскочить из груди.
Ему хотелось плакать и радоваться одновременно. Хотелось поскорее постучаться в дверь и уехать обратно в Сиэтл.
Парень уже собирался постучаться, но его рука зависла в воздухе, а дыхание перехватило.
Вдруг он не захочет его видеть? И совершенно не полюбит? Может, было к лучшем, что он не знал отца?
— Давай же, Кейлан, не трусь, — себе под нос проговорил мальчик и постучался, ощущая, как тело моментально покрылось мурашками.
«Я не смогу узнать, если не постучусь.»
И он постучался.
Но дверь не открылось даже через несколько минут.
Постучав ещё несколько раз более настойчиво, парень поджал губы и тяжело вздохнул.
Это было с самого начала плохой идеей, но уходить юноша не собирался.
Он должен увидеть его. Взглянуть хотя бы одним глазом.
Должен...
— Пожалуйста, папа, — шёпотом произнёс Кейлан, чувствуя, как к глазам поступают слезы.
Его сердце сделало кульбит, когда до ушей донёсся звук открывающейся двери, заставляя парня поднять глаза на ничего непонимающего мужчину.
— Я могу чем-то помочь? — Кейлан никогда не слышал голос отца, но знал точно, что этот принадлежит именно ему. Никогда не видел, но был уверен, что именно он стоит перед ним в тёмных джинсах и рубашке в клетку, которая была вся измазана машинным маслом.
А ещё у него на запястье был браслет, который уже был готов порваться, но был закреплён в разных местах нитками. И юноша точно знал, что этот тот самый браслет, который ему сплела его мама.
У него был такой негодный вид, но мужчина продолжал его носить и всячески реставрировать.
Это был точно его отец. И от этого Кейлан готов был громко рыдать и сковывать его в объятиях, но не мог даже пошевелиться.
Вот он. Этот мужчина с лёгкой щетиной и карими глазами, полными боли, его отец. И это самое лучшее, что происходило с мальчиком.
