Невозможная девчонка

      Сколько времени мы вместе? Да и можно ли считать время, когда речь заходит о тебе? Мы есть здесь и сейчас, а наши отголоски можно заметить в далеком прошлом и в самом конце вселенной. Ты появился в моей жизни так внезапно, что я еле успела все осознать. Сколько же жизней еще ты резко изменил одним своим появлением? Сколько предшественниц было до меня? Сколько они потеряли ради одной только возможности быть с тобой?       Я застала тебя другим, не таким, какой ты сейчас. На твоем лице не было морщин, твои волосы не были тронуты сединой, ты был молод. Сейчас ты выглядишь так, словно годишься мне в отцы, если бы я была поздним ребенком. Однако кое что не изменилось совершенно – твои глаза. Я вижу всю боль, которую ты пронес через года, я вижу все переживания, я вижу отголоски былых лет, событий, которые мало кто помнит.       Мне нравится, когда ты на меня смотришь. О чем ты думаешь в этот момент? Твои глаза, взирающие на меня, никогда не откроют мне истину твоих чувств. Говорят, глаза - зеркала души, твои же бесконечность, таинственная и безграничная вселенная секретов. И мне нравится окунаться в твой взгляд, тонуть и растворяться в нем. Я знаю, до меня у тебя было много спутниц. Я знаю, что ни одну из них ты не подпускал к себе ближе, чем того допускали понятия дружбы. И я принимала это, до той самой поры, когда лишилась своего Денни.       Любила ли я его так, как любила тебя? Нет. Любовь к тебе совершенно иная, дикая, абсурдная. Ты показал мне свой мир, да и другие миры тоже, и я понимаю, что нам не суждено быть вместе. Когда ты был молод, я полюбила тебя. Ты был старше, намного старше, в моих мыслях до сих пор не укладывается твой возраст, однако глаза обманывали меня. Я видела перед собой молодого, энергичного человека, отчаянно стремящегося спасти вселенную. И я следовала за тобой, воодушевленная. С каким восхищением я смотрела на тебя тогда? Замечал ли ты мои взгляды?       А потом ты постарел. Постарело твое тело, ты приобрел новый облик. Это было настолько непривычно для моего человеческого сознания, что мне пришлось отринуть все те нежные мысли о тебе, прогнать их из моей головы. Я не понимала, кто ты – все тот же Доктор, которого я знала, или уже совсем другой человек? Пока я пыталась это понять появился он, мой Денни. Мой Денни Пинк, парень с такой глупой, но милой фамилией. Я старалась, как могла, полюбить его хотя бы вполовину так же, как тебя, но моя любовь к нему была иной. Может быть, узнай ты это, то счел бы меня лицемеркой, но послушай, все не так. Я любила Денни, любила нежно, я мечтала о жизни с ним, однако сердцу не прикажешь. Каждую ночь я смотрела на звездное небо и ждала заветного звука твоей Тардис. Я жаждала приключений, я жаждала тебя. Я знаю, так не могло продолжаться долго. И знаешь что? Я бы выбрала Денни. Несмотря на всю мою любовь к тебе, несмотря на бушующие во мне чувства, я понимала, что с тобой мне не быть никогда.       А потом, когда я определилась, мой милый Денни погиб. Тоскую ли я по нему сейчас? Невероятно. Эта боль сжигает меня изнутри, заставляя винить себя и весь мир за участь, которая ему выпала. Но время, оно лечит, мой Повелитель Времени. И вот мы уже вновь в Тардис, вновь спасаем вселенную. И снова вместе. Вдвоем, только ты и я. Ты, поседевший, изменившийся в лице, но несомненно мой дорогой, мой горячо любимый Доктор. И я, невозможная девчонка, столь же умна, сколь и глупа.       Но в этот раз я позволю себе быть глупой, я позволю себе быть настойчивой. В этот, скорее всего, единственный раз, я предоставлю себе эту слабость тягостного влечения. Ты стоишь у пульта управления Тардис, ко мне спиной. Ты расслаблен. Твои руки ловко выполняют заданную работу, ты точно знаешь что делаешь, в отличии от меня. Мне одновременно стыдно, неловко, я боюсь все испортить. Я не знаю, как лучше подступиться, но ты решаешь все за меня. Наверное, у тебя был тяжелый день. Я не могу найти причину, по которой ты не выгнал меня в тот же миг за дверь, не оставил в Лондоне и не исчез из моей жизни раз и навсегда. Ты повернулся ко мне, и я, не теряя ни секунды, сократила расстояние между нами до безобразия интимного, совсем не дружеского.       Твои губы были теплыми, манящими, и я не стала дожидаться, когда ты опомнишься. Поцелуй вышел сухим и сумбурным, но я не хотела останавливаться. Не могла позволить своему безумному желанию погаснуть под напором смущения и страха. Потому что жаждала твоего ответа так отчаянно, что едва могла дышать. Я целовала тебя со всей той страстью, которая так долго копилась во мне и наконец вырвалась безудержной волной чувств, накрывшей нас с головой. Я не знала, как ты поступишь, но ожидала, что ты сразу меня оттолкнешь. И я была отчасти права, ты пытался, но я, уцепившись за твои плечи, так не хотела отступать, что ты сдался практически без боя. Быть может, тебе тоже это было нужно. Хотя бы один раз, хотя бы одну ночь. То, что будет дальше, мы сможем определить потом. В этот миг для нас весь мир остановился, были только ты и я.       Боясь, что ты отступишь, я порывисто стала расстегивать пуговицы на твоей жилетке. Ты не сопротивлялся. Лишь стоял, и смотрел на меня. Я боялась взглянуть тебе в глаза, но когда осмелилась, не обнаружила в них укора. Задумчивость, смешанная с желанием – вот что я увидела. Это смело последние частички самообладания и здравого смысла. И вслед за жилеткой полетела и рубашка. Да, наверное, я сошла с ума, но меня совершенно не заботило, как выглядит твое тело. Оно притягивало меня и будучи молодым, и сейчас. Я раздела тебя быстро, импульсивно, тебе словно нравилось это, однако со мной ты был куда менее торопливым. Медленно оголяя мою кожу и покрывая открывшиеся места поцелуями, ты стянул с моих плеч платье. Оно упало на землю и было бесцеремонно откинуто в сторону ногой. Каждое твое прикосновение было изучающим, ты словно пробовал меня на вкус, но теперь я не сомневалась - ты жаждешь того же, чего и я. И мне нравилось слушать твое тяжелое дыхание, ощущать твои пальцы на моей коже.       Ты подхватил меня на руки и посадил на панель управления. Ты был нежен, несомненно, каким же еще мог быть защитник Вселенной? Движения были плавными, неспешными, ты смотрел на меня, тебе нравилось видеть, как я закрываю глаза от удовольствия и прикусываю губу. Растягивая сладостные моменты, доводя до исступления, ты, верно, хотел свести меня с ума. Я желала что бы ты закончил страстную пытку, и дал моему телу желанное удовольствие, в равной степени, сколь и жаждала что бы ты не останавливался, мечтая раствориться друг в друге. Но в какой-то момент твои движения стали резкими, жесткими, в глазах у меня потемнело и я закричала от нахлынувших чувств. Еще пара движений, и волна удовольствия захватила и тебя.       Было ли это правильно, мой дорогой Доктор? Наверное, это покажет время. После этого инцидента ты появился лишь через две недели, и вел себя так, будто ничего не произошло. А я все еще помню жар и близость твоего тела, твое прерывистое дыхание, словно это было вчера. Оставит ли произошедшее след, или исчезнет в бесконечности времени? Повторится ли это? Я не знаю. Но помни Доктор, в каких бы уголках Вселенной ты бы ни был, чтобы ты не совершал, где-то далеко тебя любит и ждет Клара Освальд, твоя Невозможная девчонка.