День из жизни

Пэнси Паркинсон вышла из камина в доме на площади Гриммо и удивлённо изогнула идеальную бровь, услышав громкий стук и вопли Поттера. Она рассеянно подумала, что зря оформила годовую подписку на «Придиру», ведь, чтобы развлечься, всего-то нужно было оказаться в этом доме. Когда крик достиг запредельного уровня громкости, она усмехнулась и поднялась по лестнице к источнику вечного хаоса – Поттер как всегда в своём репертуаре. – Удиви меня, Герой, – протянула она, неторопливо заходя в хозяйскую спальню. Поттер стоял у видавшего виды гардероба и яростно колотил по нему. Пэнси постаралась не морщиться, заметив на его голове ужас, который тот гордо именовал волосами. Когда-нибудь она привыкнет к этому – ради Драко. – Итак, могу ли я поинтересоваться, для чего я здесь? – она предприняла ещё одну попытку начать разговор, ибо Поттер явно забыл о манерах, предпочитая наносить удары по ни в чём не повинному предмету интерьера. – Драко в шкафу! – последовал резкий ответ. Теперь и вторая бровь Пэнси удивлённо изогнулась. – Мне трудно в это поверить. Он совершенно точно вышел из него, когда я поймала вас двоих за невообразимым занятием в ванной старост на шестом курсе. – Кстати спасибо, что поделилась этими воспоминаниями на уроке Зельеварения. И ты знаешь, что я имею в виду. Твой ненормальный дружок пошёл и закрылся в чёртовом шкафу. И. Отказывается. На хрен. Выходить. Оттуда! – каждое слово Гарри сопровождал ударом в дверь. Но всё, чего смог добиться, это раздавшегося из глубины: «Отвали, Поттер!» – Ну же, Драко! – заныл он, прижавшись лбом к закрытой двери. – Ты там уже целую вечность! Что бы я ни сделал, прости меня, ладно? Я прошу тебя, пожалуйста, выходи, чтобы мы смогли поговорить об этом? – Мне нечего тебе сказать! – последовал ответ. – Драко Люциус Малфой! Если мне придётся сломать дверь, я это сделаю! – Поттер, – вмешалась Пэнси, – возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что это не лучший способ его успокоить. – У тебя есть идея получше? – фыркнул он. Она закатила глаза, подошла к шкафу и легонько постучала. – Дрей, милый? – проворковала Пэнси так, словно хотела успокоить испуганного оленёнка. – Ты не хочешь открыть дверь, чтобы мы немного поболтали? – Пэнс? Это ты? – голос наполнился надеждой. – Это я, дорогой. Давай, открой дверь и выходи, и мы исправим любую глупость, которую сделал Поттер, хорошо? – уверила она его, игнорируя сердитого гриффиндорца. Шкаф и его обитатель, казалось, задумались над открывающейся перспективой. Наконец послышались щелчки от снятия запирающих заклятий, и дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы позволить Пэнси проскользнуть внутрь. Затем она с грохотом захлопнулась, оставив Поттера по другую сторону в звенящей тишине. Всё, что он мог сделать, – уцепиться за дверь и прижаться к ней ухом. – Поттер, отойди! Я слышу, как ты стараешься вести себя тихо! – раздался резкий голос Пэнси, и Гарри поспешно отошёл от шкафа и уселся на кровать, угрюмо уставившись в одну точку. Следующие двадцать минут он провёл, пытаясь понять, почему его вспыльчивый парень так разозлился. Когда он мысленно отверг Возможный Повод №374, раздался щелчок и из шкафа вышел Драко. Он выглядел помятым, растрёпанным и раздражённым — в общем, как любой человек, кто провёл большую часть утра в гардеробной. Он мрачно взглянул на Гарри и исчез на кухне. Поттер облегчённо вздохнул и решил, что даст своему парню пару часов прийти в себя, прежде чем снова попытается с ним поговорить. Он снова обернулся к шкафу и увидел, как из него выходит Паркинсон, разглаживая несуществующие морщинки на своём шёлковом платье. Прежде чем он успел поблагодарить её или просто спросить, что же случилось, она подошла к нему и дала подзатыльник. – На будущее, Поттер… Правильный ответ на вопрос «не полнят ли меня эти брюки?» всегда должен быть «нет, не полнят».