Враг мой

      Оскорбленный в лучших чувствах Корво, с гордо поднятой головой и самоуверенностью проросшей на почве банального огорчения, недалеко успел отойти, прежде чем расслышал тревожное: «Стой!».       Самолюбие, конечно, немного пострадало, когда оказалось, что звали не его, но уступило место тревоге, когда он не обнаружил Гаррета, ни позади себя, ни на прежнем месте.       Да, вор отыскался тут же — за углом, напротив огромных стальных ворот, спокойно треплющемся с одним из Хаммеритов. Рядом у стены остывало тело второго, но, похоже, никому особо не мешало, и Корво решил побыть с ним солидарным и так же не вмешиваться. Тем более, до него только что дошло, что все последнее время они с вором нахально тынялись под стенами очередного хаммеритского форта. Это воровская бесшабашность такая или он тоже не знал где бродит?       Оставаясь незамеченным и невостребованным, Аттано подпер каменную стену спиной и, сложив руки на груди, принялся ждать. Это действительно заняло некоторое время, а когда вор вернулся, то не стал с ним говорить, а лишь бросил в его сторону короткий взгляд и, пройдя мимо, побрел вдоль улицы.  — Что там произошло? — поравнявшись с ним, спросил лорд-защитник, уже щурясь на светлеющее небо. Тот посмотрел на него как-то обиженно-обреченно и, зябко поежившись, ответил:  — Хаммериты перегрызлись между собой, решая, какое оружие — дар Строителя. Ждали, что Первосвященник все растолкует, а тот так и не явился. В результате они разделились на две группы и та, которая была вооружена спиралями, способными в секунду испепелить врага, отправилась сражаться с Рорком. Они погибли почти все. А те, которые остались, теперь объявлены предателями, потому как Строитель покарал их смертью во время сражения с неверными, из-за использования оружия им непризнанного…  — Бред какой-то… — тихо промолвил лорд-защитник.  — Нет. Это не бред. Это их правда жизни. Благодаря своей вере Орден Молота существует на протяжении веков и является самым могущественным сообществом… являлся, — поправился вор, не закончив мысль, и угрюмо посмотрел вдаль. Не нравилось ему все то, что происходило вокруг. И в особенности не нравилось то, что вся эта ситуация в Городе — его ответственность. Обязанность удерживать баланс, влилась ему в вены сияющим потоком, как награда за спасение… Которую никто не просил. Глифы питали его силой, но знаний взять оказалось неоткуда. Он один против всего города и время не на его стороне.       Раньше удержать баланс было проще: определить, какая из чаш переполнена, и ликвидировать источник. А что теперь? Дело ведь не в Герцоге. Герцог создал армию, для защиты Города и теперь она воюет с Хаммеритами на каждом углу, потому что однажды рискнула вмешаться в столкновение Молотов с Язычниками в Старом Квартале. Дело и не в Хаммеритах, своей черты они не переступали. Все также пытаются поддерживать благополучие в Городе… на свое усмотрение. И дело точно не в Язычниках. Лишившись лидера и потеряв контроль над Рорком, они попрятались по норам. Так, где же искра, что разожгла это пламя? Кто причина этого хаоса и с кем нужно покончить, чтобы вернуть баланс?..       Аттано? Нет. Но он может знать…

***

      Они шли молча. Оба в угрюмом настроении и каждый погружен в свои мысли. Корво плохо ориентировался в Городе, порой ему даже казалось, что в этом мегаполисе дома и улицы способны менять свое местоположение. Но даже он, изредка оглядывая местность из-под капюшона, смог определить смену многоэтажной каменной архитектуры зажиточного Олдейла, на что-то менее вычурное и более приземленное.  — Куда мы идем? — спросил он привычно плетущегося впереди вора. Тот остановился, обернулся к нему, окинул задумчивым взглядом и двинулся дальше, черной тенью проплывая сквозь сереющие улицы. Сейчас он не выглядел ни таинственно, ни зловеще, а как-то… осиротевшим. Тени отпускали его, бледнели и расползались по углам лишая своей защиты, отбирая преимущества перед противником в окружении ярких улиц…       Среди двухэтажных домиков с высокими конусными крышами, которые совсем скоро — с восходом солнца — разгорятся красным пламенем керамических черепиц…       Среди небольшой площади разрезанной узким каналом реки, в центре которой журчал водой белый чашеобразный фонтан…        Среди бегущей рядом аллейки из красного бруса, по обе стороны которой Город допустил зеленые ленты клумб и ряды невысоких деревьев…       Среди маленьких пестрых торговых лавок, хаотично рассыпанных вдоль аллеи… Вор казался уязвимым и даже, в какой-то степени чужим и нелепым: бродяга, выползший на свет из прогнившего подземелья, украдкой посмотреть на мир, пока тот снова не отпинал его за ненадобностью. А позади него, след в след ступает прокаженный — одичавший и обезумевший.  — Здесь есть одно место… подвал под Норбертским Судом. Там темно и безопасно. На один день тебе вполне подойдет, — наконец-то ответил вор, рассеяв странный гротескный морок. Но ответ лорду не понравился.  — Так не пойдет, — вскинулся он, разозленный бесцеремонным самоуправством вора. Как давно он позволяет ему решать за себя? С самого начала? — Отведи меня в лавку Прыткого Лари, — настоял он и получил короткий смешок.  — Отвести? Снова? — Гаррет всем корпусом обернулся к лорду-защитнику, кривя губы в лукавой ухмылке. — В чем твоя проблема, лорд? У тебя же есть карта.       Корво не отвечал, лишь гневно хмурясь смотрел на Гаррета, ухмылка которого постепенно переходила в глумливую улыбочку, а затем он хмыкнул: — Так и знал: ты не умеешь читать карты. Впрочем, у всех есть свои недостатки. Что, правда… лорды-защитники, которые не разбираются в топографии… — вор не договорил — резко ушел влево, отступая от соткавшегося из черноты Аттано с правой от него стороны. Впрочем, агрессии не последовало. — А ты высоты боишься, — буркнул Корво и переключился на объявление, нещадно прибитое огромным гвоздем к хлипкому дереву. Гаррет беспечно стал рядом, с абсолютно нейтральным выражением лица.

«Братья, Сестры, Прихожане, Верующие Да будет сим всем вам известно, что отродье нечистое, Строителю мерзкое, улицами Городскими бродит. Охотится на люд беспечный и им же кормится. Остерегайтесь в час темный покидать чертог каменный, покуда день не осветит ваш путь. И возносите мольбы Строителю ибо он спаситель наш»

      Корво сразу понял о каком отродье шла речь в оповещении, и как-то совсем неприятно потянуло под ребрами, стоило лишь задуматься: не потому ли Первосвященник не явился к собравшимся Хаммеритам, что в ту ночь в Церкве Св. Эдгара он выпустил Лунную Гончую? — Расползается, как болезнь… — перебил его размышления важным комментарием вор, а затем еще и ткнул локтем ему в ребра. — Имей в виду: среди них могут быть смотрители.  — Ч-что?  — «Отродье нечистое» — все выходцы из Кафедрального собора Соулфорж. И до воздействия камня Примали они были людьми. — Гаррет осмотрел Аттано прищуренным глазом и добавил:  — Это как с тобой… только хуже. Как думаешь, смог бы ты тоже превратиться в нечто подобное? И можно ли предположить, что вы теперь родственники?       Корво не отвечал. Эта информация была ему нова, и требовала времени для глубокого осмысления. Желательно подальше от вора, потому что тот не давал ему сосредоточиться.  — Я к тому, что они явно друг друга не едят, — навязчиво размышлял вслух тот, несмотря на угрюмое молчание в ответ. — Это может быть обратимо?       Продолжая его игнорировать, Аттано начинал злиться. В голосе вора слышался упрек, а он не считал себя виновным в том, что произошло в стенах собора Соулфорж.  — Ам… зачем тебе нужна была каррасова «Книга Жизни»? — неожиданно выпалил Гаррет и не стал ждать ответа — резко развернулся в его сторону и сразу ударил ногой в колено. Лорд-защитник, отвлекшийся на свои мысли, не среагировал вовремя, а потому, потеряв равновесие, рухнул на подкосившееся колено. Только хотел подняться как вор, метнувшись к нему, подсек вторую ногу и когда Аттано удивленно ухнув, растянулся на аллейке — навалился на него сверху и нацелил огненную стрелу ему в лицо.  — А теперь выкладывай, лорд-защитник, что за Игры вы тут с Чужим устроили?       Корво молчал, удивленно и в то же время несколько растерянно щурясь в ответ. Такого выпада в свой адрес он действительно не ожидал. А ведь его предупреждали о коварстве этого человека.  — Отвечай, — прорычал вор, и сильнее натянул тетиву лука, опустив стрелу настолько близко к лицу лорда, что тот почувствовал испускаемый ею жар. А затем у виска Гаррет что-то щелкнуло и, скосив глаз влево, он разглядел дуло пистолета. Конечно же у лорда-защитника были руки и навыки ими пользоваться, но это нисколько его не встревожило. Просто потому, что благодаря огненной стреле, практически уткнувшейся Аттано в лицо, тот был вынужден закрыть глаза от слишком яркого света и, следовательно, пистолет он направлял условно приблизительно.  — Зачем ты усложняешь? Я же знаю, что ты не станешь в меня стрелять, — зло шипел вор, даже не пытаясь сдвинуться из зоны поражения, слишком уверенный в том, что Аттано не нарушит свой договор с Хранителями.        На самом деле, к этому моменту, вор уже потерял преимущество. У него действительно были все шансы покончить с имперцем, воспользовавшись эффектом неожиданности, если бы в этом заключалась цель.       С каждой секундой промедления лорд-защитник все четче анализировал происходящее, свои навыки и возможности, в особенности те, которые дышали чумной гнилью Бездны. Единственная причина, почему вору все еще позволялось упираться коленом ему в грудь — он устал избегать этого вопроса. Он устал тащить все это сам. Он устал от недомолвок… Это не его секрет. Не его долбанная Игра. Он ничего никому здесь не должен. И если им с вором суждено быть врагами, то не из-за этой тайны.  — Убери это от моего лица, и мы поговорим, — наконец-то промолвил лорд-защитник и первым отвел пистолет от его головы. Расслабился, полностью растянувшись на узкой аллейке между деревьями и раскинув руки в стороны, окончательно капитулировал.       На какую-то секунду вор даже растерялся: слишком просто, должен быть подвох. Но с Аттано слез, а после убрал и лук.  — Я слушаю, — с хрипотцой проговорил он, и на всякий случай отошел подальше.       Разговор обещал быть тяжелым и, хотя Аттано ждал его каждый раз, когда находился в обществе вора, все равно оказался к нему не готовым. Перебравшись с холодной брусчатки на одну из двух лавочек, расположенных напротив фонтана, Корво принялся за рассказ, сосредоточившись на льющейся воде.       Начал естественно с того, что его самого во все это втянули без его согласия и даже ведома. Затем сразу указал, что из Игры он вроде бы как вышел, и связи с Чужим у него нет. Ну, а после начал по порядку излагать свои знания и наблюдения: кто играет; кто игроки; какие правила ему известны; условия выигрыша и условия проигрыша; цели и награды.       Конечно, все знания об Игре у лорда-защитника были от Чужого, и проверить их достоверность или полноценность возможности не было.       Гаррет слушал молча и вдумчиво, и даже когда Аттано закончил — продолжал молчать. В это время затихло все, будто площадь накрыло вакуумом: ни ветра, ни скрипа, ни чужого голоса. Казалось, что даже фонтан перестал шелестеть водой. Все замерло, и рассвет не спешил разгораться, затерявшись в черных тучах.       Больше всего Корво не любил когда вор молчал, но затем тот отмер. Побродил из стороны в сторону, явно что-то обдумывая, и, остановившись напротив лорда-защитника, несколько нервным жестом обвел рукой окружающее пространство и таки проговорил:  — Так это все… было спланировано? С самого начала… Чужой решил, что будет неплохо, если я буду его шутом, а Городу просто очень нужен очередной бог?  — Вспомни свои слова, — негромко проговорил лорд-защитник. — «Если за мной кто-то наблюдает — пусть ему будет интересно», так ты говорил? Так радуйся — Ему интересно! — повысил голос Аттано и развел руки в стороны, как бы говоря: за что боролся на то и напоролся, сам виноват.       Вор нервно дернул уголком губ, затем еще раз… и Корво вдруг понял, что тот на грани срыва. А что с этим делать — не понял.  — А ведь все сходится… Восемь месяцев назад, верно? Восемь месяцев назад Хранители неожиданно узнали о существовании камня Примали и, как только явился ты, им срочно понадобилось вынуть его из воды. Для меня якобы. Ха. Восемь месяцев назад я начал видеть пророчества. Тебя, — вор указал на лорда-защитника, а затем вновь принялся медленно расхаживать взад-вперед, продолжая озвучивать свои мысли, чтобы все, кому могло быть интересно, были в курсе. — Восемь месяцев назад появилась… — Гаррет остановился, буквально замер на месте, сделал глубокий вдох, задержал дыхание и на выдохе произнес:  — Эрин.  — Эрин? — удивленно уточнил лорд-защитник и мотнул головой. — Нет… Не думаю, что девочка была введена в игру…  — Как рычаг давления, — прервал его Гаррет и, заметив протест в глазах Аттано, совсем нехорошо оскалился во все зубы и продолжил: — Она появилась из неоткуда. Она стала самым важным для меня человеком, самым дорогим, что у меня когда-либо было, а мои пророчества говорили, что ты ее отнимешь. Ясно тебе? Меня с самого начала настраивали против тебя и если бы ни это… Я бы просто не полез за твоим цветком. А мне нужны были деньги, чтобы спрятать ее от тебя… а ее даже не существует!       Вот теперь Аттано мог наблюдать ярость Истинного Хранителя, потому что вор, сжав руки в кулаки и бродя по какой-то ломаной траектории, начинал светиться. И если у самого Корво в гневе светились Энергией Примали лишь глаза, то Гаррет загорался весь.  — Не преувеличивай, — твердо проговорил лорд-защитник в попытке хоть немного успокоить вора. — Эрин существует. Я ее видел. Она жива и скорее всего, скоро отыщется.       И после этих слов Гаррет остановился, резко, будто о невидимую стену ударился, а затем медленно развернулся к Аттано.  — Ее не существует в Городе. Я смотрел. Я видел всех… Бассо, Хранителей, тебя с твоим ученым, всю эту массу народа, но не ее. Ее нет. Она просто… просто…       А затем он замолчал. Он стоял на месте пугающе напряженный и молчал, явно погрузившись в свои мысли, и только свет его становился все ярче и ярче, и ярче…  — Вот же она… причина, — едва слышно прошептал Истинный Хранитель. Энергия Примали, что питала его, вспыхнула ярко-бирюзовым пламенем, окутав своего повелителя гудящей магией. Стянула пространство вокруг него в вибрирующий магнитный шар, и принялась высасывать душу из Города.       Бирюзовый свет, словно дым подхваченный потоком ветра, потянулся вдоль тихих улиц. Энергия покидала тело Города, находя выход из-под земли, из воды, из деревьев и каменных построек, из артефактов, фонтанов, людей… Забирая цвета и силу, переливаясь то матовым, то ярким перламутровым светом, тянулась к своему сердцу. Вливалась в него мягким, обволакивающим потоком. Да только сердце билось в ярости. И эта ярость нашла выход…  — Довольно… … И ласковое пламя начало жечь…       С треском и вибрацией магические разряды молниями ударили в землю, и Истинный возвысился над ней. Окутанный Глифами, непрерывно вращающимися вокруг него в хаотичном вихре, он развел руки в стороны, протянув между ними цепи рунической магии, а затем разорвал их, отпустил на волю.        Земля содрогнулась, пошла трещинами, разъехалась, открывая зияющие чернотой провалы. И разломанный Город, объятый синим пламенем, отдельными кусками начал уходить вниз — под землю…       Происходящее застало лорда-защитника врасплох. Мозг не справлялся с потоком аномальной информации и переключился на анализ более понятных вещей. Например, ошарашено наблюдая, как трещина в земле пересекла площадь, разделив ее на две части поперек реки, он четко отметил, что фонтан не задело. А когда разлом начал расширяться, превращаясь в каньон без дна, он думал о воде, которая стекала водопадом в пропасть. Подойдя ближе к ее краю, он отметил, что с противоположной ему стороны, поток слабее. Значит, в той части Города речки больше не будет.       Затем его внимание привлек сине-зеленый свет, полупрозрачной дымкой мазнувший перед глазами и Корво только тогда заметил, что он тонкой струйкой тянется из него самого. Проследив его путь, он наконец-то обратил внимание на… вора? И все на что хватило его разума, рассмотрев горящий силуэт в вихре энергетического света, это вспомнить те глупые слова про губку, кажется сказанные годы тому назад.       И только после того, как он краем глаза заметил желтый свет, загоревшийся в доме справа от него, а затем еще в одном и еще нескольких, к Корво наконец-то пришло осознание происходящего. Оно свалилось на него оглушительным треском и скрежетом разрываемых зданий, грохотом и тряской выворачиваемой наизнанку земли, бурей из ветра и городских обломков…       Аттано остановил время.       Потусторонняя сила Бездны рыжим налетом легла поверх Энергии Примали, и все вокруг будто погрузилось под серо-зеленую воду. Звуки стали заглушенными и размытыми, движения — замедленными. Вот только сила разрушений осталась прежней, создавая слишком сюрреалистическую картину происходящего, когда, вроде бы от плавного толчка, водонапорная вышка медленно складывается внутрь себя в окружении из зависших в воздухе брызг воды и каменного крошева…  — Гаррет! — Корво крикнул во всю мощь легких, но голос его прозвучал также задушено, как и прочие звуки в городе. И что он должен сделать? Что он может сделать?       В данный момент он мог наблюдать как хаммеритская церковь, расположенная до этого на возвышении, вместе с десятком других домов медленно уходят под землю. При этом один из домов рушится, крошится под вибрацией, извергая наружу все свое нутро в клубах дыма и каменной взвеси. А еще дальше, район, который видно сюда лишь желтыми точками огоньков, медленно движется в сторону…       Город трясло. Корво не чувствовал силу этих толчков в замедленном времени, но видел как камни парят над землей.  — … проклятье, — пробормотал он и попробовал докричаться снова. Гаррет его не слышал. Он отстранился от реальности и своего я, позволив гневу и Глифам совершать возмездие. Он сгорал под воздействием разрушительной магии и вряд ли контролировал то, в какие комбинации складываются Глифы. Какую судьбу они пишут Городу.       А затем Корво затылком почувствовал неладное. То необъяснимое, тревожное чувство, когда холодный ветерок проходит по взмокшей спине. Едва заметное колебание воздуха, который движется сверху вниз и тянет сделать шаг назад, поддавшись его потоку.       Обернувшись, он увидел разверзшуюся черным зевом огромную пропасть буквально в нескольких шагах от него. По другую ее сторону часть города — квартал, не меньше — будто кусок оторванного пазла, неровно выломанная плита, потеряв точку опоры, поднялась одним краем ввысь, перекрыв собой горизонт, а вторым кренясь в пропасть, медленно и почему-то тихо, под острым углом съезжала в темноту провала.       Это было так странно и одновременно завораживающе, видеть крыши домов с высоты птичьего полета. Видеть, как они уходят под землю под твоими ногами и понимать, что ты никак не можешь это остановить. Что ты просто не знаешь, как спасти людей внутри зданий, кроме как…       У него не было времени на сомнения, но он медлил, рассматривая пистолет в своих руках. Он знал, что должен, но не ожидал, что будет так сложно. Однажды Хранитель Таллон сказал ему: если Гаррет окончательно потеряет баланс — Вы единственный, кого мы можем противопоставить ему… Тогда Корво с гордостью и уверенностью в своих силах и способностях принял это откровение, но кто же знал, что он так привяжется к вору?..       Резко выдохнув, Аттано рывком навел оружие на своего врага и застыл, только-только осознав, что он может нормально видеть, а видел он, как изъеденный Глифами вор сгорал в синем огне. Похоже, что перекапывание Города положит конец и ему самому.       Корво выстрелил и, наверное, на протяжении трех-четырех секунд, затаив дыхание, мог оторопело наблюдать полет пули через плавающие в пространстве городские обломки и яркие разводы Энергии Примали.       Он не видел, как и куда вошла пуля, но точно знал, что не промахнулся. Об этом свидетельствовали глухой хлопок, ослепительно яркая вспышка света и треск, с которым ощутимо тряхнуло землю, так, что Аттано не смог удержался на ногах даже в замедленном времени.