Глава VII. Ночь в Лагере полукровок
20 декабря 2015 г., 14:43
Спеша за остальными, римляне ещё успевали осмотреться. Лагерь полукровок был ничем не похож на их родной. Домики стояли полукругом и расходились на концах в противоположные стороны, невдалеке виднелась горка со стекающей по ней лавой и ещё два строения, напоминающие арену и амфитеатр.
Далеко бежать не пришлось, и вот перед всеми уже распростиралась водная гладь Лонг-Айленда. В небе уже давно взошла полная луна, яркой полосой выделялся Млечный путь, отражаясь в тёмных водах, по которым ходили небольшие волны.
«Красивое место», — подумал Перси.
Действительно, здесь было бы превосходно думать о чем-нибудь в одиночестве и тишине, но только не в это время, и дело тут даже не в толпе полукровок на берегу.
— Ну, где вы?! Что, испугались?! Идите к папочке, трусы пернатые! — кричал во весь голос какой-то не то парень, не то мужчина, стоя по пояс в воде.
Его бейсболка была натянута низко, так, что из-под неё виднелись только блестящие глаза. У него была козлиная бородка, мускулистые руки и торс облегала ярко-оранжевая, полностью промокшая рубашка поло, на шее висел свисток, а к поясу был прикреплён мегафон. Он был примерно пять футов ростом, а в руках вертел бейсбольную биту.
— Ну, покажитесь!
В это время из воды вынырнули головы двух парней. У одного были вьющиеся тёмные волосы и заострённые сверху уши, делающие его похожим на эльфа. У второго же голова была полностью обрита, а лицо напоминало кирпич. Откашлявшись и оглядевшись по сторонам, все ещё стоя по горло в воде, «эльф» закричал:
— Где Пайпер?! Пайпер!
Кажется, только тогда тип в бейсболке заметил, что кого-то не хватает. Он перестал выкрикивать в пустоту оскорбления и удивлённо осмотрелся.
— Где эта девчонка? — спросил он.
В ту же секунду немного вдалеке из-под воды показались три девушки. Их длинные мокрые волосы были распущенны, а голубые и ярко-зеленые глаза мерцали в бледном лунном свете. Наяды вели под руки какую-то девушку, которая, кажется, находилась без сознания. Они подошли к стоящему у самой воды Джейсону и передали её полубогу.
— Она жива, но нахваталась много воды, — сказали девушки и обратились к Перси, подмигнув ему. — Будешь под водой, заходи, твой отец всегда был к нам неравнодушен.
Сказав это, наяды превратились в брызги воды.
— Одеяла им, быстрее! — выкрикнул Хирон.
Когда из Лонг-Айленда вышли все трое, у них на плечах уже лежало по одеялу. Конечно, днём на улице стояла удушающая жара, но вода ещё не успеха как следует прогреться, поэтому новоприбывшие тряслись всем телом. К потерявшей сознание девушке подбежали дети Аполлона и, уложив её на одеяло, начали делать массаж грудной клетки. Спустя некоторое время она пришла в себя и стала откашливать воду.
— Как ты? — спросил Уилл.
— Будто по мне проехались локомотивом, — честно призналась она, пытаясь встать. — А так все в норме.
У девушки были шоколадно-коричневые волосы, коротко, но неровно подстриженные и заплетенные тонкими нитями с обеих сторон. На ней практически не было макияжа, что делало девушку ещё более привлекательнее. Её глаза , словно калейдоскоп, меняли цвет, были то карие, то синие, а то зелёные.
— Хедж, Бутч, что случилось? — спросил у них Хирон.
— На нас напали десять ниндзя, но я ударил одного правой, другой напал сзади, но я... — начал тот, что в бейсболке, но его оборвал второй.
«Фавн», — понял Перси, рассматривая тренера Хеджа.
— Как Вы и просили, я прилетел за ними на колеснице. Но, приземлившись на вершине Большого Каньона, увидел бой. Быстро забрав двоих полукровок и сатира, я направил колесницу обратно, в Лагерь полукровок. Нам оставалось полмили, когда духи шторма напали снова, загорелось левое колесо, а пегасы отвязались.
— Вентусы, — задумчиво сказал Джейсон, рассматривая ночное небо.
— Хорошо, что... — начал Хирон, но внезапно осекся.
Все вокруг замерли, завораженно смотря в одну точку. Конечно, и греки, и римляне уже привыкли к подобному, но все ужасно устали за день и хотели просто упасть на кровать и забыться в царстве Морфея. Парень сразу не понял, с чего столько внимания ему одному, но, стоило ему поднять голову, как Лео увидел светящийся красный молот. Он немного испугался, начал вертеть головой, приседать, прыгать, но знак следовал за ним
— Вулкан, — констатировал Перси, но Хирон поправил:
— Не Вулкан, а Гефест.
— Что происходит? Мои волосы загорелись? — спросил Лео скорее от любопытства, чем от испуга.
— Тебя только что признали, — пояснила Аннабет, но это ещё больше запутало парня.
— Кто признал? В чем признал?
— Твой отец, Гефест, бог огня и кузнечного дела, признал тебя своим сыном, — терпеливо объяснил Хирон.
— Бог чего? Кто?
Аннабет повернулась к сыну Аполлона:
— Уилл, можешь взять Лео и провести ему небольшую экскурсию? Покажешь ему Девятый Домик.
— Ладно, мистер Пугливый, пойдём, я все тебе объясню, — сказал он и повёл за собой продолжающего задавать вопросы парня.
— Не совсем то завершение дня, которое мы ожидали, но все полубоги важны, — сказал Бекендорф.
— Эй, — подала голос Пайпер, — мы не просили, чтобы нас привозили сюда.
— Тебя здесь никто и не ждал, милочка, — послышался из толпы мелодичный голос. — Твои волосы всегда похожи на мёртвого барсука?
Говорившая была высокой азиаткой с тёмными локонами, прекрасным макияжем и множеством украшений. Каким-то образом ей удавалось выглядеть гламурно даже в доспехах. Она прошлась взглядом по всем присутствующим и остановилась на Джейсоне, только сейчас заметив блондина.
— Дрю, хватит, — сказала ей Селена.
Она не любила повышать голос на других, но эта девушка иногда требовала строгости. Дочери Афродиты хотелось, чтобы все это побыстрее закончилось, и остаться наедине с Чарли. К сожалению, сегодня не получится, потому что у парня появился новый брат.
Дрю хотела возразить, но заговорил Хирон:
— Не будем ссориться. Уже за полночь, поэтому наши гости римляне переночуют в лагере, места хватит всем.
— Мы не останемся здесь, — твёрдо ответил Перси, сложив руки на груди.
«Не хватало ещё, чтобы нас всех тут во сне перебили».
— Ты претор и переживаешь за своих людей, — вступила в разговор Аннабет, — но посмотри на них. Разве ты не видишь, что все устали и хотят отдохнуть?
Парень прошёлся взглядом по таким знакомым лицам. Кто-то стоял, опершись на своё оружие, несколько ребят сложили руки на груди и смотрели на него из-под полуприкрытых век, а Хейзел вообще дремала на плече у Френка. Действительно, все устали и просто не в состоянии ехать в Нью-Йорка.
— Хорошо, — сделав паузу, сказал Перси, — но с рассветом мы уезжаем.
Хирон одобрительно кивнул и обратился к грекам:
— Распределите их по домикам и отбой.
В толпе начали слышаться голоса — жители Лагеря полукровок спрашивали у римлян об их божественных родителях.
— Пойдём, я провожу тебя, — обратился кентавр к сыну Нептуна.
Тот только пожал плечами и поплёлся за ним. Только сейчас парень понял, насколько он устал. Ныла каждая мышца, рука устала держать тяжёлый меч, который совсем не подходил полубогу. Да, он прекрасно помнил, как несколько недель ему не могли подобрать оружие — одно было слишком лёгким, другое — слишком тяжёлым. Даже спустя семь лет Перси не смог подобрать для себя подходящий меч. В голове находилась каша, поэтому он сразу не понял, что уже пришёл к нужному месту.
Претор стоял напротив небольшого домика, не производившего такого впечатления могущества и величия, как стоящий по правую руку, наоборот, он был длинный, низкий и крепкий. Стены снаружи были сделаны из серого камня, с вкрапленными в них кусочками раковин и кораллов, так, будто эти глыбы подняли прямо с океанского дна.
— Домик Посейдона, — сказал Хирон и начал подниматься на небольшое крыльцо.
Последовав за ним, Перси краем глаза увидел, как в стоящий рядом домик зашли Джейсон и та странная девушка-панк. Решив не заморачиваться, парень вошёл в помещение. В нос тут же ударил родной запах океана, но с примесью сырости и пустоты. Посмотрев на стоящие у стен шесть кроватей и другую мебель, покрытую небольшим слоем пыли, стало понятно, что здесь давно никто не жил.
— У Посейдона уже сотню лет не было детей из-за данной им клятвы. Мы, конечно, убираемся здесь, но ты же понимаешь... — пояснил кентавр.
Перси только кивнул. Хирон уже собирался уходить, как внезапно остановился, будто что-то вспомнил. Выглядел он печальным и очень уставшим.
— Перси, не нужно делать из нас монстров.
— Я...
— Нет, не оправдывайся, ведь я вижу, как ты смотришь на нас, греков. Ты не доверяешь нам, и я могу это понять, но не нужно считать нас совсем дикарями какими-то. Между греками и римлянами всегда была вражда, но в истории и так было много ошибок, совершенных недалекими правителями. Тем более ты сам... — кентавр осекся и, вздохнув, продолжил. — Подумай над моими словами. Мы вам не враги.
Хирон развернулся и голопом ускакал в темноту. Перси вздохнул и закрыл дверь.
***
Джейсон сидел на кровати в небольшой нише этого дома-мавзолея. Только в этом месте не была видна статуя грозного Зевса, греческой ипостаси его отца. Под потолком клубились небольшие тучи, в которых сверкали молнии, вдоль стен стояли бронзовые жаровни, не позволяющие домику остыть в ещё немного холодные ночи. Джейсон осматривал помещение, пытаясь переварить свалившуюся на него информацию. Талия терпеливо ждала, пытаясь не давить на брата своими ярко-голубыми глазами, точно такими же, как и у него. Она понимала, как сейчас тяжело парню, поэтому просто молчала, невольно рассматривая родные черты лица. — Так наша мать... — начал Джейсон, но не смог закончить вопрос. Талия нежно сжала его руку, заставляя посмотреть прямо в глаза. — Да, это сделала именно она, но поверь, судьба её наказала. — А как ты жила все эти годы? — Мне было всего четыре, когда мы втроём отправились на пикник. Я была слишком маленькой, поэтому всего запомнить не смогла, даже на какое-то время забыла, что у меня был брат. Но спустя лет пять, за очередной бутылкой виски её прорвало на откровения. Узнав всю правду, я обратилась в полицию, и они завели на неё дело. Она обвиняла во всем меня, кричала, даже поднимала руку. В концов я сбежала из дома и там уже встретила Луку и Аннабет. Парень молча рассматривал фотографии, прикреплённые к стене у кровати. Их было много, и на всех разные люди. Вот Талия с той блондинкой Аннабет и другой, Селеной, кажется. На другой — она и ещё несколько ребят из лагеря, но больше всего было фотографий с каким-то парнем. Он был чуть выше Талии, мускулистым, с рыжеватым волосами и большим белым шрамом от правого глаза до самого подбородка. Проследив за взглядом брата, Талия слегка улыбнулась из-за нахлынувших воспоминаний. — Это и есть Лука. — А где он сейчас? — поинтересовался сын Юпитера. — Я его, кажется, сегодня не видел. Девушка замялась и нервно поджала губы. «Как ему объяснить? Все так сложно...» — Давай поговорим завтра? — предложила она. — Нам всем нужен отдых. Слегка улыбнувшись, Джейсон пожелал ей спокойной ночи и пошёл к другой кровати. Смотря на сверкающие молнии и медленно проваливаясь в сон, брат и сестра думали о своём тяжёлом прошлом, в котором не знали друг друга.***
Перси недовольно перевернулся на другой бок. На лицо падал слабый свет, а с улицы были слышны крики полубогов, ржание лошадей и странный треск. «Неужели уже рассвет?» Полночи парень не мог уснуть и просто смотрел в потолок. Да, он очень устал, но Морфей не спешил забирать его в своё царство. Перси думал о Новом Риме, о том, сколько всего нужно будет совершить завтра, что случилось сегодня. Встреча, взрыв, практически начало войны, Рейна, её отъезд, Захват флага, бой у ручья, Лонг-Айленд... А ещё он скучал по дому. Конечно, полубог не оставит поиски виновного в взрыве, но стоит парню закрыть глаза — и перед его мысленным взором встают витиеватые улочки Нового Рима, игры на Марсовом поле, тренировки, Пират, единороги в конюшнях, всегда просящие сахара... Всё такое родное и знакомое, что сердце непроизвольно сжимается. Спустя несколько часов Перси все же удалось провалиться в сон без сновидений. «Неужели я так долго спал? Тогда почему никто не пришел разбудить меня?» Крики вперемешку с ржанием лошадей продолжались, и парень неохотно открыл один глаз. Перед ним вся комната была залита оранжевыми и розовыми красками, превращая насыщенные синие обои в темно-фиолетовые. Перси понравился этот домик, и не только потому, что он был сделан в его любимом цвете. Здесь практически физически можно было ощутить присутствие океана, слабого бриза, чего иногда не хватало в Лагере Юпитера. Рассматривая падающие на пол тени, Перси стало как-то тревожно. «Что-то не так», — решил он и медленно подошёл к окну, протирая глаза. Понимание происходящего ледяными иглами впилось в сердце парня. Открывшаяся картина была ужасной и завораживающей одновременно. Волосы на затылке Перси медленно встали дыбом, и он сорвался с места, выбегая на улицу.
