Жизнь непредсказуема

Уже четыре дня я ксерокопирую лекции с чужих тетрадей. Жалко все свои рукописные труды. Нужно продолжать учить материал. На протяжении всех четырёх дней не видно Кристины и Эрика. Вечерами я сижу с Питером и Тобиасом в парке. Питер иногда упоминает Эрика, говорит, что он, как начальник стал хуже, не контролирует эмоции. Вызывает на ковёр каждого сотрудника за провинность. — Представляете, этот засранец заставил меня все архивные рукописные отчёты перевести в электронный формат, — кричит и много жестикулирует Питер. — Уже второй день на работе я обедаю за рабочим столом. Ни покурить, ни отлить без его разрешения. Видимо безответная любовь разрушает здоровяка, ломает. Я тоже подлила масло в огонь. Ляпнула ни с того, ни с сего какой-то бред. Но я не ожидала такой неадекватной реакции со стороны Эрика. Я до сих пор помню его слова о том, что я дерьмовая подруга. Как бы это не было печально, но индюк оказался в очередной раз прав. Нужно Кристине хоть сообщение послать. Но она тоже хороша, я с ней не связываюсь и она тоже. — Эй, ты с нами вообще? — Тобиас сел ближе и положил руку мне на колено. — Да, просто немного устала, учебный день был трудный, — закивала я. — Много контрольных и практик. Ребята решили, что нам всем пора отдыхать и мы пошли по домам. Только Тобиас в этот раз решил меня проводить. Обычно мы расходится и никто никого не провожает. — Что происходит с тобой и с Кристиной? Вы поссорились? — начал разговор он возле моей входной двери. — Все в порядке, мы по прежнему подруги, — я стараюсь улыбаться. — Она нашла свою… половинку…, а я просто переживаю. — Она не берёт трубки ни от меня, ни от Питера, — Тобиас сел на ступени. — Здесь явно что-то не так. — Да хватит тебе, — я игриво толкнула его в плечо коленом. — Кристина наконец счастлива, ей не до нас. У них же конфетно-букетный период. Тобиас улыбнулся, мы распрощались и разошлись. Не успела я зайти домой, как под окнами остановилась машина с громко играющей музыкой [1]. Стёкла заметно дрожали. Второй этаж не так уж высоко. В нашем районе обычно спокойно и тихо, поэтому я решила посмотреть, кто там так веселится и не верю своим глазам. Чёрный пикап. Первое, что приходит мне в голову это предстоящая встреча с Кристиной. Мне почему-то кажется, что они приехали вдвоём. Я открыла дверь и жду, пока они поднимутся. Картина меня не радует: передо мной возник Эрик, улыбающийся, в одной руке у него бутылка коньяка, а в другой моя сумка. — Ты идиот! Да ты в стельку! — ругаюсь я на него. — Как вообще в твою голову пришла мысль сесть за руль?! Он ничего не отвечает, улыбается, как самый настоящий идиот. Эрик допил остатки алкоголя, бросил бутылку на лестницу и та звонко разлетелась на осколки. Отлично, просто замечательно! Он ввалился ко мне в квартиру по хозяйки, не снял обувь, бросил сумку на тумбу, но не попал, а сам завалился в кресло. — Вызвать тебе такси? — я выглядываю из-за угла, подойти боюсь. С третье попытки он смог произнести «домой я не поеду, там Кристина» и посмотрел на меня исподлобья. — Не смей меня отчитывать, а иначе получишь… — он тяжело вздохнул, будто устал. — По заднице. — Что мне с тобой делать? — я присела перед Эриком. — Можно я переночую тут? — кое-как выговорил он. Я, конечно не против, но кровать у меня одна. Выгнать его я тоже не могу в таком состоянии, а иначе дел наделает. Как он умудрился не разбиться на машине? Думаю, идея положить его рядом со мной вреда не принесёт. И почему ко мне? У него что нет других друзей, нет денег на гостиницу? — Так, ладно, встаем, — сказала я, как хозяйка дома. Я проводила его до кровати и он начал раздеваться. Очень смешно смотреть на то, как здоровяк снимает ботинки. Он снял майку и лёг под одеяло. Ну, ничего, возьму плед из шкафа. Я легла на другой край и около получаса Эрик сопел, как старинный паровоз, а потом резко перестал. Умер, что ли? Я наклонилась к нему, чтобы распознать хоть какие-то признаки жизни. Он очень ровно дышал и настолько тихо, что я услышала биение сердца здоровяка. Уличный фонарь освещает его тело и это заворожило, руки так и тянулись к грудным мышцам Эрика, но меня напугал звонок его мобильного [2]. Он настолько громкий, что, говорю без сарказма, мертвого поднимет без труда. Телефон в кармане его штанов и мне до него не добраться. Мобильный Эрика уже разрывает от звонков на протяжении минут тридцати, а сам он даже не пошевелился. Я уже с ума схожу от этой песни и поэтому нужно самой выключить на нем звук. Боже, я лазаю по чужим карманам. Достать телефон не составило труда, Эрик даже не заметил. Любопытство взяло верх и я посмотрела пропущенные вызовы: двадцать пропущенных от Кристины. Нельзя же быть такой навязчивой! Неудивительно, что он сбежал от нее, вот только не вижу в его поступке логики. Это все-таки его дом, не проще было выгнать Кристину, чем самому уходить? Они прям друг друга стоят: она ведет себя, как ребенок и он не лучше. Убежал из дома.

***

Восемь утра, суббота, рядом спит здоровяк и, думаю, сейчас нет смысла его будить. Но очень интересно, что происходит. Я приготовила завтрак. Хотя, не думаю, что этому здоровяку хватит пары тостов с беконом и чашки кофе. И вообще, у меня тут не санаторий с трехразовым питанием. — На будущее: я кофе не пью. Даже запаха не выношу, — раздался хриплый голос Эрика из комнаты. — А я здесь чувствую эту вонь. — Зеленый чай подойдет? — прокричала я в ответ. Он лишь гукнул и зашел на кухню. Все так же без майки, один носок на левой ноге, лицо помято не меньше, чем штаны, а про прическу и говорить нечего. Но выглядит все это довольно мило. — А где же мамины нравоучения? — все так же хрипло продолжил Эрик. — Тут медицина и мамы бессильны, — вздохнула я. — Мало того, что ты пьяный в стельку сел за руль, так ты сбежал из собственного дома от Кристины, когда логичней было выгнать ее. — Ты уверена, что хорошо знаешь свою подругу? — сказал он и откинулся на спинку стула. Я не стала ничего утверждать, поэтому просто пожала плечами и подала тарелку с тостами индюку. — Мне кажется она пытается меня вывести из себя, а не я ее, — Эрик разглядывает чашку с чаем. — Кристина отказалась уходить из моего дома, если я не расскажу ей, почему часто не поднимаю трубку, когда она звонит. Трис, она твоя подруга, объясни мне, что у нее в голове? — Тут тоже медицина бессильна, — ответила я. — Кстати, как эксперимент? — Удался, — ответил он и немного отпил чая. — Она променяла вас на деньги. Всего две тысячи баксов и она закинула ваши номера в черный список своего мобильного. Я слушаю Эрика не верю в то, что он говорит. — Ты еще не протрезвел? — сощурилась я и тихо спросила. — Или может героином балуешься? — Поверь мне, твоя Кристина шкура продажная. Вот и все, — Эрик это произнес будто с презрением, с ненавистью, со всей злобой, что в нем есть. — Не удивлюсь, если она и спит со мной исключительно ради денег. Хотя, каждый раз странные совпадения: если ресторан, кино, развлечения — то она соглашается на секс, если просто прогулка или попытка с ней поговорить — то у нее тысяча причин пойти домой. Кстати, говорить с ней не о чем, ее темы ограничиваются магазинами, барами, шмотками и сериалами. Как ты ее терпишь? — И тебе не жалко ни времени, ни денег? — расстроено ответила я. — Ты больной на всю голову… — Это я больной? — здоровяк ткнул себя пальцем в грудь. — Я больной? На бабах можно только опыты ставить и только! — Да? А кто говорил о какой-то загадочной женщине, занявшей мысли? — повысила я тон. — Не твои слова? И где она? Что, Казанова, там твои приемы не прокатывают? Купи ее, чего ты сразу сдаешься? Вдруг получится! — Ты ничего не перепутала? — Эрик вскочил со стула и уперся кулаками в стол. — Ты уже лезешь не в свое дело, поняла? — Вот опять! — все так же я продолжаю кричать. — То ты убитый каким-то горем, то вспыхиваешь от одной фразы! Не замечаешь за собой? Не удивительно, что твои чувства не взаимны! Эрик расслабился и посмотрел на свои ладони, после чего одобрительно кивнул и сел допивать чай. Спрашивать его о том, что с ним происходит сейчас нет никакого смысла. Какой бы здоровяк не был суровый, брутальный или гордый, но ему нужно разобраться самому в себе. Случайные связи, Кристина и какая-то таинственная возлюбленная его совсем запутали. При нашей первой встрече он не был таким. Эрик был уверен в себе, горд собой, своим положением в обществе и своей работой. Сейчас же передо мной обычный среднестатистический парень, который скрывает свои истинные чувства и намерения под маской злобы. Мы уже пол часа сидим за столом и тянем застывший чай под звук юмористической телепередачи, доносящийся из угла кухни. Мы просто смотрим друг на друга и иногда улыбаемся, если шутка телевизионного комика была удачной. Это странно, но рядом с ним спокойно и легко. Из него получится самый лучший и надежный друг. Эрик оделся, мы попрощались, я проводила его до двери и он ушел, забрав с собой мой покой.