Пожизненное наслаждение

Я вошел в пиццерию ближе к вечеру. Как всегда — крепкие ботинки, джинсы, майка и красная флисовая кофта. Я был в наушниках, и слушал музыку. И кажется, это были Skillet… Толкнув дверь, я из темной и прохладной улицы попал внутрь темного помещения, которое однако было теплым и приветливым. Я ухмыльнулся. Зная, что это только внешняя часть пустая и тёмная, я быстро прошел мимо столов и стульев к дальней двери из-под которой еле-еле виднелся свет. Как только я зашел за дверь, и захлопнул её за собой, я оказался в просторнейшем помещении — с одной стороны была сцена, которая была сейчас здорово освещена, с другой стороны были стулья, на которых можно было сидя смотреть на представления. Половина комнаты — со сценой, разумеется — была освещена, другая – нет, но это только добавляло некой… Остроты месту. На самой сцене сидели и что-то обсуждали четверо девчонок. Я, к своему удовольствию, смог их узнать. Вон та, которая сидит ко мне спиной — Чика. Желтенькая симпатичная девушка. Рядом с ней — Бонни, чьи уши забавно торчат в стороны. Напротив неё — Фредерика. Неизменная шляпа, и какой-то слегка усмехающийся взгляд. А последняя… А вот последнюю я видел редко. Это была Спринг, слегка помятая и потому смущающаяся, как Мангл, но зато очень и очень добрая. Обычно она не вылезала из своей комнаты до нужного момента, а тут… Видимо, её чуть ли не силой вытащили. При звуках двери все четыре девушки обернулись ко мне… И встретили меня радостными, счастливыми улыбками. — Скалли! — Закричала Бонни, вскочив, и кинувшись ко мне с объятиями. Так же поступила и Чика. Я невольно отступил назад, когда в меня с разгона затормозили две девушки. Ну, аниматроники — они и есть аниматроники, всё-таки не совсем обычные девушки, но вот внешне практически неотличимые от нормальных девушек… За вычетом их «особенностей». Проще говоря — весили они примерно столько же, сколько и положено молодым красивым девушкам. Вот и сейчас они с двух сторон прильнули ко мне — Бонни слева, Чика справа, и обе, что есть силы, прижались ко мне, прикрыв глаза и не издавая ни звука — так они ко мне привязались… Я поднял взгляд от их синей и желтой шевелюр, и посмотрел на Фредерику и Спринг. Первая всё еще не убрала с лица свою привычную легкую и снисходительную усмешку, а вторая, отодвинувшись от края сцены подальше, к «начальнице» поближе, опасливо стрельнула в мою сторону глазами, и попыталась прикрыть руками свои рваные части тела. Я проводил Спринг взглядом и — в который раз! — поразился искусству создания этих аниматроников. Поистине, их создатель был настоящим гением, имя которого, увы, навсегда затерялось в истории. А может это и к лучшему… На эту тему я мог дискутировать вечно, но и поражаться тому, с каким мастерством сделаны девушки рядом со мной и передо мной — тоже мог вечно. И в самом деле! Искусственная нежная синтетическая кожа, у каждой из аниматроников — своего цвета, мастерски сделанные сервомоторы для сочленений, которые двигались абсолютно как суставы человека, и сложнейшая, едва ли не микроскопическая работа над бионейронной сеткой, наделяющая аниматроника жизнью, настоящей. Аниматроники не казались созданием человеческих рук — они казались самостоятельными, совершенно самостоятельными созданиями, какими они и были созданы. Вы бы поверили, что такие прекрасные существа — это всего лишь роботы? Не думаю… Вот и я — осознавал, понимал… Но не верил. Я считал их живыми, во всех смыслах. И именно поэтому, думаю, отчасти они ко мне и привязались… Но это было не единственной причиной, понятное дело… Я усмехнулся, и оторвал взгляд от Спринг, которая, если бы могла покраснеть, была бы уже абсолютно красной, и слегка тряхнул Бонни и Чику за плечи руками. — Девчонки, отлипните! — Полушутливо приказал я. Они нехотя отстранились, и слегка отойдя от меня, продолжили «пожирать» меня взглядами, не забывая время от времени стрельнуть в соперницу взглядом, в котором читалось пожелание максимальной неисправности сервомоторов, особенно сегодня ночью… Я наконец преодолел полутёмное расстояние между дверью и началом сцены, и решительно заскочил на неё, взглянув на Фредерику и Спринг сверху вниз. «Фредди», как её звали все для краткости, наконец, соизволила поговорить со мной. Её приятный бархатистый голос навевал какое-то спокойствие, приятные ощущения… Не зря она в группе занимала место певицы-солистки. — Здравствуй, Скаллиар. — И тебе привет, Фредди, — Ответил я, кивнув, и направившись к глубине сцены — переобуться там и достать заначку с закуской. В спину мне полетели какие-то негромкие звуки — видимо, это Чика с Бонни опять что-то не поделили, а еще голос Фредерики: — Как дела на дневной работе? Снимая ботинки, я ответил: — Да никак… Пришлось сегодня отойти от дел. Даже выспаться не успел! — И я в сердцах пристукнул кулаком по ширме, которая опасно закачалась. Натягивая на ноги сменную обувь, в роли которой, как ни иронично, выступали кроссовки, я услышал сочувственное: — Бедняга… Я неслышно ухмыльнулся. Фредерика лукавила. Конечно, она сочувствовала, что я не успел толком выспаться, но это было в основном из-за того, что я могу в эту ночь оказаться неактивным… А также из-за этого она была и довольна — часа через четыре, когда наступит полночь, я уже наверняка буду сонным, как осенняя муха, и поймать меня будет несложно… Правда я сомневался насчёт последнего. Всё же методы «борьбы» с нимфоманками у меня отточены. Наконец, подхватив со стоящего стула пакет с провиантом внутри, я направился обратно, к центру сцены. Спринг, казалось, обрела уверенность, но стоило мне посмотреть на неё дольше пяти секунд, как она тут же стушевалась и спрятала голову за спину Фредерики. Та улыбнулась, и на сей раз без снисхождения, а просто потому, что ей было весело. А Чика с Бонни, уже забрались на сцену, и сейчас поглядывая на меня, о чём-то переговариваются. Я уловил слова «три часа», «попадётся», «нечестно», и «дверь». Нетрудно было догадаться, о чём они говорят… Но я всё же прикинулся, что не слышал, оставил пакет на полу сцены, и подойдя поближе, присел на сцену. С наслаждением хрустнув суставами, я задрал голову прямо к потолку, и «залип» на лампу. — Как Фокси с Мангл, кстати? — Невзначай бросил я, хрустнув шейным позвонком. — Как всегда — развлекаются игрой в карты, — Хмыкнула Чика, слегка зевнув, вернее, строго говоря, идеально сымитировав зевок, что было частью её характера. — И как, кто выигрывает пока? — Хохотнул я, откинувшись на спину, и растянувшись на тёплом отполированном дереве, ногами к «публике». — Кажется, Мангл выигрывает, — Чика улыбнулась, поймав мой взгляд — Фокси там своим крюком чуть шторы не порвала… — Да уж, жуть, — Подхватила Бонни, передернув плечами — Она как разойдётся, так её потом поди останови… — Танком — остановишь! — Ляпнул я, не задумываясь. Чика тут же слегка скривила свой очаровательный носик — она не любила военную тему, в отличии от Фокси и Фредди, которая даже слегка наклонилась вперед, услышав мои слова. — Смотря каким, — Заметила она, снова улыбнувшись, то ли началу любимой для неё темы, то ли тому, что Спринг упорно не желала отлипать от её правой руки, точно смущенная девятилетняя девочка, которую просят прочитать стишок на новый год. — Бьюсь об заклад, что «Меркава-4» — точно остановит! — Я оптимистично хмыкнул, Фредерика же склонила голову набок: — Ты плохо знаешь Фокси, Скалли… — А ты плохо знаешь гениев израильского танкостроения! — Весело парировал я, приподнявшись на локте, и смотря на Фредерику в упор. Та слегка прищурила свои глазки, и нащупала правой рукой свой чёрный бант на шее — она так всегда делала в задумчивости. — А с какого года Меркава-4 состоит на вооружении? — Этот вопрос был задан так, словно я был экзаменуемым учеником. Впрочем этот «вызов» я принял. — С 2002 года, — Ответил я, улыбаясь еще шире. Вместо дальнейших дискуссий Фредди кивнула с легкой улыбкой, и повернулась к Спринг, которая нетерпеливо подергивала её за волосы, стремясь что-то прошептать ей на ухо. Тактично отвернувшись от них, я глянул в сторону коридора, ведущего к пиратской бухте и тому месту, где я встречаюсь с этими девушками-красавицами в другой… Кхм, обстановке. Ну то есть будке охранника. Лампы в коридоре горели, так что он был светлым, и кажется, оттуда кто-то шёл… Я прищурился, и углядев металлический блеск, откинулся обратно на спину, словно очень испугался. — Скалли? — Чика и Бонни удивленно повернулись ко мне, отвлекшись от очередных кратких обсуждений чего-то там между собой. Я повернул голову к ним, и жалостливо-убедительно заскулил: — Спря-я-я-чтье меня! Спасите от этой великой и ужасной пиратки… — Фокси! — Приветствие Фредерики закончило мое высказывание. Я лежал на спине, так что из зала хорошо виднелись только ботинки, но Фокси меня всенепременно заметит, это было ясно. Просто… Ну не мог я удержаться от спектакля! Во-первых, мне требовалось расслабление перед предстоящей ночью, во-вторых, шанса повеселиться я не упускаю никогда, а в-третьих… Я же на сцене, в конце-концов! Фокси, тем временем, судя по всему, вышла из коридора, и приветственно произнесла: — Девочки, привет… И тут её голос её резко переменился. Вместо приветливых интонаций он стал каким-то слегка коварным, сладким, как будто она учуяла добычу: — А кто это у нас тут такой красивый и в лежачем положении? .. Уж не наш ли любимый всеми Скаллиар? .. — Не-не-не, меня нет! — Я изобразил панику, и попытался отползти назад от сцены… Только зря, ох зря! Фокси недаром славилась как самая ловкая из аниматроников. Если она имела целью меня догнать или догнать кого-то из девушек — от неё было почти нереально спастись или убежать — она почти всегда догоняла цель. Вот и сейчас… Заметив, что я отползаю, точно хочу удрать, она тут же засмеявшись веселым голосом, с разбегу едва ли не взлетела на сцену, и схватила меня за ботинок, рывком подтянув к краю. Лежа, я посмотрел снизу вверх на эту огненно-рыжую девушку, которая и вправду была вся такая — и кожа и волосы, и даже глаза у неё отливали багряным. Впрочем, это только добавляло ей очарования, столь же неповторимого, как и у всех девушек. — Всё, сдаюсь! — Я притворно замахал руками, даже не скрывая широкой довольной ухмылки. Фокси слегка поближе подтянула меня, так что я даже поразился силе её рук — подтащить человека, который весит килограмм шестьдесят одной рукой, причем именно левой, — это вам не шутки! Хотя, в моей голове тут же возник и ответ: Усиленные сервоприводы… — Молодец, хороший мальчик, Скалли, — Улыбнулась Фокси, и склонившись надо мной, протянула ладонь. Я протянул ладонь в ответ, и после энергичного рукопожатия, был быстро вздернут на ноги, после чего, Фокси, оглядев меня по-хозяйски, деловито обняла меня за плечи. Я даже не удержался от смешка — ко мне опять прижалась девушка, уже третья, а предыдущие две — Чика и Бонни, от возмущения наглостью Фокси, даже перестали коситься друг на друга, в отличии от Фредерики, которая была отвлечена каким-то тихим разговором со Спринг. Я через секунду отстранился от Фокси, которая скрестила руки на груди, и даже не замечая возмущенных взглядов, оглядывала меня, словно присматривалась к аппетитной добыче, и разве что не облизывалась. Я не нашел ничего лучше, кроме как повернуться круто на 180 градусов, к задней части сцены. За моей спиной тут же раздались какие-то шипения, бормотания и прочие звуки, которые свидетельствовали: Фокси сцепилась в яростной перепалке с Чикой и Бонни, где вся тройка не хотела сдаваться в споре, касаемо того, кто может обнимать Скаллиара. — Остальные не подтянутся? — Я слегка повернул голову к Фредди, которая оторвалась от Спринг: — Пока нет, Голди там что-то с Мангл делает в её бухте… — Чинят что-то? — Я полуобернулся, заставив всех трех спорщиц устремить взгляды ко мне, словно каждая из них искала поддержку в моем лице. Я не ответил на взгляды, и не отвел взгляда от Фредерики, которая, опять поправив свой бант, медленно ответила: — Ну почти. Мангл, она… — Я понял, — Поспешно ответил я, подняв руки ладонями вверх, словно извиняясь за то, что свернул на неприятную тему. Фредди кивнула мне, а я, не отвлекаясь на спор, который, кажется, еще сильнее разгорелся, слегка взгрустнул. Вот чего мне делать было нельзя… Я настолько сильно поверил в то, что все эти девушки — живые, что и они в это поверили, прямо как я. Знали, осознавали свою искусственную природу, но не принимали её, забыли её как факт. Просто не думали о том, что вместо крови по их телам циркулирует сложнейшая синтетическая жидкость, что вместо сердца у них специальный комплекс, имитирующий сердцебиение, и что все их ощущение — и наслаждение, и осязание и запахи — всё это лишь результат тонкой работы человека, гения в создании искусственного интеллекта и бионейронной сетки, которая идеально копировала нервную систему человека… Они не думали об этом, и я не говорил про это. Это всплывало лишь когда наступали какие-то проблемы с их телами. Я помнил, что у Голди когда-то был основательно повреждён эндоскелет, от чего она практически на полгода вышла из строя — восстановление её обошлось хозяину заведения в кругленькую сумму, и только совместными уговорами, я и другие девушки убедили его в том, что Голди необходима для этого заведения… С тех пор, после ремонта Голди иногда прямо на полуслове обрывалась и молчала несколько секунд, с силой пряча то, что ей ужасно больно… Правда в последнее время этого не было, и я уже и забывать про это начал… Но вот сейчас, это опять всплыло… Грустно это, однако. И я едва не напомнил Фредди про то, что все они — роботы, аниматроники… Простояв так некоторое время и затем словно очнувшись, я, сморщившись, тряхнул головой. Нельзя так делать! Нельзя! Успокоившись, я приоткрыл глаза и повернулся в сторону Фокси, Бонни и Чики. — А я вам говорю, — Раздался отчетливый голос красной пиратки — Раз Скаллиар в красной флисовой кофте, как я — значит я его и имею право обнимать! Я невольно и неожиданно для себя расхохотался, отступив назад, и привлекая внимание к себе всех пятерых девушек. Я самозабвенно смеялся, держась руками за голову — аргумент Фокси был просто убойный! — А что, скажешь… — Я еле выговорил эти слова, давясь смехом — Раз на мне джинсы синего цвета, то у Бонни есть право… — Я не договорил, и посмотрев на сменяющуюся гамму эмоций на лицах всех трёх девушек, согнулся пополам, осев на пол. Между делом я услышал и тихий слегка хрипловатый смех — это была Спринг, которая, кажется, уже более-менее прекратила меня стесняться. Впрочем, я не стал снова давать ей повод к стеснению… Вернее не подумал — я все еще изнемогал на полу. А вот когда меня за ноги и руки одновременно схватили Чика с Бонни — я тут же угомонился, и открыл глаза. Чика держала меня за ноги, Бонни — за руки, а Фокси нависала надо мной сбоку от тела, положив руки на пояс, и выглядя так, словно она сейчас начнёт меня наказывать, причём ясно каким образом… — Пошлые шутки, Скалли? — Фокси многообещающе улыбнулась — Вот сейчас мы тебя от этих шуточек отучим… Я первая. — Словно констатировала она, слегка изменив позу, так, чтобы я мог окинуть её стройную аккуратную фигурку взглядом — и её округлую грудь, и ровные линии бёдер… Однако вместо того, чтобы после этого приступить к действиям — я еще толком не отошёл от неожиданности, — она вдруг замерла. За её спиной выросла Фредерика. Как самая первая из всех созданных аниматроников, она считалась у них главной, и к её мнению прислушивались довольно часто… Пусть и не всегда. — Фокси, Чика, Бонни, оставьте Скаллиара в покое, — Призывно обратилась она к девушкам, которые тут же прекратили попытки воплощения своего коварного плана, и повернулись к Фредди с опаской. — Да ла-а-адно тебе… — Фокси махнула рукой, усмехнувшись — Мы просто пошутили. — Шутки — шутками, но у Скаллиара через час ночная смена начнётся! — Отчеканила Фредди, бросив на меня лежачего короткий взгляд — Вот через час и разберемся, кому он достанется. «Через час? Мама родная, пора бежать на пост!» — Окей-окей… — Протянула Фокси, и повернулась обратно ко мне, снова протягивая свою узкую аккуратную ладонь. Как только я схватился за неё и она подняла меня, она тут же приблизилась к моему уху, и негромко прошептала: — Сегодня ночью будь осторожнее. — Как обычно, — Ответил я так же тихо, и усмехнулся, взглянув в лицо Фокси в упор. Пиратка отстранилась, а я, пройдя к пакету, который оставил на полу, заглянул в него. Внутри меня ждали баночки с кофе и пара булочек — на ночь мне этого хватит, если я вообще успею ими воспользоваться… Я деловито подхватил пакет, и подойдя к краю сцены, соскочил с неё. А затем повернулся обратно. Теперь все пятеро девушек смотрели на меня со сцены, довольными предвкушающими взглядами. И даже Фредди, хоть её взгляд был и со смешинкой, не смогла скрыть того, что она тоже жаждет начала игры… Фокси и Чика с Бонни — так и вовсе не пытались прятать свои эмоции. Спринг тоже слегка скромно и смущенно улыбалась — наверное, думала, что ей может не повезти… «И так — почти каждую ночь в моей жизни…» — Я задумчиво улыбнулся в ответ — «Не так уж и плохо… По крайней мере они не нарушают правил игры.» Правила… «Правила» игры действительно не нарушались. Я занимал будку охранника в 11 часов, и до 12 ждал, пока все аниматроники займут свои положенные места. И с полуночи до шести утра я с ними и «играл» в игру «Как избежать нимфоманки-насильницы». В шесть утра они меня отпускали… В чём причина? Причина кроется в долгой истории этих аниматроников, вернее, в их создании. История долгая, и довольно-таки мрачноватая, но не жуткая. Но всё же не для этой ночи, которая, не смотря на то, что обещала быть довольно-таки нескучной и в определенном смысле нервной для меня, была пропитана духом оптимизма… — Я пошёл! — Хмыкнул я, подняв руку. — Удачи, Скалли, — Бонни послала мне воздушный поцелуй, и её глазки как-то нехорошо блеснули, от чего я едва не вздрогнул. — Пусть победит сильнейшая! — Вальяжно возвестила Фокси, слегка склонив голову набок, и провожая меня взглядом. — Или сильнейший… — Тихо добавил я, уже повернувшись к ним спиной, и направляясь от светлой сцены в коридор, пропитанный приятным полумраком.