Гарри Поттер и... "Несущие Смерть"

- Мистер Ти Спирс? - Да, профессор МакГонагалл? - Скажите, пожалуйста, - ведьма вздохнула, приложив два пальца ко лбу, - зачем вы вырастили Пэнси Паркинсон эти щупальца? - Я не специально, - Уилл покрепче сжал в кулаке палочку. Врать он очень не любил, но иногда приходилось. Не мог же он сказать, что эта корова его просто бесит! - Нет ни одного заклинание, которое бы имело такой эффект. Здесь синтез магических формул, случайно такое не вытворишь. - Но я правда не хотел этого! – да, он не хотел. Жнец пытался лишь превратить волосы слизеринки в змей, но, как оказалось, магия – коварная штука, никогда не знаешь, чего от нее ожидать. - Не люблю этого делать, но иногда надо: минус пятнадцать баллов с Гриффиндора и минус десять со Слиззерина. За подстрекательство, - профессор грозно сдвинула брови и посмотрела поверх очков на возмущенного Малфоя. – И, да мистер Ти Спирс, придете завтра ко мне на отработку сразу после ужина. - Не понял. С каких это пор МакГонагалл назначает отработки? Ее Снейп укусил, что ли? – Рон взлохматил свои рыжие волосы и покосился в сторону профессора. - То, что Уилл сделал – не такой уж тяжелый проступок, с точки зрения нашего декана. У нас на уроках происходили случаи и похуже, а МакГонагалл тогда только головой качала. Ну, значит, на то были свои причины. Профессор строгая, но справедливая, - Гермиона ободряюще улыбнулась Уиллу и продолжила пассы руками над грудой перьев. Но вот из этой пушистой кучки показался малюсенький клюв. Потом, стряхнув большие перья, на стол гордо шагнула птица, похожая на уменьшенную копию ворона. Очень, кстати, красивого ворона, только невероятно маленького, лишь чуть больше спичечного коробка. Герми победно улыбнулась и повернула голову в сторону друзей, посмотреть, как идут дела у них. - Фете… фе… фетеро Зингу-у-ус! - Лицо Рона перекосилось от напряжения. Он размахивал палочкой над серыми перьями, как Грелль своей бензопилой над мертвыми людьми. То есть, с безумием и жаждой крови в глазах. Да, казалось, Уизли сейчас точно кого-нибудь убьет. Ти Спирс тихонько ходил за спинами ребят и незаметно для них вытаскивал из их кучек перышки. Свои он случайно сжег еще в начале урока. На парте даже обугленное пятно осталось. Он не хотел их поджигать, просто что-то пошло не так. Теперь он подворовывал чужие разноцветные перышки разных птиц. Когда у него набралась приличная кучка, он снова сел на свое место и взмахнул палочкой. - Фетеро Зингус! А-а-а! – Уильям отшатнулся и упал назад вместе со стулом. А из перьев раздались какие-то булькающие звуки, и оттуда вылез… «Не мышонок, не лягушка, а неведома зверушка». Ти Спирс всякое видел: расчлененные трупы казненных зеков, людей, подвешенных на цепях в затхлых камерах и умерших от жестоких пыток, тела мужчин и женщин, с внутренностями, обвитыми вокруг шеи. Но черт… не петуха о двух головах и семи крыльях, два из которых были воробьиные, еще три – крылья колибри, а вторая голова принадлежала киви. И все это… бррр, покрыто перьями вперемешку с кровью. Существо истошно орало, неистово било всеми семью крыльями и булькало, захлебываясь собственной кровью. - Авада Кедавра! – сверкнула зеленая вспышка и животное, последний раз всхлипнув, упало замертво на парту. – Извините, это вынужденная мера. Вы могли пострадать, - профессор МакГонагалл спрятала палочку в карман мантии. – Уильям, будьте осторожны. Уилл кивнул и стал разглядывать дохлую птицу. Мертвая она ему была даже симпатична. - Фу, Уилл! Не трогай это, - Гермиона зажала нос, избавляя себя от запаха гнили и паленого мяса – существо быстро разлагалось. А Ти Спирс, как ни в чем ни бывало, продолжал разглядывать, как и снаружи, так и внутри свое творение. Ему, правда, было немного грустно – хотел создать жизнь, а получилось, скорее, в стиле Грелля – много крови, боли, и в итоге, смерти. Но зато, какой красивой смерти! Жаль, все же, Сатклифф не видел, ему бы понравилось. А как шли дела у Гарри? А, что Гарри – он уже тоже держал на ладони маленькую малиновку. Звон колокола раздавался так громко, что, казалось, стекла трещат. И гриффиндорцы и слизеринцы, выслушав стандартное домашнее задание о том, что надо отработать заклинание, рванули с Трансфигурации, прихватив малюсеньких птичек.

***

- И все? Из-за каких-то щупалец тебя погнали на отработку? - Снейп тебя тоже из-за ерунды позвал. Когда я поступал в Академию, мне было легче, - Уилл снял очки и стал протирать стекла краем воняющей кровью мантии. - Конечно, легче. Ведь быть жнецом – это, в конце концов, наше призвание. А волшебниками нам быть тяжело, мы стали ими по воле случая. Ну, и демонов, - Сатклифф подбросил вверх палочку. Та выстрелила искрами, и Грелль быстренько спрятал свое орудие, пока на запах дыма не прибежала медведьма. - Здесь нет демонов, Грелль. Нам и Снейп, и Гарри сказали об этом. - А как же дементоры? – какая-то мысль крутилась у красноволосого жнеца на периферии сознания. - Это не демоны. - А кто? – действительно, кто это тогда такие? - Ну-у-у… я точно не знаю… - Уилл вспомнил, что Гермиона говорила ему о большой библиотеке. Он хотел завтра сходить туда и взять книгу по мифическим существам. - А кто по твоему мнению, Уилли, может называться демоном? - Демоны – существа, обладающие сверхъестественными способностями. Питаются душами, для добычи которых существует несколько способов, - отчеканил Уилл по определению, которое давалось им в учебнике при поступлении в Академию. - Верно. А помнишь, что рассказывал Поттер? Дементоры питаются душами и хорошими воспоминаниями, предпочитают обитать как можно ближе к земле. Их даже назвали почти как демонов, значит, невольно, волшебники отождествляют дьявола и дементора. И никто из магов не знает, откуда вообще эти твари взялись. Так же, как никто не знает, откуда здесь взялись мы, жнецы. Улавливаешь? – глаза Грелля снова загорелись. - Ты считаешь, что эти существа из нашего мира сюда пришли? Как мы? - Да! – жнец аж подпрыгнул на кровати. – Мы можем узнать, как они сюда попали. Может, они смогут дать нам ответ, как попасть обратно? - Допустим. А как ты это себе представляешь? - С ними можно поговорить. С нами-то они уж точно ничего не сделают, мы жнецы, в конце концов. - А я думал, мы поговорим сначала с Мирэлем Малфоем. - Когда мы еще до него доберемся! К тому же, лучше сначала выяснить все про дементоров, а потом идти к Малфою. - Ты думаешь, с этими тварями поговорить будет легче? – Уилл скептически изогнул бровь. - Нет, - Грелль скис и на минуту задумался. – Ладно, неважно, откуда мы начнем. Я предлагаю пока просто плыть по течению, а там оно само нас куда-нибудь вынесет, либо к брату/дяде Драко Малфоя, либо (не дай Мерлин!) к стенам Азкабана, где мы, так или иначе, увидим дементоров. - Как придумаешь какую-нибудь авантюру, Сатклифф, так потом вся задница горит от свалившихся на нее приключений. - Горит, между прочим, моим любим красным. А-а-а! Грелль увернулся от летящей в него подушки.

***

- Сатклифф, рад снова тебя здесь видеть в целости и сохранности! – Рон крепко обнял севшего рядом Грелля. Новичок выздоровел довольно быстро, учитывая, какие заклятия наслал на него Малфой. Уже на следующий день он живой-здоровый пришел на завтрак. Но это хорошо, не пришлось парню валяться в больничном крыле. - Рон, я не отрицаю, я по мужчинам, но у меня уже есть Уилли. Так что место занято, уж извини, - Грелль лукаво улыбнулся, обнял Уизли и склонился над его ухом. – Но, как по мне – ты тоже ничего, - жнец коснулся губами шеи Рона и чуть поцарапал кожу острыми зубами. Рон быстро отстранился от красноволосого парня и продолжил уплетать омлет, словно ничего не произошло. Но все равно он периодически оглядывался на хитро улыбающегося Сатклиффа. И правда, от этого парня можно было ожидать чего угодно. Рядом сидели несколько гриффиндорцев, которые наблюдали данную ситуацию. Они тихонько хихикали, прикрываясь ладошками и стаканами с тыквенным соком. Уилл же оставил этот разговор без внимания, и со спокойным видом читал «Ежедневный Пророк». - Итак, господа, какой урок у нас первым? – Грелль сложил руки на затылке и закинул голову, рассматривая безоблачное чистое небо на потолке Большого зала. - Зелья, - Рон сполз по скамье чуть ли не под стол. - А преподавателя все еще нет, - Гарри оглянулся на стол профессоров, - может, урока сегодня не будет? - Будет, Потти, куда он денется! – мимо гриффиндорского стола шел Малфой с самым довольным видом, какой только может у него быть. - Чего ты такой довольный, а, хорек? Давно в рожу не получал? – Рон сжал кулаки. - О, Уизел, идешь по стопам папаши? Он любит магловские игрушки, а ты – магловские методы решения проблем. - Да ты!.. - Ты боишься, Драко, не правда ли? – Уильям сверкнул из-за газеты стеклами очков. – Кто ты без палочки? М-м-м? - Я сильный волшебник, с палочкой или без нее, - Малфой храбрился. Сейчас он совсем не чувствовал себя таким, каким хотел казаться. Даже разговаривать с этим странным новичком ему было немного страшно. Почему? Это какой-то иррациональный страх. Ну, что он может ему сделать? Вряд ли он будет еще так подставляться и напрашиваться на отработки, устроив с Малфоем драку. Но все равно, что-то не то… страшно. И… необычайно хорошо. Ему никто никогда не перечил. Никто не угрожал ему по-настоящему, разве что Гарри Поттер, но что он может? А этот Уильям действительно силен. Без принципов, без морали, со своими нравственными убеждениями, со своей волей он заставлял Малфоя чувствовать себя… слабым. Беззащитным. Это странно. И так… необычно. Он никогда еще не ощущал себя никчемным, для него это было впервые. И его задевало, сильно задевало то, что этот Ти Спирс смотрит на него равнодушно, с какой-то капелькой презрения, как на грязь под ногами. - У меня еще дела перед первым уроком. До скорой встречи на зельях, грифы! – Драко едва удержался от того, чтобы щелкнуть Невилла по носу. Он пошел к своему столу. Слизеринец заставлял себя не оглядываться, но этот проницательный желто-зеленый взгляд, казалось, прожигал в его спине дыру, и не оглянуться было выше его сил. Уилл все с таким же равнодушием в глазах провожал его взглядом. Малфой не выдержал и первым опустил взгляд. А потом отругал себя за эту слабость.

***

Урока зельеварения все, даже красно-золотые, ждали с нетерпением. В основном, потому, что всем надоела эта интрига, и хотелось уже узнать, кто же будет теперь вести самый ненавистный в Хогвартсе предмет. Некоторые надеялись, что теперь, без Ужаса Подземелий этот урок будет проходить в другой атмосфере и, возможно, станет даже интересным. Очень напрягало многих хорошее настроение Малфоя-младшего. Слишком уж самодовольно он выглядел. Гриффиндорцы и Слизеринцы расселись по своим местам в классе, когда прозвенел колокол. Все думали, что учитель придет еще нескоро, так что мальчишки сидели на партах, валялись на стульях; девчонки прихорашивались, глядя в отполированные бока котлов. Крэбб и Гойл задавили в углу какую-то слизеринскую девушку и домогались ее, на что Малфой им шикнул: - Идиоты! Если вас сейчас заметят, вам не поздоровится. И одним только снятием баллов мы не… - Здравствуйте, класс. Услышав стальной голос, ребята вытянулись по струнке около своих мест. К учительскому столу под гробовую тишину прошла Нарцисса Малфой. - Слишком много Малфоев за один раз, слишком много! – простонал Грелль, закрыв лицо ладонью. Драко выглядел как кот, объевшийся сметаны. Конечно, теперь он в Хогвартсе под защитой любимой мамы. Как же хорошо! - Итак, начнем. Сегодня мы сварим Бодроперцовое зелье. Самые лучшие образцы пойдут в больничное крыло, к мадам Помфри. Остальные же… хм, посмотрим, – Для начала, проведем небольшой опрос по этому зелью. - Но мы его еще никогда не готовили и ничего о нем не знаем, - сказал кто-то с задней парты. - Насколько мне известно, теоретическую часть вы проходили в прошлом году с Северусом Снейпом. Так что, вы должны это знать, так или иначе, - Нарцисса сверкнула холодными голубыми глазами, - Итак, кто мне скажет, кем и когда было изобретено данное зелье? Вверх взметнулась рука Гермионы. Остальные решили молчать. - Хм, а кто-нибудь из слизеринцев? Я понимаю, почему наши львы этого не знают, но вы-то должны иметь представление об этом зелье. Может нам ответит мистер Малфой? Драко быстро вскинул глаза на мать. Та мило улыбалась, вопросительно подняв брови. Не ожидал он от нее удара в спину, ох, не ожидал. - Мистер Малфой, я жду ответа, - мистер Малфой молчал, не зная, что сказать. Откуда он знает, кто изобрел это чертово зелье? Ну, откуда? Он же не Грейнджер, чтобы штудировать весь учебник! - Янзню. - Что? Повтори, я не расслышала. - Я. Не. Знаю. - Что ж, очень жаль. Садитесь, мистер Малфой, плохо. Я вычту у Слизерина пять баллов, возможно, это послужит вам уроком. Так, кого же спросить? Мисс Грейнджер, давайте. - Бодроперцовое зелье было изобретено Гловером Хипвортом во второй половине XVIII или начале XIX века. - Хорошо. Плюс пять баллов Гриффиндору. Так, а кто мне скажет… Она допрашивала ребят еще минут двадцать, задавая каверзные вопросы, вплоть до фазы луны, в которую нужно собирать корни лилий. Еще раза четыре она спрашивала сына, но ответил Драко только на один вопрос. Профессор качала головой и отнимала баллы. Также, она строго следила за дисциплиной на уроке и не позволяла никому даже шептаться. За это также отнимались баллы. Но вот опрос закончился, и профессор Малфой взмахнула палочкой, и на доске появился довольно сложный рецепт довольно сложного зелья. - Приступайте. Все кинулись к котлам. Нарцисса стала ходить между партами, заглядывала в каждый котел, указывала на ошибки и недочеты. Она не оскорбляла гриффиндорцев, как Снейп, она не насмехалась, как Снейп, но занозой в одном месте была прямо как Снейп. Особенно остро это чувствовал Драко. К нему профессор придиралась больше всех. В итоге, когда мать отошла, раздраженный Драко по ошибке запорол все зелье. Нарцисса покачала головой и, оставшись недовольной его работой, поставила ему в табель жирное «О». Тех, кто еще на первых этапах провалил свои зелья, а среди них были и Драко с Гарри, она задавала вопросы, чтобы прикрыть плохую оценку. И опять больше всех досталось слизеринистому хорьку. К последним минутам урока лицо Драко было уже одинаковым по цвету с волосами Грелля. Он едва ли не пар из носа выдыхал, когда слышал очередное: «Ответьте на вопрос, мистер Малфой…». Он уже тысячу раз пожалел о том, что мать пришла работать в школу. Гарри потихоньку посмеивался в кулак. Наконец, Малфоя поставили на место. И кто? Собственная мать! Так тебе и надо, хорек! Вот огонь под котлами погас и на учительский стол ребята понесли склянки с готовыми зельями. В числе лучших, как ни странно, оказались зелья Грелля и Уилла. Ти Спирс, как и Гермиона, пролистал весь учебник за курс, и теперь разбирался в зельях (по крайней мере, в практической части) даже лучше Гермионы. А Грелль… он работал исключительно чутьем. Видимо, талант, по-другому и не скажешь. - Уилли! Это мое первое «Превосходно»! Я так рад! – Сатклифф, покачиваясь, сидел на стуле чуть ли не в обнимку с котлом. Уилл снова открыл учебник, чтобы пометить в рецепте зелья некоторые нюансы. Также, он украдкой бросал взгляды на Малфоя. Тот сидел, понурившись, закусив губу и сощурив глаза. Казалось, он сейчас заплачет. Такой позор, такое унижение! Драко думал, будет по-другому. Уилл не знал, откуда это появилось, но ему вдруг до ужаса стало жаль этого слизеринца. Драко стойко держался, под таким напором любой бы на его месте сломался. Даже, наверное, сам Уилл. Прозвенел колокол, урок окончился. - Драко… - Ух ты, теперь не «мистер Малфой», а «Драко»! Вспомнила, наконец, что ты мне мама? - слизеринец первым вылетел из класса, даже не взглянув в сторону матери. Уилл пошел за ним, сам не зная, зачем. - Эй, Уилли, ты куда? Уилли! Ти Спирс ломанулся наперерез пуфендуцам, которые уже столпились у класса зелий. - Драко! – Уилл негромко позвал его. Драко остановился, тяжело дыша. Он не спешил оборачиваться. - Что тебе надо, Спирс? Вали на свою травологию. - Драко, что бы ты не думал, но она твоя мама. Она любит тебя. И она все душой хочет, чтобы ее сын вырос сильным и умным. Она очень тебя любит, даже со стороны это видно, - боже, зачем он это все говорит?! И кому – Драко Малфою, этому Слизеринскому Принцу. - Не надо читать мне морали! Не надо объяснять мне, что такое материнская любовь! Ты сам-то знаешь, что это такое? – слизеринец сжал кулаки и низко наклонил голову, но так и не обернулся. - Нет, - честно ответил Уилл, - у меня нет родителей, я их даже не помню. – он и правда их не помнил. Ничего не помнил из своей прошлой жизни, и маму в том числе. - Не помнишь… - медленно произнес Малфой. Он оглянулся на собеседника. Ему, наверное, хуже. Он ее лишился и даже не помнит, а у Малфоя мама жива-здорова, более того, она с ним рядом. Да, Ти Спирс все-же знает, о чем говорит. Знает… - Извинись. Перед ней. Ты же знаешь, что это нужно, - Уилл увидел, что Малфой действительно плачет. Чтобы прикрыть свои красные глаза, он тряхнул головой, набрасывая на лицо челку. Жнец не собирался никому об этом рассказывать. Даже Греллю. - Тебе-то какое дело до наших отношений?! – почти прошипел слизеринец, вплотную приблизившись к Уиллу. - Мне… никакого, - а правда, какое ему дело? Как он вообще здесь оказался, да еще и в компании плачущего Малфоя? - Да, мне нет никакого дела, - шинигами тоже тряхнул головой, сбрасывая с глаз так несвойственную ему пелену сочувствия. – Мне просто жалко профессора Малфой. Она старалась, а ты так по-свински поступил с ней. Жнец отвернулся, поправил очки кончиком палочки и двинулся на улицу, к теплицам. - Спасибо… - едва слышный шепот за спиной. Показалось? Да, ему определенно показалось.