Часть 1
18 ноября 2015 г., 22:29
Впервые Томас Броди-Сэнгстер усомнился в своём психическом здоровье. Парень, не веря собственным глазам, смотрел на белый лист бумаги, где был прописан сценарий его следующего фильма.
А всё из-за Дилана, которому тоже предложили участвовать в этом проекте.
Вообще, судя по сценарию, фильм мог получиться впечатляющим. Томасу также льстило, что и ему, и Дилану отвели роли первого плана. Смущало только то, что играть им предстояло геев, по уши влюблённых друг в друга.
Было несколько причин смущения актёра. Одной из них было то, что Томас отлично знал, как фанаты воспринимают его и Дилана рядом после фильмов о «Бегущем». Он давно перестал считать, сколько раз его спрашивали про ту идиотскую выходку с почти-поцелуем на камеру, которая, вообще-то, была идеей Дилана, а не его.
Но самой главной причиной был страх. Ведь Томас и Дилан действительно были не просто друзьями, которые веселятся на публику, их связывало кое-что большее. По поводу Дилана Сэнгстер не мог точно сказать, чувствует ли тот что-то более сильное, чем симпатия. А вот насчёт себя, актёр был уверен — он серьёзно влюблён.
Он не мог сказать точно, когда это началось. До «Бегущего в лабиринте» парни даже не общались, встретившись только на съёмочной площадке. С людьми Томас сходился тяжело, не подпуская к себе слишком близко новых знакомых, пока не привыкал к ним, пока не начинал доверять. Но вот с Диланом они едва ли не в первый же день шутили и смеялись, как закадычные друзья, встретившиеся спустя долгих лет разлуки. Это было странно и необычно. Это удивляло, но Томас ни за что не отказался бы от этой внезапной дружбы.
С Диланом было легко. С ним не нужно было сдерживаться и контролировать слова и эмоции. По правде говоря, Том никогда ещё не встречал человека, который настолько открыто смотрел бы на мир и окружающих его людей. Томас даже не думал, что такое в принципе возможно — он был воспитан немного по-другому. Не зануда и не ханжа, но ведь британскую сдержанность так просто из крови не вытравишь. А вот Дилан был особенным — он был светлым и позитивным, он искренне тянулся к людям и не знал, что такое стеснение или комплексы. Он был всегда бодрый и энергичный, всегда с улыбкой на лице и всегда готовый растормошить тех, кто хоть немного загрустил.
Томас не успел оглянуться, как по социальным сетям уже бродили слухи об их любовной связи, подтверждение чему фанаты находили и в их общих репликах на интервью, и в случайно сделанных совместных фото. Кто-то утверждал, что видит любовь даже в их жестах, взглядах и прикосновениях. Первое время Томас после таких заявлений, заинтригованный, пересматривал предоставленные фанами видео, пытаясь уловить то же, что видели они. Но замечал только тёплую привязанность и уважение, не больше. А потом ему и самому стало интересно, как далеко могут зайти люди в своих догадках, и поэтому он с удовольствием поддерживал Дилана в его забавах — обнимал в ответ, стоило тому обхватить его в очередной раз за талию, смотрел томно, скрывая во взгляде искорки смеха, поймав ответный горячий взгляд, отпускал двусмысленные реплики и шутки. И вскоре понял, что они оба увязли в этом по уши, потому что этот лёгкий двусмысленный флирт на камеры уже вошёл у них в привычку. Так, что подначивания и заигрывания не прекращались ни на минуту, даже когда они оставались наедине.
И только спустя время Сэнгстер понял, что они зашли слишком далеко, так, что не могут остановиться.
Осознание пришло после завершения съёмок «Испытание огнём». После всех конвенций, встреч и интервью наступило недолгое затишье перед началом следующих съёмок. И тогда актёр понял, что ему не хватает Дилана, его шуток и улыбки. Именно в тот момент Томас понял, что попал и уже не может выбраться из этого омута. И самое важное было то, что Томасу совсем не хотелось прекращать эту своеобразную игру, из-за чего Сэнгстер ненавидел самого себя.
Когда Дилан и Томас опять встретились, то всё началось заново: объятия, шутки, улыбки. Для фанатов наступило прекрасное время, ведь О'Брайен был в ударе, и фотографии вместе с различными видео появлялись в сети чуть ли не каждый день.
И однажды Томас не выдержал, решив поинтересоваться у Дилана, что тот творит.
— А что я делаю? Веселюсь как обычно. Томми, не волнуйся ты так, — беззаботно ответил О'Брайен на вопрос Сэнгстера, что вообще творится.
А потом произошло то, чего Томас совсем не ожидал. В один из вечеров после дня съёмок Сэнгстер и Дилан решили спуститься в бар отеля, в котором временно проживал каст «Бегущего».
Сначала ребята выпили пару коктейлей, практически не разговаривая, так как съёмочный день выдался довольно напряжённым. А затем, немного расслабившись, принялись обсуждать трилогию о «Бегущем».
— Я вот не понимаю. Как Дэшнер мог убить такого персонажа? Да ещё так хладнокровно, от руки любимого человека! — возмущался Дилан насчёт убийства Ньюта.
При слове «любимого» Томас напрягся, а потом аккуратно поинтересовался:
— Ты это о чём?
— Так Ньют и Томас любили друг друга. Сам Дэшнер это подтвердил. Неужели ты этого не слышал? — удивился О'Брайен.
На самом деле Том прекрасно знал о таком понятие как «Ньюмас». Он был в курсе, что Дэшнер всячески поддерживает эту идею фанатов, которые нашли в книгах очень много доказательств великой любви двух парней.
— Слышал, но не придавал этому значения. Нас не просили играть это, поэтому я и не пытался вникнуть, — наконец ответил Томас.
Дилан хитро прищурился, а затем выдал:
— А если бы нужно было сыграть такое, ты бы согласился?
Томас чуть не поперхнулся коктейлем от такого вопроса, даже от Дилана парень не ожидал такого подвоха:
— Я не знаю, что ответить. Мне надо подумать, — попытался выкрутиться актёр, прекрасно понимая, что его друг так просто не отстанет с таким интересным вопросом.
— Ну подумай, — усмехнулся Дилан и махнул рукой бармену, подзывая его к себе и заказывая еще коктейль.
Томас молча наблюдал за брюнетом, который слишком разошелся. Казалось, что Дилан о чём-то переживает, поэтому медленно напивается. Создавалось ощущение, что актёр напряжённо о чём-то думает, словно решаясь на какой-то рискованный шаг.
И только ближе к ночи Томас узнал, что же задумал О'Брайен. Когда в баре никого не осталось, кроме них и бармена, который отвернувшись пересчитывал выручку, Дилан внезапно наклонился прямо к уху Томаса и, обдав его горячим дыханием, прошептал:
— Томми, ты подумал над моим вопросом? Что, если мы с тобой сыграли бы любовь?
Томас дёрнулся, пытаясь отодвинуться, но Дилан не дал ему это сделать, прижав к себе за талию.
— Ты пьян и не понимаешь, что творишь, — тоже шёпотом произнёс блондин, надеясь, что парень выпустил из своих объятий, которые слишком смущали.
— Я ещё понимаю, что говорю. Томми, неужели только я чувствую к тебе какое-то влечение? Мы с тобой так давно играли перед фанатами в игру двух влюблённых, что немного забылись. Скажи, разве тебе не хочется снова и снова повторять эту игру перед камерами? — внезапно серьёзно сказал Дилан.
Томас молча слушал О'Брайена надеясь, что тот не заметит как он напряжён. Слова друга заставили сердце Тома сильнее забиться, словно парень пробежал несколько километров. Но сказать в ответ было нечего, слишком всё случилось неожиданно.
— Может продолжим нашу своеобразную игру? Перед фанатами и наедине. Без всяких обязательств, просто наслаждаться обществом друг друга. Я увлечён тобой, Томас. И я не знаю как это прекратить. Да и нужно ли? — сбивчиво прошептал Дилан, с надеждой глядя на Тома.
Сэнгстер задумался над ответом, которого О'Брайен с нетерпением ждал. С одной стороны Томас понимал, что отношения без обязательств ему идеально подходят, но с другой — ведь это может продлиться и недолго, но если слишком втянутся, потом может быть больно. Поэтому Сэнгстер не знал, что ответить. Но, взглянув на Дилана, которой ждал ответа, парень вздохнул и кивнул:
— Ладно, я согласен. Мы ведь ничего не теряем. Так что, почему бы не попробовать?
О'Брайен просиял, радостно обнимая Томаса крепче, намереваясь поцеловать. На что Сэнгстер покачал головой:
— Не сейчас, есть люди вокруг.
— Какой же ты стеснительный! — с улыбкой воскликнул Дилан, взяв Томаса за руку и выводя его из бара.
С тех пор и началось эту безумие, которое Том хотел прекратить, но не мог. Каждый раз при встрече с жизнерадостным, довольный и весёлым Диланом, Сэнгстер понимал, что не может всё оборвать, ведь он сам нуждается в этих довольно странных отношениях.
Девушки парней, Бритт и Белла, даже не догадывались о том, что происходит. Томас хотел сказать Белле, что больше не чувствует к ней ничего из того, что ощущал к раньше. Он знал, что делает только хуже своим молчанием, но ему было банально страшно признаваться девушке в том, что он больше не испытывает к ней прежних чувств. Дилан тоже не спешил признаваться Бритт, поэтому Том решил пока ничего не менять и оставить всё как есть. В конце концов скоро съёмки «Бегущего» завершатся, а после них два актёра вряд ли будут видеться слишком часто. И вся эта безумная игра подойдёт к концу.
Томас ещё никогда так не ошибался.
***
И вот теперь он сидит со сценарием в руках и не знает, что отвечать режиссёру, который терпеливо ждал его ответ. Несколько дней назад ему предложили сняться в новом фильме режиссёра Джоша Буна, известного по кинокартине «Виноваты звёзды». И Томас решил сходить на кастинг и посмотреть на сценарий, который, по словам его агента, был просто превосходным. Фильм действительно должен был получиться интересным и захватывающим, вот только главными героями были геи, которых сыграть должны были Дилан и Томас. Сэнгстер понимал замысел режиссёра. Два довольно известных актёра, которых фанаты хотят видеть вместе, сыгравшие геев, поднимут фильм до высот. А это только на руку. «Хитро, ничего не скажешь», — подумал Том, всё ещё изучая сценарий, надеясь найти в нём что-то, что может заставить его отказаться. Потому что парень уже решил согласиться. Ведь сыграть такое вместе с Диланом было бы очень весело и интересно, хоть и опасно. Томас понимал, что их могут раскрыть, ведь их влечение вряд ли кто-то не заметит. Но в глубине души актёр хотел попробовать сняться в таком фильме, это незаменимый опыт, который не каждый может получить. Поэтому Сэнгстер согласился, ещё не догадываюсь о том, что его ждёт впереди и с надеждой, что он не ошибся в своём решении. Когда он и Дилан обсуждали будущий фильм, то брюнет, как обычно беззаботно, махнул рукой и сказал: — Да ладно тебе, чувак, это будет весело. Только представь, как обрадуются наши фанаты! Томас представлял, поэтому и начал сомневаться в своём твёрдом намерении отлично сыграть данную роль. — Никто ни о чём не узнает! Чего ты так волнуешься? Это же просто фильм. Всегда можно сказать, что мы играли на камеру, а на самом деле ничего такого между нами нет. Не парься ты так, — успокаивал Дилан. Он, в отличии от Томаса, совсем не волновался. С тех пор всё и завертелось. Нет, сперва, как и обещал Дилан, было весело. Новость в сети появилась спустя несколько дней после того, как их обоих официально утвердили на роли, и это произвело примерно такой фурор, какой все и ожидали. Фанаты ликовали. Они бурно обсуждали эту новость, предполагая различные варианты развития событий. Когда начались съёмки, Томас, окунувшись с головой в работу, почти забыл о своих волнениях и беспокойствах. Новый каст принял их с Диланом на удивление легко и тепло. Впрочем, это же Дилан. В отличие от Томаса, ему всегда удавалось мгновенно вливаться в любую компанию, сразу же становясь своим. Фильм, которому дали название «Два измерения» должен был начаться с эпизода, где появляется мрачный парень по имени Джон Уолдер, которого должен был сыграть Томас. Его жизнь скучна и однообразна, молодой человек живёт работой и не собирается ничего менять. Затем идёт следующий эпизод, где главный герой весёлый и беззаботный, совершенно не задумывающийся о своих поступках, наслаждающийся жизнью, беря от неё всё. То есть фильм должен был быть в виде флешбэков. Это была идея Буна, который утверждал, что это изюминка фильма, что такая задумка понравится зрителям. Со временем зрители узнавали, что в прошлом у Джона был любимый человек, такой же весёлый парень по имени Марк Берлос. Пара была счастлива, а любовь между ними была настоящей и искренней. Но потом происходит несчастье, Марка сбивает машина и он погибает. После этого Джон замыкается в себе, превращаясь в мрачного человека, и который решил погрузиться в работу, надеясь таким образом облегчить страдания. Во флешбэках показывалось развитие отношений Джона и Марка, их первое свидание, первый поцелуй, первый раз, попытки жить вместе, первые мелкий ссоры, первые примирения. Под конец фильма показывалась трагическая гибель Марка. Между этим в фильме рассказывалось о том, что Джон, спустя много времени, встречает очень похожего на Берлоса человека. Настолько похожего, что сначала даже не верит в происходящее. Дальше оказывается, что парень которого он встретил, Алекс, близнец Марка. Братья не знали о существовании друг друга, так как в детстве их разделили. Алекс случайно узнаёт про то, что у него есть брат, но когда находит его координаты, оказывается, что тот погиб. Джон просит Алекса прикинуться Марком, ведь парню кажется, что таким образом он сможет вернуться к жизни. Но постепенно он влюбляется в самого Алекса, в него как человека с другим характером и другими привычками. В фильме должны были гармонично переплетаться моменты из прошлого и настоящего. И в итоге зрителю нужно было решить для себя, с кем бы он хотел видеть Джона, какая пара была более живой, более искренней, более настоящей. По сути, это был открытый конец, каждый выбирал для себя то, что ему понравилось больше. Роли были действительно сложными. Томасу нужно было сыграть человека, чей внутренний мир в разных ситуациях меняется. Сначала это весёлый и беззаботный парень, который живёт одним днём, не думает о будущем, и наслаждается своей жизнью с любимым человеком. Затем это мрачный и замкнутый человек, который не улыбался уже очень долгое время, который живёт только работой. И всё это в одном человеке, которого нужно так хорошо прочувствовать, чтобы донести до зрителей его эмоциональное состояние, показать всю эту боль и радость, которые этот парень испытывал в разные моменты жизни. Дилан же играл двух одинаковых по внешности, но разных по характеру людей. Марк был весёлым парнем, который думал, что впереди ещё вся жизнь, а сейчас можно отрываться. Алекс же был более спокойным и рассудительным человеком, который воспитывался в богатой семье, где каждому приходилось играть свою роль перед другими, где приходилось сдерживать свои эмоции. Но постепенно Алекс и Джон раскрываются, привыкают к друг другу, со временем начиная испытывать тёплые чувства, которые, возможно, не такие страстные, как были между Марком и Джоном, но такие же искренние и сильные. — Ребят, вы должны выложиться на полную. У вас самые сложные роли в этом фильме, нужно постараться, — сказал актёрам Бун перед началом съёмок. И ребята старались, они настолько отдавались своим героям, что к концу съёмочного дня, были полностью вымотаны. Даже Дилан, который всегда был источником энергии, выглядел уставшим. Но он всё равно старался поднимать всем настроение, передавая свой позитив остальным. Фильм был слишком тяжелым в эмоциональном плане, что требовало больших усилий и затрат, а пополнить их могла какая-нибудь шутка от О'Брайена. Кроме Дилана и Томаса в фильме снимались Энсел Эльгорт в роли Кевина Роулз, близкого друга Алекса; Карен Гиллан в роли Шейлы Роунс, подруги Джона, всегда поддерживающая его, единственная, кто был с ним после трагедии с Марком, и помогающая в отношениях с Алексом. Были ещё второстепенные роли, например, Майкл Фогель, сыгравший мужчину, который сбил Марка; и ещё несколько актёров, появившихся в эпизодах. Каст был подобран очень хорошо, все были на своих местах и гармонично смотрелись в одной картине, что уже давало ей хороший шанс на успех. Только вот, чем ближе в планах стояли съёмки той самой сцены, тем сильнее нервничал и колебался Томас. Тем ярче становилось его желание разорвать контракт и покинуть площадку. Потому что запланированная сцена первого поцелуя должна была стать неловкой. Сэнгстер боялся, что таким образом они с Диланом выдадут себя, раскроются, расскажут свой секрет. Но ещё больше Томас боялся, что Дилан всё поймёт, ведь для блондина это было не просто приятное времяпрепровождение, а настоящие чувства, которые не хотелось показать всему миру, а спрятать глубоко внутри, надеясь, что никто ничего не узнает. В тот самый день Томас с утра очень нервничал. Ему казалось, что все уже узнали об его отношении к Дилану и теперь ждут возможности убедиться в своих домыслах. В обычных обращениях режиссёра парень видел контекст, как будто Бун хотел заставить актёра во всём признаться. И хоть в глубине души он понимал, что все ведут себя как обычно, всё равно не получалось расслабиться. — Томас, ты в порядке? Ты бледный какой-то, — подошёл к нему Дилан, и коснувшись к плечу задумчивого Сэнгстера. Том дёрнулся, тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли, и постарался ответить как можно спокойнее: - Всё нормально. Просто немного нервничаю перед съёмками, которые сегодня предстоят. Боюсь испортить сцену. О'Брайен понимающе кивнул и улыбнулся: — Я тоже немного нервничаю, если честно, — он ещё шире улыбнулся, заметив удивлённый взгляд друга. - Да, и такое бывает. Я тоже могу нервничать. Ну ничего, мы же актёры, разберёмся, не волнуйся. С этими словами брюнет ещё раз коснулся плеча Томаса и пошел к смеющимся Карен и Энселу, стоящих неподалёку. Том проследил за ним взглядом, потом вздохнул и направился в другую сторону. Недалеко от основного места съёмок стояло несколько обычных стульев, где актёры могли передохнуть во время перерыва. И именно там Томас решил провести время до того, как его позовут снимать эпизод. Парень устроился поудобнее и прикрыв глаза прислонил голову к стене, вдоль которой стояли стулья. Несколько минут актёр приводил в порядок мысли и чувства, уговаривая себя поверить в то, что всё обойдётся и пройдёт как надо, и никто не догадается про его запретное влечение. — Можно? — внезапно услышал он женский голос. Открыв глаза, Том увидел Софи Тёрнер, которая показывала на стоящий рядом стул, спрашивая можно ли тут присесть. — Конечно, присаживайся, — с милой улыбкой произнёс Сэнгстер. Он был знаком с ней до съёмок этого фильма, так что, ему не было неловко рядом. Девушка должна была сняться в одном эпизоде, она появилась на съёмочной площадке только сегодня, и Том был рад её видеть. С Тёрнер можно было поговорить по душам, ведь она умела хранить секреты, а также могла поддержать и дать правильный совет. - Чего ты такой поникший? — спросила девушка, внимательно глядя на актёра. Сэнгстер знал, что Софи обладает какой-то чуткостью, поэтому не удивился, что она заметила его состояние. Томас вздохнул и ответил, стараясь не говорить всю правду: — Понимаешь, сегодня будет сцена с поцелуем. Первым поцелуем Марка и Джона. И мне немного страшно от этого, боюсь запороть все дубли. Софи понимающе кивнула и произнесла: — Думаю, что у тебя получиться. Ты же актёр, значит привык играть подобные сцены. Если тебя смущает то, что это будет происходить с парнем, то просто закрой глаза и представь, что ты целуешь Беллу. Поцелуи с парнем не отличаются от поцелуев с девушкой, так что, ты не заметишь разницы. И тогда точно справишься. Томас натянуто улыбнулся. Если бы Софи знала всю правду, то точно не предложила бы представить перед собой Беллу. Потому что Дилан не их тех, с кем бы прокатил такой вариант. И поцелуи с ним отличаются от других, поэтому даже не стоит пытаться представлять перед собой кого-то другого. Ведь Томас всё равно будет знать, кто перед ним. — Вас Джош зовёт, — от навязчивых мыслей Томас отвлекла помощница режиссёра, которую парень не сразу заметил возле себя. Кивнув, Сэнгстер тяжело поднялся и с мрачной решимостью отправился на съёмки своего позора. Возле Буна уже собрался весь основной каст, перешёптываясь между собой и ожидая Томаса. — Наконец! Где ты пропадал вообще? — воскликнул режиссёр, подзывая Тома к себе. Блондин подошёл к остальным и только тогда заметил на себе внимательный взгляд Дилана. Увидев, что Томас тоже смотрит на него, О'Брайен подбадривающе улыбнулся и поднял большой палец вверх, мол всё будет окей. Сэнгстер улыбнулся в ответ, так как даже в такой ситуации Дилан смог поддержать его, и это было так приятно, что какое-то необъяснимое тепло разлилось по всему телу, словно кто-то включил обогрев воздуха. Отогнав от себя ненужные сравнения, Томас перевёл взгляд на режиссёра и попытался вникнуть в его речь. — Сегодня у нас очень напряжённый график. Снимаем несколько самых сложных сцен, требующих много сил и умения. Так что, пожалуйста, выложитесь на полную. И да, Дилан и Томас, — Бун махнул рукой двум актёрам, — вы должны особенно постараться. У вас самая выматывающая сцена, которая должна быть сыграна идеально.Вы всё поняли? - Да, — раздался нестройный гул голосов. — Тогда за работу! — взмахнул руками Бун, сразу же начиная раздавать всем команды по подготовке к эпизоду. К Томасу подошёл Дилан и приобнял его за талию: — Ты готов? Том попытался высвободиться из цепкого захвата, но у него не получилось, слишком разные были силы. - Нас могут увидеть, — возмущённо прошептал Сэнгстер, пытаясь образумить своего друга. - И что? — пожал плечами О'Брайен, всем своим видом показывая, что ему абсолютно всё равно на мнение окружающих. — Тебе нужны лишние разговоры? — оставался непреклонен Томас, всё ещё надеясь, что Дилан его поймёт и перестанет вести себя так открыто. Дилан развёл руки в стороны, тем самым дав возможность Томасу отскочить на пару метров, и произнёс: — Ты правда думаешь, что сейчас кому-то до нас есть дело? Все заняты подготовкой к съёмкам эпизодов. Фанатов вокруг нет, так что, некому за нами подсматривать. Томас уже хотел что-то ответить, но внезапно он заметил, что в глазах брюнета зажёгся огонёк, который означал только одно: Дилан что-то задумал. — Томми, милый, у меня появилась одна очень заманивая идея, — специально слащавым голосом произнёс О'Брайен, медленно двигаясь в сторону Сэнгстера, который начал отступать. — Какая? — тихо спросил Том, ожидая всего, чего угодно, зная своего друга. — А почему бы нам не подготовиться к предстоящей сцене наедине? Чтобы поцелуй вышел хорошим, надо потренироваться. Я тут заприметил одну подсобку, там нас никто не найдёт, — предложил свою безумную идею Дилан. Томас предполагал что-то в этом духе, да и друга своего хорошо знал, поэтому отреагировал спокойно: — Да не успеем мы уже. Скоро съёмки начнутся, так что, придется потерпеть. Он видел, что Дилан хочет поспорить на эту тему, но к парням как раз подошёл режиссёр и сообщил, что пора начинать. — Ничего, мы ещё сегодня наверстаем. Я тебе обещаю, — шепнул Дилан, проходя мимо и хитро улыбаясь. Томас представил себе, как именно они будут навёрстывать, после чего у него перехватило дыхание, а фантазия продолжала подсовывать разные картинки. Парень даже немного покраснел от собственных мыслей, затем вздохнул и настроился на работу. — Мотор! Начали! — после этих слов воцарилась тишина, нарушаемая лишь дыханием двух парней, стоящих друг напротив друга посреди комнаты. Они стояли среди камер, которые их совсем не смущали, казалось, что эти двое даже не замечают то, что они не одни. Их взгляды были наполнены нежностью, направленную друг на друга, и, которую было невозможно не заметить. Наконец один из них, брюнет сделал шаг по направлению к другому, а потом ещё один и ещё. Когда между ними осталось совсем немного расстояния, блондин отмер и за край кофты притянул к себе парня. Несколько секунд они, замерев, смотрели друг другу в глаза, словно это было единственное, что сейчас их волновало, словно остальной мир перестал для них существовать. Затем брюнет наклонился чуть вперёд и прикоснулся губами к губам блондина. Когда Дилан подходил к нему, Томас чувствовал, что его сердце очень быстро бьётся, от чего подкашивались ноги, а дыхание сбивалось. Он не знал, что делать, когда всё начнётся. Хотя до этого таких моментов никогда не возникало, Сэнгстер всегда знал, что он сможет, если что обыграть любой момент. Но сейчас он был в растерянности, совершенно не представляя, что может быть дальше. Да, у него был сценарий, где было примерно написано как именно должно всё быть, но режиссёр настаивал на то, чтобы парни действовали спонтанно, так, как захочется, тогда сцена выйдет более реальной. И поэтому Томас терялся, его желанием было сбежать куда-нибудь, желательно подальше от съёмочной площадки, где каждый с интересом наблюдал за сценой. Внезапно Том заметил, что Дилан провёл языком по губам, глядя на блондина словно дразнящим взглядом. Он прекрасно знал, что именно это больше всего заводит Сэнгстера, поэтому и решил использовать это, чтобы расслабить парня. — Ненавижу, — одними губами прошептал Томас так, чтобы на камеру это не было видно. По глазам Дилана было видно, что он готов рассмеяться, еле сдерживаясь, но желание поскорее закончить сцену пересилило и актёр снова сделал серьёзное выражение лица, и продолжил медленно двигаться к Томасу. Между ними оставалось всего несколько сантиметров, когда Томас почувствовал острое желание не сбежать отсюда, а поцеловать Дилана. И поскорее, чтобы быстро закончить эту сцену, и продолжить уже наедине. Поэтому Том сделал то, чего не было написано в сценарии: он притянул к себе О'Брайена за край кофты, глядя ему в глаза. Дилан выглядел и сам удивлённым, обычно Томас не был таким уверенным, и брюнет всегда сам проявлял инициативу. Но сейчас ему даже понравилось то, что Сэнгстер решил действовать первым, решительности очень шла ему, и Дилан почувствовал, что банально еще больше хочет такого Томаса. Это было пошло и неожиданно в данной ситуации, но в этот момент О'Брайену было всё равно, поэтому он наконец поцеловал блондина, полностью отдаваясь эмоциям, забыв про сценарий. Томас почувствовал чуть сухие и горячие губы Дилана и от этого по всему телу прошлась волна дрожи. Сначала они только мягко касались друг друга губами, словно это происходит в первый раз и они только пробуют, привыкая к новым ощущениям. Через какое-то время Томас решил углубить поцелуй, заставляя Дилана разомкнуть губы и проникая своим языком внутрь. Это было настолько невероятно, что Тому показалось, что сейчас он просто не выдержит и перейдёт к более решительным действиям, не обращая внимания на остальную съёмочную группу. Потому что сил терпеть дикое желание не было, хотелось продолжить это безумие, которое было в то же время наслаждением. Тем временем Дилан зарылся пальцами в волосы Томаса, даря ему приятные ощущения. Сам же Томас обнял актёра за талию, притягивая к себе ещё ближе. Вскоре Дилан перехватил инициативу: он то посасывал эти невероятные губы, то переплетал свой язык с языком Сэнгстера, от чего у блондина в животе скручивалась тугая спираль, посылающая еще большие волны наслаждения и возбуждения по всему телу. Внезапно Дилан отстранился, но только для того, чтобы переместиться на шею Томаса. О'Брайен провёл языком по ней до уха, чем вызвал тихий стон Сэнгстера. Дилан усмехнулся и хотел продолжить, но внезапно их прервали: — Стоп! Раскрасневшиеся актёры удивлённо обернулись, всем своим видом показывая, что зря им не дали закончить. — Мы уже сняли всё, что хотели, — крикнул им режиссёр, сразу отворачиваясь. Томас и Дилан переглянулись и только заметили, что до сих пор обнимаются, забыв, где они находятся. Парни одновременно отпрянули, начиная поправлять причёску и одежду, не решаясь посмотреть друг другу в глаза. — Это было мощно! Вы справились! Эта сцена станет одной из лучших, — к ним подскочила Тёрнер и начала восхищаться их игрой. Затем к ним подошёл Эльгорт, обнимая за плечи Дилана и Томаса, и говоря: — Чуваки, вы классно сыграли. Я даже в какой-то момент подумал, что вы встречаетесь. Серьёзно, момент идеально исполнен, зрители поверят в вашу игру. Томас покраснел ещё сильнее, понимая, что они с Диланом чуть не забылись, полностью отдавшись своим ощущениям. Они могли раскрыться, если бы их не остановили. Том даже не хотел думать, что было бы дальше, если бы Бун их не остановил. Всё могло зайти слишком далеко. Томас видел, что Дилан нервничает, тот несколько раз провёл рукой по волосам, взлохматив их ещё больше, стараясь не смотреть на Сэнгстера. Том тоже не решался взглянуть на Дилана, во время поцелуя что-то пошло не так, как обычно. Что-то изменилось, из-за чего теперь всё не могло быть как раньше. Казалось, что воздух вокруг дрожит от напряжения, по крайней мере так чувствовал Томас, который не знал, что делать дальше, что говорить режиссёру, который объяснял следующую сцену, и как после всего смотреть на Дилана. — У вас будет ещё один такой поцелуй, который нужно будет сыграть так же, если не лучше. Только теперь он будет между Алексом и Джоном, нужно будет показать всю искренность их чувств, понимаете? — говорил Бун двум парням, которые не сильно слушали, думая о чём-то своём. - Я, конечно, понимаю, что сейчас вы думаете о предыдущей сцене и о том, что вас так не вовремя прервали. Но у вас ещё будет время повторить наедине. Не думаю, что вы хотели, чтобы продолжение вашего, несомненно, горячего поцелуя увидела вся команда, — внезапно тихо сказал режиссёр. Дилан и Томас вздрогнули, затем покраснели и протестующее замахали руками: — Между нами ничего такого нет! Мы и не собирались. Но Бун не дал им договорить: - Да, конечно. Но мы не будем это обсуждать. Это ваша личная жизнь, так что, делайте что хотите. А сейчас давайте наконец обсудим следующую сцену. Следующие несколько дней вся съёмочная команда старательно отыгрывала свои роли. Бун нервничал, фильм должен был получиться хорошим, но впереди был ещё один важный момент: Джон узнает о смерти Марка. Этот момент был сложным в эмоциональном плане, Томас должен был сыграть его просто идеально, чтобы донести до зрителя всю ту боль и растерянность, которую чувствовал главный герой. Том не знал, справиться ли он, поэтому тоже нервничал. Дилан, который всегда поддерживал его, практически не разговаривал с ним. И это было странно. После того поцелуя парни начали избегать друг друга, словно чувствуя, что между ними что-то изменилось, и теперь нельзя просто продолжить ту игру, которую они давно начали. Томас нервничал, Дилан ушёл в себя, а Бун злился из-за того, что два главных актёра думают совсем не о фильме. — Сколько можно уже витать в облаках?! Может, вернетесь уже в съёмочный процесс? Мы тут как бы хотим успеть в сроки, — не выдержав, режиссёр подозвал их двоих к себе, и возмутился по поводу их расслабленности. — Мы исправимся, извини, — ответил за двоих Дилан, который выглядел неожиданно серьёзно. — Очень надеюсь, — кивнул Бун и отправил их готовиться к следующей сцене. — Что с тобой? — внезапно остановил Дилана Томас, решив наконец всё прояснить между ними. О'Брайен внимательно посмотрел на друга, потом тяжело вздохнул, и опустил взгляд: — Мы с Бритт расстались. — Почему? — удивился Сэнгстер, который прекрасно знал, как тепло Дилан относится к своей уже девушке. Точнее уже бывшей девушке. — Мы давно не испытывали ничего, кроме дружеских чувств. Вчера она призналась мне, что встретила очень хорошего парня. Правда, я не знаю, кто он, но думаю, он действительно отличный парень, Бритт не может понравится какой-нибудь придурок, — ответил Дилан, внимательно глядя на Тома. Томас понимал, что еле сдерживается от того, чтобы довольно улыбнуться. Он знал, что эта новость ничего не меняет в его отношениях с Диланом, но всё равно в глубине души надеялся, что это что-то изменит. Сам Томас уже несколько недель не поддерживал никаких отношений, кроме дружеских, с Беллой. Так получилось, что когда-то крепкая пара не выдержала и в итоге чувства прошли. Конечно, Сэнгстер знал, что на это повлияло так же его отношение к Дилану, ведь скрывать свои чувства были довольно сложно. И это не скрылось от Беллы, которая пожелала ему удачи с О'Брайеном и добавила, что спокойна. Девушка волновалась, что Том будет переживать из-за расставания, но новость про то, что между ним и Диланом отношения без обязательств, обрадовала её. Так что, Томас был рад такому хорошему завершению этих отношений. Он даже рассказал об этом Дилану, с интересом наблюдая за реакцией парня. Но тот только поздравил друга с тем, что всё хорошо закончилось и больше ничего не добавил. — О чём задумался? — Томас немного увлёкся воспоминаниями, поэтому практически не слышал, что ему говорит Дилан. - А? Что? — растерянно переспросил он. О'Брайен только рассмеялся и обнял Томаса за плечи: — Говорю, что ты такой сексуальный, когда серьёзный. Сэнгстер покраснел и попытался вырваться из объятий парня. — Ты всегда думаешь только об этом? — поинтересовался он, когда понял, что вырваться не получится. Дилан пожал плечами и беспечно ответил: — Не всегда. Когда сплю, то не думаю, — увидев реакцию Тома, который недоверчиво посмотрел на актёра, он рассмеялся и продолжил. — Да шучу я! Просто когда ты рядом, на меня что-то находит. Томас не успел отреагировать, так как раздался крик режиссёра: — Дилан! Томас! Вы готовы к следующему эпизоду? Актёры разочарованно переглянулись и медленно отправились к Буну, чтобы получить последние пожелания насчёт сцены. Впереди была ещё одна важная сцена — смерть Марка. Зрители должны были за время всего фильма полюбить этого героя, поэтому, чтобы показать весь драматизм ситуации, нужно было идеально всё сыграть. Из-за этого Томас нервничал ещё больше с самого утра. Он перечитывал сценарий, представлял себе всё до мелочей — как он будет выглядеть, как будет говорить, что будет делать. Но актёр знал, что когда включатся камеры, а режиссёр крикнет: «Начали», он забудет о том, что планировал и будет играть так, как чувствует. Но эта подготовка помогала хоть немного расслабиться перед такой сложной сценой. Перед началом Дилан коснулся плеча Томаса и прошептал: — Всё получится, не переживай. Услышав это, Том заметно расслабился. О'Брайен как обычно знал, как поддержать его. Просто сказать, что всё будет хорошо и улыбнуться. По плану герой Томаса — Джон — узнаёт о своём парне через несколько минут после трагедии. Ему звонит какая-то девушка с номера Марка, которую сыграла Тёрнер, и сообщает, что какая-то машина сбила молодого парня. Джон, ещё не до конца осознав ужас, вполне спокойно спрашивает, где это произошло. А после едет на место происшествия. Вот тут и должно было начаться самое сложное. Джон приезжает на это место, видит погибшего Марка и…дальше, по сценарию, Томас должен был действовать по своему усмотрению. Сэнгстер настроился и представил себе, что он — Джон Уолдер, который только что узнал о смерти любимого. Он медленно подходил к собравшейся толпе возле машины, пытаясь высмотреть своего парня. Наконец ему это удаётся. Дилан лежит на асфальте, раскинув руки, словно он просто загорает. Вот только кровоточащие раны на лице, руках и ногах, свидетельствует о том, что произошло нечто ужасное. Томас подходит всё ближе и ближе, пока не оказывается совсем рядом. Он понимает, что это всего лишь игра, Дилан жив и просто прикидывается. Но сердце предательски замирает и Том падает на колени перед «телом». Гримёры постарались: лицо Дилана неестественно бледное, а кровь как будто настоящая. Он лежит не двигаясь, и Томас начинает верить в происходящее. Слишком Дилан бледный, а тело настолько изранено, что невозможно смотреть. Томас кладёт руку ему на грудь, пытаясь ощутить дыхание. Но его нет. В ужасе Том смотрит на О'Брайена и не понимает, что могло произойти. Парень обхватывает лицо Дилана и начинает трясти, затем бьёт по щекам, и, не дождавшись реакции, начинает кричать: — Очнись! Ты не мог умереть! Только не ты! Всё происходит словно в тумане. Слова, мысли и чувства сгустились в один клубок боли. Сэнгстер не совсем понимает, что делает, он знает только одно — нужно что-то сделать, чтобы Дилан очнулся. Где-то далеко он слышит: — Стоп! Томас не обращает внимание, продолжая трясти Дилана, пока тот не открывает глаза и не останавливает друга. — Что случилось? Томми? Ты в порядке? — испуганно шепчет О'Брайен. Томас в шоке смотрит на актёра, только сейчас понимая, что поверил в обычную актёрскую игру. И внезапно ощущает на своих щеках влагу. — Идеально сыграно! Молодцы! Поздравляю! — к ним подбегают разные люди, от ассистентов до актёров, но они оба не обращают внимание на мир вокруг. — Неужели ты поверил? — удивлённо спрашивает Дилан. Том только кивает, понимая, что ситуация слишком абсурдна. — Со мной ничего не случится. Я в порядке, смотри. Я жив, — улыбается Дилан и обнимает Сэнгстера, желая подтвердить свои слова. Томас через силу выдавливает улыбку. А сам думает, что он зашёл слишком далеко. Дилан стал для него слишком близким, и кажется, что этого уже не изменить.***
Фильм вышел через несколько месяцев. Много сил и упорства было вложено не зря — зрители остались довольны. Фанаты Дилмаса были в большем восторге, чем остальные. Они видели во всех сценах намёки на любовь между Диланом и Томасом, по секундно разбивая фильм. Они разбирали взгляды, жесты, слова, объясняя иногда так нелепо, что Дилан с Томасом, которым в последнее время нравилось просматривать некоторые группы в социальных сетях, только смеялись. Ребята было довольны своим участием в этом проекте, они научились многому новому, и познакомились с новыми людьми. После съёмок, премьеры, всех конференций каст «Двух измерений» продолжил общение. Хоть это и было немного проблематично из-за нагружённого графика каждого, они всё равно старались созваниваться, а иногда и встречаться. В один из вечеров, когда после премьеры прошло несколько недель, Дилан и Томас решили увидеться. Парни договорились провести время в доме Тома, чтобы спокойно пообщаться. У каждого накопилось много новостей, которые хотелось кому-то рассказать. — Делись давай, что нового? — спросил Дилан, когда они поужинали и устроились на диване в гостиной. Томас задумался, новостей было достаточно много, выбрать что-то самое главное было проблематично. Его пригласили участвовать в несколько новых проектов, сняться в каком-то клипе, и поучаствовать в очередном показе мод. - Ну, если покороче, то я сейчас думаю над несколькими проектами. А ты? — Я тоже. И как, интересные хоть? — ответил О'Брайен с интересом слушая друга. Какое-то время они обсуждали свои будущие планы, а потом начали вспоминать их совместные фильмы. Сначала они поговорили о «Бегущем», вспомнив все весёлые моменты со съёмок, а потом переместились на «Два измерения». — Это было классно. Я до сих пор не могу поверить, что всё закончилось. Этот фильм остался у меня в сердце, так как я полюбил эту историю, — делился своими впечатлениями Дилан. — Ты такой романтик, — рассмеялся Томас, который тоже чувствовал что-то подобное к фильму, но не хотел признаваться, так как эта любовь была из-за Дилана. Внезапно О'Брайен перестал улыбаться и серьёзно посмотрел на Томаса: — А ты знаешь, почему этот фильм так важен для меня? Том немного нервно посмотрел на Дилана. Вопрос смутил его, а также заставил в надежде сердце забиться быстрее. - Нет, — тихо ответил Томас. — Ты знал, что нравишься мне? — внезапно спросил Дилан. Томас усмехнулся, стараясь скрыть ею своё истинное состояние: — Догадывался. — Я серьёзно! — воскликнул Дилан. Том пожал плечами: — И я тоже. О'Брайен вздохнул и продолжил: — Ты мне нравишься, Томас, — Сэнгстер вздрогнул. Дилан редко так называл его, только когда момент был действительно важным. — Давно уже. Сначала я не понимал, что происходит, считая, что просто банально хочу тебя. Когда я предложил тебе отношения без обязательств, то действительно думал, что причина только в этом. Но фильм изменил моё мнение, особенно после поцелуя. Тогда я точно понял, что всё очень далеко зашло. И расстался с Бритт, потому что не хотел ей лгать. Вот как-то так. Томас с неверием смотрел на друга. Он даже толком не мог ничего сказать. Единственное, на что его хватило, было: — Почему ты сказал это только сейчас? — Мне банально казалось, что это не взаимно. Ты так спокойно отреагировал на мою новость о Бритт, что я решил, что тебе всё равно. Ну, или ты отреагировал как обычный друг, который поддерживает меня во всём. Томас закатил глаза, а потом рассмеялся: — Это надо было столько молчать. Я ведь тоже не говорил тебе того, что ты мне нравишься. А мог сказать, тогда мы бы не потеряли столько времени, думая, что мы просто друзья, которые иногда развлекаются друг с другом. О'Брайен улыбнулся, словно не веря происходящему, а потом сделал неожиданное: крепко обнял Томаса. — Не хочу отпускать. Ты же не против? Том покачал головой, в ответ обняв парня, чувствуя тепло, разливающееся по всему телу. Несколько минут они просто наслаждались объятиями, а затем посмотрели друг на друга, улыбнулись, и потянулись один к другому. Чем-то это напоминали Томасу тот «недопоцелуй», который так обрадовал фанатов. Казалось, что это было в прошлой жизни, настолько всё было давно. И сколько всего изменилось за это время. Тогда между ними завязывалась дружба и они просто шутили, когда решили сыграть в «Курицу». Парни даже и не думали, что именно с этого момента всё и завертится. И приведёт к этим событиям. Когда парни коснулись друг друга губами, то каждый почувствовал необъяснимую радость, как будто ничего лучше быть не может. Этот поцелуй не был похож на те, которые были раньше, он был каким-то другим. Более нежным, более спокойным и менее страстным. Но очень желанным и чувственным. Они целовались, словно в первый раз и для каждого это мгновение было незабываемое. Поцелуй был нежным, словно каждый из них боялся испортить момент. — Ещё раз убеждаюсь, что ты классно целуешься, — через какое-то время отстранился Дилан и произнёс с довольный улыбкой. Томас только рассмеялся, чувствуя как с этим смехом уходят все переживания и волнения. — Я рад, что наконец мы всё обсудили, — сказал он, глядя на О'Брайена. Дилан кивнул и снова обнял Томаса. Они оба были счастливы в этот момент. И каждый мысленно благодарил фильм «Два измерения», который помог им осознать свои настоящие чувства и наконец понять, кто они друг другу, и кем будут дальше.
