От страха перемен

На следующий день Картман сидел за столом с кучей бумаг, а вокруг витал неизменный помощник Купид-я, который, в общем-то, не особо стремился помогать. Потому он скорее нервировал своим вечным хихиканьем, чем подбадривал. — Послушай, ты мог бы разобрать статью из больницы, где лежал Твик! — рявкнул Картман, откинув стопку листов в сторону. Голова кипела от количества информации, даже места для обдумывания дальнейшей стратегии не оставалось. Личное дело Крэйга на большую часть состояло из записей о нарушении норм поведения. Поначалу Эрик попытался найти закономерность в ситуациях, когда Крэйг посылал всех, кому не лень, но тщетно. Создавалось впечатление, что ему приходил в голову сигнал с Марса, и он просто делал это. Никаких похожих случаев. Что касалось Твика, то записи из больницы так же не дали результатов, как и лечение его тиков. Неврозы просто были, Крэйг просто посылал — эти двое явно друг друга стоили. — Ти-хи! Да кому нужны эти бумажки, — вновь заладил ангелок, — любовь нельзя вычислить! — Когда мы заперли Токена и Николь, у нас получилось! — нервно отреагировал Картман, перекладывая листы, как будто это могло что-то изменить. — Может, тогда тоже закроем их? — Нет, Купид-я, тут это не катит, — глаза разбегались от тысяч букв, кавычек и пометок. — Судя по досье, Крэйгу вообще всё по барабану, он настоящий чмошник! — Ти-хи, тебе нужно отвлечься от бумажек и посмотреть шире, — дух подлетел почти к самому лицу Картмана. — В сердце каждого может нагрянуть любовь, она может растопить любой лёд, — тоненький голосок звучал довольно обнадёживающее и по-детски просто. — Ты прав… — усталый выдох сопроводился потиранием глаз. Картман понял, что сидеть над кипами листов — гиблое дело. Тут нужно было всё увидеть своими глазами. — Твика мы, кажется, зацепили, а значит надо понаблюдать за Крэйгом. Идём, Купид-я! В этот день Картман намеренно прогулял занятия ради сбора данных, потому подкараулить момент, когда Крэйг выйдет из здания школы, не составило труда. На его удачу, Твика рядом не оказалось. Он, очевидно, получил второй табель оценок за эту неделю и направился домой, порадовать родителей. Спрятавшись за сугробами, Эрик достал из кармана небольшой диктофон и, нажав на кнопку записи, издал звук пиликающего пейджера, которой по его представлениям должен был сопутствовать началу любой записи или съёмки. «Субъект выглядит подавленно, идёт домой в одиночестве, не смотря ни на что вокруг. Весьма подозрительно». Прошмыгнув между домами, Картман параллельно наблюдал за брюнетом в бинокль, стараясь различить каждую, хоть совсем мелочную эмоцию. Можно было сказать, что парень выглядел задумчиво, но и это слишком не очевидно. Оставалось надеяться на контакт с другими людьми, а именно с родителями. При их появлении Крэйг видимо приободрился и спокойно начал разговор с членами семьи. «При появлении родителей старается вести себя естественно». Картман оббежал дом, чтобы получить возможность наблюдать за Крэйгом в комнате. «Субъект заходит в комнату и скидывает портфель на кровать, садится за компьютер. Экран не попадает в зону видимости. Меняю точку наблюдения». Осмотревшись по сторонам в поисках удачного ракурса, Эрик подметил добротную кучу снега рядом с забором, она вполне могла сойти за лестницу и, недолго думая, парень рванулся к ней. С кряхтением забравшись и подтянувшись до верхушки забора, он продолжил наблюдение. «Субъект просматривает профиль Твика. Очевидно подавленное состояние связано с Твиком. Необходимо собрать данные одноклассников о событиях в школе». — Жиртрест, какого чёрта ты делаешь? — высокий и звонкий голос застал врасплох, и Картман чуть не навернулся с обзорной вышки. — Внезапное вторжение в расследование, прерываю запись, — тихо, будто его не слышно, отрапортовал он, после чего пиликаньем закончил запись. — Ты следишь за Крэйгом, какого чёрта? — повторил свой вопрос Кайл, сложив руки на груди и хмурясь словно мамаша, застукавшая своего сына за просмотром «Терренса и Филлипа». — Кайл, поскольку у тебя, очевидно, вновь попал песок в вагину, ты пропустил важный момент в наших жизнях и ушёл домой, — намекал Эрик на случай у пожарной двери. — Позволь тем, кто в курсе дела, разобраться с этим. — Стэн мне всё рассказал! — вспылил Брофловски, который уже успел обдумать пару мотивов жиртреста. — Ты ведь намеренно подталкиваешь Твика к Крэйгу, хотя они не геи. Зачем тебе это? — Ты ничего не знаешь, Кайл, они хотят быть вместе и имеют право на счастье! — от раздражения Картман чуть ли не слюной брызгал, но затем резко успокоился и принял более мрачный вид. — Хотя тебе, как одиночке, этого не понять. — У тебя тоже никого нет, придурок! — Ти-хи, он не знает наш маленький секрет, — ангелок пролетел между ребятами и скрылся где-то под шапкой Картмана. — Тихо, — чуть слышно прошипел парень, после чего решил воззвать к здравому смыслу. Обычно это всегда работало, ибо на первый взгляд все его планы виделись полным бредом. — Кайл, послушай, какой мне смысл сводить кого-то? Кому это навредит? — Твику и Крэйгу! Они же не геи, а ты вселяешь в них неуверенность, путаешь их, — Кайл терял над собой контроль, когда спорил с жиртрестом. Было так много вещей, которые хотелось сказать, развить всё чуть ли не до дебатов. Но в то же время оставалось чувство, что Картману всё равно будет плевать на всё, и он сделает, как считает нужным, не считаясь ни с кем. Даже с самим собой. — Так нельзя, — не подобрав нужных слов, выпалил еврей. — О-ох, — Картман разом выдохнул весь воздух, затем, прикрыв глаза, попытался восстановить психологическое равновесие. — Кайл, почему тебе надо так сгущать краски? Твик сам признался, что любит Крэйга. — Я больше, чем уверен, что это твоих рук дело, — пальцем он почти ткнул в нос Эрика. — Ты его запугал. — Тви-ик, если ты не будешь долбиться в задницу, тебя убью-ют, — зловещим тоном и размахивая руками, прошипел Картман, после чего вновь принял естественный вид. — Так, что ли? Ты хоть понимаешь, какой это бред?! — Пусть так, — после некоторого молчания согласился Кайл, — но я слежу за тобой. Ты наверняка задумал очередную пакость, и тебе это с рук не сойдёт, — бросил напоследок Брофловски и, резко развернувшись, направился прочь. Он завёлся настолько, что уже обдумывал, как ему поступить дальше и к кому пойти с разговорами. На ум первым делом приходил Твик, ведь именно его Картман уже успел обработать настолько, что тот признался в своей ориентации. — Ти-хи, он такой злобный. Он может нам помешать, Эрик. — Не в этот раз, Купид-я, — нахмурившись, Картман достал из кармана телефон и ещё более грозно добавил: — Не в этот раз.

***

— Твик, сынок, я так горжусь тобой! — мать не могла налюбоваться на принесённый табель успеваемости. — Да, сынок, твои оценки наконец стабилизировались и теперь не подлежат сомнению. Не подлежат сомнению, как и качество нашего кофе, прошедшего сквозь года и оставшегося в сердцах всех жителей нашего города. — Ты ведь хочешь выглядеть лучше ради своего парня, правда? — Агх! Мам, прекрати! — Наш сынок так смущается. Ну ладно, вот, держи кофе, иди поиграй в своей комнате. Как только Твик оказался у себя, он сразу принялся за лего. Оно каким-то образом умело его успокоить, ведь чтобы собрать частички вместе, нужно было перестать дрожать. Просто скрепить их и всё, без страхов и заминок. Думая об этом, Твик понял, как сильно его изменило общение с Крэйгом: он действительно стал уверенней в себе. Хотелось даже пойти и просто пошататься по городу, погулять и посмотреть вокруг, возможно даже поговорить с кем-то. Блондин чуть улыбнулся, он никогда не чувствовал, что может что-то сделать самостоятельно, потому старался прочувствовать каждый миг этого нового ощущения. Он старался запомнить всё до мелочей, чтобы суметь воспроизвести это в нужный момент. Мысли, как слайд-шоу, менялись в голове. Обычно это пугало, но в этот раз всё казалось довольно упорядоченным и не создавало внутренней паники. За это тоже надо было сказать спасибо Крэйгу: он физически не мог слушать разброс слов Твика, который тот считал диалогом, потому, чтобы быть понятым, блондину приходилось прилагать усилия и вести разговор хоть как-то логично, не отвлекаясь на мелкие детали слишком сильно. В этот момент Твику пришло в голову, что Крэйг действительно много для него сделал, но что сделал он сам? По факту, Такеру настолько плевать даже на явные проблемы, что ему помощь и не требовалась. Только теперь блондин твёрдо решил, что чуть другу понадобится поддержка, он просто обязан её оказать. Это было само собой разумеющимся. Твик также подметил, что даже его родители делали так же: отец брал на себя большую часть обязанностей, а мать только иногда помогала. А родители любили друг друга и были настоящей парой, ведь это же родители, они не могли друг друга не любить. Логическая цепочка выстроилась довольно быстро, и Твик понял, как найти ответ на свой недавний вопрос о том, что они с Крэйгом, как пара, должны делать. — Агх, я не могу у них спросить всё на прямую. Это же такой стресс! Но если я не узнаю, я не смогу помогать Крэйгу. Просидев за играми около двух часов, Твик, нервно закусив нижнюю губу, направился вниз. Пару раз он хотел свернуть обратно в свою комнату, но именно в эти моменты блондин мысленно повторял прошедший день, когда Крэйг отказывался с ним разговаривать. Это длилось всего полдня, но оказалось таким пугающим, что Твик не мог позволить произойти этому снова. Он не хотел вновь облажаться. Дойдя до кухни, он сцепил руки в замок, чуть разминая пальцы, чтобы спустить свой стресс хоть в какое-то действие. — Тыковка, уже наигрался? — мать Твика как раз закончила мытьё посуды и сейчас стояла, мирно вытирая руки. — Да, — пробубнил Твик, после чего, собравшись с мыслями, продолжил: — Мам, пап, а чем отличается дружба от отношений? — Знаешь, Твик, однажды, до твоей мамы я встречался с девочкой. Это вышло почти случайно, мы гуляли, потом начали ходить за руку, целовались. И мне казалось, что это и есть отношения, те самые, настоящие, — отец вновь уставился в газету, явно не намереваясь продолжать рассказ. — И? — Что «и»? — не понял отец, выглядывая из-за белых страниц. — Что дальше-то? — уже более нервно и раздражённо пояснил блондин. — А, ну потом я встретил твою маму и понял, что то были не отношения, — спокойно отреагировал отец, на что мать утвердительно кивнула. — Как ты это понял?! — Твик явно потерял связующую нить или хоть какую-то логику повествования. — Агх! И зачем я вообще вас спросил! Вы всегда рассказываете истории ни о чём, они ничему не учат, ничего не проясняют! Ненавижу их! Агх! Твик рванул на улицу подальше от пустоголовой болтовни родителей. Только добежав до перекрёстка, он понял, что всё-таки оказался вне дома без видимой на то причины. Поозиравшись по сторонам, блондин подумал, что всё равно собирался пройтись, поэтому просто направился дальше, не совсем представляя, куда конкретно ему идти. Родители умудрились разом раздербанить весь порядок в голове, и теперь Твик совершенно потерял всевозможные ориентиры. — Эй, вот он! — позади раздался грубый, но отчего-то знакомый голос. — Агх! — Твик резко развернулся на месте, и глаза его распахнулись на максимум возможности. Перед ним стояли двое старшеклассников, которых Крэйг побил на прошлой неделе. — Что, твоего защитника сегодня нет? – тот, что повыше, похрустел костяшками, чувствуя, что скоро отомстит за ущемлённую гордость. — Я вам ничего не сделал! — только и вскликнул блондин, но осознав, что это не поможет, ринулся прочь с громкими криками. Он не знал, куда ему бежать: повороты и закоулки мелькали перед глазами, блондин сам не заметил, как добежал до границы с лесом. Дальше идти было нельзя ни в коем случае. — Всё, добегался, психопат? — чуть запыхаясь выговорил низкий пацан. — Хватай его, чувак! Твик опомниться не успел, как его скрутили и прижали к асфальту. Тут-то он уже приготовился к хорошей трёпке и госпитализации на пару дней, оставалось только пройти момент ожидания, который сдавливал нервные клетки, доводя до приступа. Старшеклассник явно не собирался церемониться: он в пару шагов оказался рядом и уже хотел замахнуться подобранной наскоро палкой, но тут почувствовал резкую острую боль в голове. Пошатнувшись, он повалился на землю, после чего в паре сантиметрах от него упал довольно увесистый камень. — Валите отсюда, — Крэйг стоял позади. Вид у него был довольно взбаламученный: пара нижних пуговиц оказались расстёгнутыми, кофта торчала из-под куртки, а привычная шапка-ушанка так вообще отсутствовала. — Твою мать, об этом уговора не было! Высокий отпустил Твика и отошёл на пару шагов назад. В прошлый раз Крэйг их неплохо отметелил, хотя был на полголовы ниже. Ярость от прошедшего унижения накатила на старшеклассника, и он рывком понёсся в сторону Такера, надеясь, как бульдозер, просто снести его. Но тот оказался готов, и в один миг нападавшего поразил заряд тока, выпущенного из ручного электрошокера. Увернувшись от упавшего тела, брюнет уже хотел подойти к Твику, как его за ногу схватил первый, ещё не до конца отрубившийся пацан. Из последних сил он подмял под себя Крэйга и зарядил ему точно в глаз. — Агх! Отпусти его! — Твик вскрикнул и, схватив палку, вновь треснул старшеку по голове, окончательно отправив его в страну снов. Тело ослабело и орудие выпало из рук. Мелкая дрожь сотрясала каждую клеточку организма. — Это всё из-за меня! Агх! Я доставляю одни неприятности! — Твик, успокойся, — Крэйг медленно встал с земли, чуть прикрывая покрасневший от удара глаз. Парень хоть и запыхался, всё равно постарался удержать спокойный тон, но это не помогало. Твик схватился за отросшие волосы и трясся так, будто готов рвануть прямо на месте. — Твик, — более уверенно произнёс Такер и сделал шаг вперёд, который и оказался последней каплей. — Нет! Агх! Не подходи! Из-за меня тебе только хуже! — Твик всплеснул руками и неуклюже сорвался с места, вынудив Крэйга побежать ещё один марафон. В это время, неподалёку от места происшествия, чуть заметно зашевелились кусты, и откуда выглянуло несколько пар глаз. — Keikaku doori. Chigai janakatta mitai. — Chigau wake ga nai! Aitsura, kono machi no OTP.