А я оставляю себе
Право на страшные сны,
Право гореть от весны
И к небу идти по золе.
Если ты сможешь, возьми,
Если боишься, убей,
Всё, что я взял от любви,
Право на то, что больней.
Агата Кристи — Сны
Веки Сигюн изредка подрагивали. Она безмятежно спала на небольшом диванчике, прижав ноги к груди, отчего её полупрозрачное платье едва прикрывало бедра. Светлые волосы растрепались и в некоторых местах даже немного завились от неимоверной жары. Моя девочка. Солнце опускалось за горизонт, но летний зной все еще давал о себе знать. Золотой город будто плавился под лучами беспощадно палящего солнца. В воздухе чувствовался привкус меда, пряностей и каких-то ягод. Вошедший на балкон мужчина никак не вписывался в эту картину всеобщего спокойствия и благоденствия. Он был одет в черное, что еще больше подчеркивало его худобу и нездорово бледную кожу, а темные круги под глазами подтверждали, что паршиво он не только выглядит. Из затянутых в узел волос выбилось несколько прядок, что делало его образ не таким строгим, каким он, наверное, хотел. В его одеянии было трудно ходить в такую жару, но трикстер не подавал никаких признаков дискомфорта. Несколько секунд Локи неподвижно стоял, рассматривая спящую, потом беззвучно подошел. Стараясь не разбудить девушку, опустился на колени перед диванчиком. Стало еще жарче, дыхание участилось. Он прикрыл глаза, вдохнул запах, исходящий от Сигюн, и довольно улыбнулся. В какой-то момент вдруг показалось, что еще вот-вот и он протянет руку, дотронется до нее, но этого не произошло, нет. Локи открыл глаза, облегченно выдохнул и... опустил подбородок на диван рядом с маленькой ладонью Сигюн. Только потом он осторожно нащупал её бедро и расправил платье, отчего девушка зашевелилась во сне. От этого он резко встал и бесшумно отошел от дивана на несколько шагов. — Локи? — сонным голосом спросила Сигюн, заспанными глазами пытаясь разглядеть своего посетителя. — Это я, — сухо ответил трикстер. На его сосредоточенном лице ни дрогнул ни один мускул. — Ты что-то хотел? Извини, я уснула. — Ничего. Я просто гулял, — из-за такой резкости улыбка сразу сползла с личика Сигюн, а Локи, развернувшись, вышел.