Маска и цветы

- Нэджи … - Что? – произносит глава АНБУ, поднося чай к губам. - Я беременна! – на одном дыхании произнесла куноичи. Хьюга чуть не опрокинул на себя чай, зато глоток выпитой горячей жидкости попал в не то горло и он закашлялся. Куноичи же стояла в дверях кабинета, глаза ее горели тусклым огнем, а решительность, с которой она вошла, таяла. Сильно скрестив руки, плотно сжав губы, она смотрела на своего лучшего друга. - Как? – ошарашено произнес тот. - Как, по-твоему, это случается? – с сарказмом выпалила она. Хьюга встал, обошел стол, взял ее за руки, и они сели на его потрепанный диван. Все это время она кусала губы, а он шарил глазами, пытаясь понять ситуацию. Он поднял взгляд на ее лицо, а она поникла. Голос ее потерял силу, а в глазах была видна вся безысходность от сложившихся обстоятельств. Набрав в грудь воздуха, она тихо спрашивает, умоляя взглядом найти ответ: - Что мне делать? Нэджи, для начала вздохнув, перевел дух. Он не знал с чего начать. - Так. Для начала … ты хочешь … этого ребенка? Она переводила взгляд с одного глаза Нэджи на другой, осмысливая: - Я… - снова взгляд, растерянность, вздох … - Я не знаю. Нэджи выпрямился, он оценивающе приглянулся к ней, меж бровей залегла складка. - Тебе решать. Сакура, я знаю тебя, ты не лишишь человека жизни без причины. Это твой ребенок. - Значит ребенок … - она закрыла глаза, недоговорив реплику. - Саске? – догадываясь, произнес Хьюга. Она подняла лицо и потупила взгляд - это подтверждение. В ее глазах стояли слезы. - Да, - прошептала она, закрывая лицо руками. - Он … - начал было Нэджи. - Я не хочу, чтобы он был со мной из-за ребенка! – решительно переводя взгляд, произнесла она. - Сакура … - взгляд, мысли … - ты не можешь лишить ребенка отца, - с расстановкой ответил Нэджи. Казалось, он представил, как это делает Тен. Сакура встала, пару раз измерив комнату шагами и упираясь то в эту стену, то в ту, она села и снова закрыла лицо руками. Прошло несколько молчаливых минут. Она выпрямилась, вздохнула, чтобы облегчить душу и снова задала вопрос. - Что мне делать? Нэджи не находил слов. Выходы из ситуаций, которые видел он, не подходили Сакуре. Хьюга приобнял ее и, целуя в макушку плачущую девушку, чуть ободряюще произнес: - Мы справимся, мы найдем выход.

***

- Что за манера швырять отчеты мне на стол! – вскрикнул Хокаге. - Наруто, у меня от тебя голова болит! - Саске – бака! - Тебе необходимо принять решение, - хмурясь, продолжил Учиха. - Хм, - Наруто обидчиво надул губы и нахмурил брови. - Хм, - так же вздохнул Саске. - Хм, - повторил Наруто, потихоньку сползая с кресла. - Это, была плохая идея, - возводя глаза к небесам, точнее к потолку, в сотый раз повторил сам себе брюнет. - Хм, - нервировал своего помощника Узумаки. - Наруто, прекрати! – взревел Учиха. - Ха! – весело улыбнувшись, встал Седьмой. - Саске-теме! Ты проиграл! Вот доделаешь отчет … - глаза Учихи чуть округлились, а бровь, притом, правая, задергалась. - А я пойду к Нэджи! Он уже пятнадцать минут как здесь быть должен, - обходя Учиху стороной, Наруто двинулся к двери своего кабинета. – Вот там мы и решим, кого Какаши-сенсею отправить … - Узумаки!!! Седьмой резко захлопнул дверь своего кабинета, почуяв гнев разъяренного Саске: не зря целый день доводил его.

***

      Наруто бодро шел в кабинет Главы АНБУ. Почти все коридоры здания были пусты: все ниндзя и работники на специальных собраниях, и даже секретарь Нэджи. Хокаге от этого стало не по себе. Но сидеть днями напролет по уши в бумагах - это не для него. Дверь кабинета была открыта, почему ее не закрыли было не ясно. Но голоса Седьмой услышал, не входя, и остался незамеченным. Сам того не желая, он улавливал все слова, он бы вошел, но по словам понял, что разговор приватный. Глаза Наруто расширились, он даже раскрыл рот, в голове пролетали реплики разговаривающих. Он остался стоять у входа, у стола отсутствующего секретаря. - Сакура, ты не можешь оставить ребенка без отца! - Что мне делать? «У Сакуры-чан есть ребенок?» - затем Наруто услышал плачь, а после пронизанные искренностью слова Нэджи: - Мы справимся, мы найдем выход. Наруто не мог пошевелиться, он был ошеломлен так же, как и Нэджи. - Я не могу остаться здесь, - заикаясь и плача произнесла Сакура. - Сакура … Сакура … ты не скажешь ему? … Саске должен знать! Удивлению и ошеломлению Наруто не было предела. Он еле двигаясь, крадучись, удалился из резиденции АНБУ. Веселья как не бывало.

***

Конец первого месяца лета. Солнечно. У Пятой долгожданный отпуск. - За этот год произошло так много всего. Вчера в сопровождении двух ниндзя Цунаде-сама временно переехала в курортную зону Конохи. Наплыв туристов был как всегда велик. Хочешь побывать на горячих источниках? Предпочитаешь горную, прохладную воду? Или просто позагорать и искупаться в море. Отели, кафе, рестораны, развлекательные дома, лавки с сувенирами, а вечером все это освещается разными цветами, и на душе становиться еще веселей. Улыбку вызвало у Цунаде недавно спроектированные и построенные карусели. Радость детей и молодых парочек… Сама она решила прокатиться как-нибудь после закрытия. Уверенная, что Хокаге, давшей разрешение на строительство, опробовать сии аппараты дадут точно. Может и выглядит молоденькой, но все же годы берут свое, если с ней была бы Юми, то прямая дорога. Хотя, почему после? Увидев эти развлекательные построения, подумав о Юми, она напомнила себе, что отдыхать приехала. И сейчас с довольной легкой улыбкой, устало потянувшись, она возлежала в гамаке. Слава богу, тень падала от деревьев, державших гамак. Слишком жарко - так оценила погоду Цунаде, принимая от чунина стакан сока с причудливым зонтиком. Эти двое успевали и повеселиться, и обслужить Хокаге-сама. У неё претензий нет. И все же ее посетили мысли о том, что происходит, произошло или произойдет. - Наруто достиг своих целей. Пост Хокаге, свадьба с Хинатой, возвращение Саске. Цунаде припомнила тот момент, когда впервые увидела это рвение мальчика к мечте. Вспоминаются и Дан и Н…, может, и они смогли бы. Ее улыбка, плавно переплыла в ухмылку, построенной цепочки. Наруто, Какаши, Минато, Джирая, Сарутоби-сенсей, Второй и Первый. Она отметила то, что Джирая должен был быть Хокаге. Но воспоминания о нем, его слова утверждали обратное. - Ну, ничего не поделаешь, время не вернешь, и меня радует, что я оказалась в этом кругу, Джирая … Наруто … спасибо вам. - Цунаде-сама все в порядке? - Да!? - Хокаге-сама! Вода хорошая, пойдите искупайтесь! – кричал второй, высунувшись из воды. - Чуть позже, - улыбнулась она. У неё есть семья, где она бабушка. Шизуне … Я рада, что, несмотря на мою тень, она смогла обустроить свою жизнь. Хатаке, кто бы подумал? Черт, до последнего думала, что это Ямато. Шизуне краснела, рассказывая, что отец ребенка Какаши, как это произошло и все такое. Слушая, глаза Цунаде-сама все увеличивались, брови поднимались верх, лицо краснело, последняя капля и выкрик: «Хатаке ко мне! Немедленно!» По мне за ним можно было не идти с вызовом от Хокаге, потому что ее было слышно за километры от Конохи. Прибывший Хатаке ожидал наказания, а от разъяренной женщины иногда прятался за Шизуне. Требование Цунаде-сама выполнил с рвением, то есть женился. Его все устраивало, но когда речь зашла о его переезде, он проявил намерение жить там, где жил, но с Шизуне. Вы можете представить Хатаке Какаши с книжонкой в доме Хокаге, лежащего на диване? Ну, так вот и его волю выполнили, но он все же переехал в новую квартиру. Обустроились хорошо, но Шизуне поначалу беспокоилась за Хокаге. Цунаде привыкла жить с Шизуне, которая о ней заботилась, сможет ли она теперь жить одна? Через неделю Цунаде-сама слегла с отравлением. И семейство Хатаке переехало в дом Хокаге-сама. Цунаде допила сок и сейчас крутила этот крохотный розовый зонт. Сакура. За нее у Цунаде болела душа. Девчонка не сломалась, а выстояла от ее тренировок. А сейчас в чем-то и превзошла. Сенсей видит, как мучается и мается Харуно. Что она может поделать? Но Учиха ведь вернулся, чего теперь ожидать? Об этом можно только гадать. Она повернулась в гамаке, и уронила маленький зонт на пляжный песок.

***

      Как бы ни старался Нэджи, Харуно его не слушала. В итоге он предложил проводить ее. Поначалу они шли молча, затем Сакура стала вслух строить планы на будущее. Нэджи сразу прознал, что укрывается за этими словами. Он бы сказал «не корми себя ложью!», но этим он сделает ей еще больнее. Они направлялись по южной дороге от Конохи до храма, а потом Сакура пойдет одна. Она ни с кем не стала прощаться, никому, кроме Нэджи, и слова не сказала. Просто собрала первое необходимое и вышла, она даже не оглянулась ни разу. Нэджи шел чуть позади и смотрел на нее. - Справится ли она? Может остановить ее силой? Что он мог сделать? Только идти за ней, прощаться. Весь путь до храма прошел в молчании, изредка Сакура что-то произносила, будто уговаривала. В таком же молчании они сели на деревянные ступеньки маленького храма. Входить в сам храм никто не стал, просто сидели рядом и молчали. Сакура с влажными глазами, которые время от времени бегали, пытаясь найти другой выход кроме того, на какой решились. Нэджи же был сильнее, он более стойкий. Жизнь преподала им много испытаний, научила не сдаваться. Каждый ушел в свой мысли, каждый не хотел оставлять друга. Жизнь шиноби сложна, но и жизнь каждого человека тоже не легче. Выбирать и искать всегда трудно. Выход есть всегда, но выход сложный. Надо будет переступить через что-то. Через свои чувства или через чувства другого человека. Это сложно, достижимо и больно. Сакура редко когда казалась хрупкой. Но сейчас она такая. Беспомощная, способная на слезы. Нэджи чуть растерян, но он человек скрытный, с детских лет рано повзрослевший, познавший горечь и испытания. У него очень сложный характер и понимание мира. Он все хранит в себе, Сакуре и то доверился не сразу. Да и к тому же она единственная, кому, кроме Тентен, он открыл свое сердце. И не ошибся: ему попался понимающий человек. Теперь его очередь понять и помочь. - Я пойду, - произнесла Сакура, как будто уходила на время. Глаза ее стали непроницаемые. Маска, что и сказать? Как Нэджи не любит, когда она так поступает, но эта маска ее опора, и он снова молчит. - Куда ты пойдешь? - До ближайшей деревни день пути, я остановлюсь там. А потом … - А потом? - Не знаю, - обреченность в голосе. Нэджи напрягался с каждым ее словом. Прошло еще несколько минут, а они все также сидели и молчали. Она не решилась или он не пускал? Продолжение следует … В следующей главе: Девушка из кондитерской. Раздумья – разговор. С ним все будет хорошо. Что мне делать? (продолжение).