Пеликан

      Комната отдыха. Джоунины сидели и ждали, когда закончится распределение, чтобы пойти к своим ученикам. Всего в этом году выпускались пять команд. Двое просто поглядывали на него, одна вообще раздевала глазами, а с четвертым он разговаривал в углу. Новоявленный джоунин и сенсей, Герой Войны - Узумаки Наруто. Шикамару с ленцой в голосе, неохотно, беседовал с другом.       - Так у тебя в команде сын Асумы-сенсея? - блондин стоял, прислонившись к стене.       - Да, я выпросил его, потому что пообещал вырастить из него настоящего шиноби, - Нара тоже прислонился к другой стене.       - Это здорово, - Наруто внимательно посмотрел на своего собеседника, стараясь не обращать внимания на взгляды Анко. - Слушай, ты же не в первый раз берешь команду? Расскажи что к чему, да и вообще про нынешних ребят.       - Первый раз он трудный самый? - Шикамару прищурил глаза. - Самое важное это воспитать достойного шиноби, готового к трудностям жизни. Подтяни их форму до приемлемой, научи азам, только сильно не загоняй. А то Ли своих учеников за неделю тренировками так загонял, что они в больницу слегли. Теперь его к учительству не подпускают. Да... А ребята такие же, как и мы сами были. Не знают еще жизни, у каждого свои стремления и цели, у каждого свои заморочки, будь то семья или любовь.       - А что там за изменения в правилах, почему я не могу вернуть не устраивающих меня ребят? А то мне мои что-то не шибко нравятся, боюсь не потянут.       - Да ничего особенного, просто теперь выпускаются только те, кто действительно "потянет", как ты говоришь, - Нара улыбнулся. - Так что ты присмотрись, детишки смогут тебя удивить и не раз.       - Я видел личные дела своей команды, - Наруто от возбужденного даже замахал руками. - Ни о какой сбалансированности и речи нет. Такое ощущение, что подсунули то, что осталось. Где же "один сильный, другой слабый, третий умный"?       - Надо же, ты узрел суть. Восемь лет в АНБУ сделали таки из тебя человека, - Шикамару приблизился к блондину и продолжил уже почти шепотом. - Мне предлагали команду двенадцать - "Ино-Шико-Чо", классическая схема, отработанная годами. Но я упросил взять команду Наваки. Двенадцатую отдали Ино. Она тоже опытный джоунин и знакома с нашим построением. У меня же почему-то одни отличники, талантливый Хьюга и гений Инузуки. У Хинаты в команде все Хьюги - явно готовят в клановую охрану. Только у Анко типичная сбалансированная команда: поиск-прикрытие дальнобойными Абураме, силовик-контактник Сарутоби и поддержка прикрытие - Узумаки. А тебе подсунули действительно тех, кто остался - бесклановых шиноби. Составлял команды лично Хокаге. Что он хочет этим добиться - я и сам еще не понял.       - Спасибо, есть над чем поразмышлять, - задумчиво ответил другу Наруто, а затем громко обратился ко всем. - Никто не хочет пари, чей генин первым станет чунином?       Шикамару на это громко хмыкнул и пытался скрыть улыбку. Типичный Наруто никуда с годами не ушел, только теперь он иногда прятался под маской серьезности.       - Принимаю, - Анко хищно облизнулась, чем жутко напомнила змеиного санина.- Какова ставка? Предлагаю одно жалование.       - Да вы что, нельзя так спорить! - Ино скрестила руки на груди.       - Да брось, интересно же, - Шикамару лукаво улыбнулся.- Три месячных оклада.       - Ненавижу тебя, Шикамару! - Ино отвернулась от них, а затем опять повернула голову. - Идет. Но только потому, что я выиграю.       - Размечталась, - Анко громко хмыкнула. - Тройное? Поддерживаю!       - Я не знаю, - Хината не слишком уверенно смотрела в пол.       - А как же честь клана? - Шикамару неизвестно почему заинтересовался этим спором.       - Хорошо, я с вами, - Хината постаралась взять себя в руки и всем своим видом стала излучать наследие своего великого клана.       - Вот и отлично, - Узумаки улыбнулся в тридцать два зуба.       Время пришло, и все стали выходить из комнаты к своим ученикам. Анко, проходя мимо Наруто, тихо его спросила:       - Ты знаешь АНБУ с кличкой Пеликан? Я про него слышала очень заманчивые слухи.       - Впервые слышу, - Узумаки ответил не моргнув глазом, стараясь не вспоминать те истории.