Предательский шёлк на её теле

Утро выдалось на удивление тихое и солнечное. Из-за плотных занавесок чуть пробивались солнечные лучи и мягко ложились на кровать Эммилии. Она тихонько потянулась и открыла глаза. Несмотря на то, что вчерашний вечер был богат на вино, она чувствовала себя замечательно. Чуть помедлив — открыла глаза. В комнате было свежо. Она учуяла в воздухе едва уловимый запах цветов… Что это? Она знала этот запах… Повернув голову направо, она увидела, что на столике возле дивана стоял… Рассветный лотос! Он очень редко встречался в походах, но все же она знала его как никто другой. Эти цветы завораживали её: белый цветок с опьяняющим сладким ароматом. Его листья казались барханными в чуть подрагивающем на них свете. Улыбнувшись, глядя на цветы, выбралась из кровати. Её доспехи как всегда аккуратно висели на стойке, посох поблескивал в углу комнаты. Но сегодня она не хотела влезать в столь приевшуюся «вторую кожу». Почти невесомо она порхнула к окну и резко в разные стороны раздвинула шторы. Поморщившись от ударившего в глаза солнца, она вновь улыбнулась. Пробежав мимо стойки с доспехами, она открыла дверь в кладовую. — Ага, видно давненько я сюда не заглядывала, — протопав босыми ногами к вешалке, Эм начала разглядывать платья. — Жаль, что сейчас здесь нет Жозефины, она бы быстро подобрала что-нибудь… Этакое. Взяв первое попавшиеся платье, она вышла в комнату. Надев наконец-то сапоги, она влезла в платье. Наспех заколов длинные волосы, Девушка спустилась в главный зал. Как всегда, кивнув всем присутствующим, она поспешила в ставку командования. Первым человеком, кто встретил её там, была Жозефина. Она как всегда сидела за своим столом и что-то писала. Эммилия часто заставала её за одним и тем же занятием. — Доброе утро, миледи Инквизитор! Как спалось? — дежурную фразу Кружавчик произнесла, не поднимая глаз от свитков, но, не услышав ответа, она была вынуждена оторваться от «любимого занятия». Эммилия стояла перед ней в длинном бархатном платье цвета красного вина. Её волосы были приподняты к верху и, струясь, опускались по левому плечу. Неглубокий вырез только подчеркивал её достоинства. — Ох, миледи!!! Вы сегодня… Сногсшибательны! — Жозефина, встав из-за стола, тут же подошла к Эм и, взяв её за руки, улыбнулась. — Спасибо, — Инквизитор с нескрываемым счастьем покружилась вокруг себя. — И откуда же у нас такое настроение? — Жози скрестила руки на груди, прищурилась, и впилась любопытным взглядом в лицо миледи. — Кто-то явно хотел видеть меня в таком настроении и принес мне в комнату рассветный лотос, — с довольной улыбкой выпалила она. — И я даже догадываюсь, кто! — Жозефина рассмеялась. — О, вы отвлекли меня от важного письма своим появлением, миледи Инквизитор. Прошу меня извинить. Но мне нужно вернуться к работе! — с притворным серьезным видом, но все же не сдерживая улыбки, посол поспешила занять своё привычное место. Чуть ли не вприпрыжку он счастья, эльфийка побежала в ставку командования. Массивная дверь со скрипом открылась и она шагнула внутрь. За столом её ожидал уже привычный ей состав: Каллен прохаживался вдоль массивного стола, положа руку на навершие меча, хмурясь и двигая какие-то фигурки; Жозефина что-то писала, а Морриган презрительно смотрела на них, оперевшись спиной о стену. — Доброе утро! — довольная улыбка всё никак не могла покинуть лицо Инквизитора. — А где Лелиана? — Доб… О, миледи, вы сегодня... Восхитительны! — Кален осекся на полуслове, но тут же взял себя в руки и широко улыбнулся. Жозефина, глядя на такую сцену, негромко хихикнула. Морриган старалась не показывать своих эмоций, но изогнутая бровь и уголки рта, невольно изобразившие улыбку, выдали её с головой: реакция мужчины явно её позабавила. — Наш Соловей сегодня поспешил откланяться с утра пораньше, лишь возвестив о том, что у неё дела в далеких землях, — лаконичная речь Морриган заставила всех обернуться в её сторону. — Лелиана передала, что у неё какие-то дела, и на заре умчалась с несколькими своими людьми, — вторила ведьме Кружавчик. — О, но почему она мне ничего не сказала? — удивленно спросила Инквизитор. Пожав плечами, они принялись за обсуждение своих дальнейших действий и насущных проблем. — Эм, можно тебя попросить на минутку задержаться? — Каллен окликнул миледи уже почти у самой двер, — Я бы хотел обсудить с тобой, кхм, то есть с вами некоторые действия по добыче тканей. — Да, конечно, — девушка обернувшись, шагнула в его сторону и, дождавшись, когда дверь громко хлопнет, подняла глаза. Храмовник быстрым шагом пересек комнату и, приоткрыв дверь, убедился, что в коридоре никого нет. Тихо заперев её, он подошел к самому желанному человеку на свете и взял её  лицо в ладони: — Я уже говорил, что ты сегодня восхитительно выглядишь? — Давно не носила чего-то подобного, поэтому чувствую себя немного не в своей тарелке, — она улыбнулась. Капитан прильнул к её столь родным и нежным губам. Его поцелуй словно обезоруживал Эм. Она, сделав изящный жест, прижала его к стене, придвинулась ближе и обвила его талию руками. — Хочу поблагодарить тебя за приятный сюрприз, милый! — И какова же будет благодарность, миледи? — Каллен с игривой улыбкой провел большим пальцем по её щеке, чуть тронутой румянцем. Эммилия нежно, почти невесомо коснулась его губ и посмотрела на него горящими глазами: — Я люблю тебя, мое прекрасное начало утра! — миледи выпалила эти слова на одном дыхании. Он улыбнулся в поцелуе, но оторвавшись, поднял её за талию так, что она смогла обхватить его шею руками и посмотреть на него сверху вниз. — И я люблю вас, мой нежный цветок... Мой рассветный лотос. Двое влюбленных покинули ставку командования и направились в главный зал. Им придется вновь вести друг с другом непринужденные светские беседы, обмениваться лишь мимолетными прикосновениями и взглядами. Они вновь будут играть свои роли: она миледи Инквизитора — Вестницу Андрасте и спасительницу земель, а он — её верного командора войск Инквизиции.