14 дней до моей смерти.

Меня зовут Кэролайн Роун. Мне 17 лет. От обычных девчонок почти ничем не отличаюсь. У меня каштановые волосы до лопаток. Бледно-зеленые глаза. Не то, чтобы я была такой уж худой, но на свои размеры и вес не жалуюсь. Что меня отличает от других девушек, да и подростков в общем — это то, что я живу одна в стареньком двухэтажном доме. Семьи у меня нет. Отец ушел от мамы, когда я только родилась. Я его никогда не пыталась разыскать, да и это мне не нужно. Я считаю, что отца у меня нет и никогда не было. Мать умерла, когда мне было 12 лет. Кажется у нее был рак легких. Я помню как виделась с ней за несколько дней до ее смерти. Я тогда уже знала, что мамы скоро не будет с нами. Войдя в ее палату, я увидела измученную болезнью женщину. У нее были спутаны волосы, кожа была бледная, глаза потускнели. На ее лице была вымученная улыбка. Даже в эти минуты она улыбалась и все ради меня. «Скоро я поправлюсь и все будет как прежде.» — сказала она мне хриплым голосом, гладя по мягким волосам. Вера в лучшее все еще томилась в ее глазах. Через неделю она умерла. Я не плакала, когда об этом узнала, потому что старалась быть сильной в глазах других людей. Но дома, дав волю эмоциям, я про плакала всю ночь в объятиях подушки. Я жила с бабушкой. Она была единственным родным человеком, оставшимся у меня. Я очень любила эту веселую старушку. Бабушка никогда не унывала. Она любила звать меня «котенок» или ласково «Кетти». После всего вышеперечисленного я почти перестала ходить на улицу. Иногда рано утром или же поздно вечером, когда людей было меньше всего. Я любила одиночество и тишину. На природе можно было отдохнуть и расслабится, а так же много о чем подумать и помечтать. Сближаться с кем-то не было в моих планах. Нет людей — нет эмоций. Нет эмоций — нет боли и страданья. Моя кажется беззаботная жизнь оборвалась в 15 лет. Бабушка заболела. Я старалась как можно больше времени проводить с ней. Она все время говорила мне, что не нужно сдаваться, нужно идти вперед, чтобы не случилось, что надежда умирает последней, но во время своей болезни чаще всего я слышала такие слова: «Бедная моя Кетти, как бы ты тут будешь без меня.» или же «Котенок я всегда буду с тобой, чтобы не случилось. Ты главное помни меня» Через месяц после начала болезни бабуля скончалась и я осталась совсем одна. *** Я летела над полем. Было жаркое лето; солнце светило очень ярко и я жмурила глаза, плывя по небу среди белых облачков. Где-то пели птицы. Было легко и хорошо. «Бип-бип-бип» — этот звук повторялся несколько минут. Замахнувшись рукой, я промазала, и вместо будильника со всей силы ударила по тумбочке. — Ай-яй-яй! — прошипела я. И уже еле-еле разлупив глаза, спокойно отключила эту «пищалку из ада». Я потрясла ударенной рукой в воздухе; половина кисти была красная. «Ох, завтра будет синяк» — подумала я и печально вздохнула. Поднявшись с кровати, я помчалась в ванную, по пути споткнувшись о книги; они мирно лежали посреди комнаты и разлетелась в разные стороны. Выругавшись, я все же добралась до ванны, чуть не вписавшись в дверной косяк. — Мдааа. Прекрасное утречко. — бурчала я и рассматривала свое отражение в зеркале. Признаться, то, что я увидела не сильно обрадовало. Волосы спутаны после сна и мою прическу можно назвать «великое воронье гнездо». Перерыв ванну верх дном, я отыскала расчёску и принялась расчесывать спутавшиеся локоны. В итоге через минут пятнадцать, а то и больше, с криками и ну очень «приличными» словами, а так же повырывав добрую часть волос, я закончила. Взглянув на часы, и увидев сколько уже времени, я сразу же превратилась в торпеду, которая может снести все на своем пути. Я одела свободную белую майку с надписью «I Love you» и свои уже изрядно поношенные джинсы. Обув лакированные черные туфли, попутно пытаясь надеть кофту и завязать хвост, я вылетела из дома и помчалась по улице. «Хоть бы не опоздать. Хоть бы не опоздать.» — молилась я, стремглав бежав, то и дело задевая прохожих. — Нет-нет-нет! — обреченно вскрикнула я. Неужели я опоздала на автобус! За что мне все это! Я торопливо достала часы, в надежде что я просто ошиблась с временем, что не так редко бывает, но в этот раз не было никакой ошибки. На часах было 7:45, а автобус прибывал в 7:40. Я работала в кафе. Туда на автобусе минут 10, а пешком надо было сначала идти по главной улице, затем пройти сеть торговых кварталов, при этом не заглядываться на прикольные вещички на витринах, затем свернуть налево и вуаля, ты уже там. «Боже, и кто придумал так рано приходить на работу? А еще так долго до нее добираться?!» — злость бурлила во мне, как вода в кастрюле. Я шла, то и дело задевая прохожих; они осыпали меня дюжиной «добрых» словечек и продолжали свой путь. Я была настолько зла, что даже не заметила, как уже стояла у небольшого красивого здания. На нем была вывеска «coffee from the heart». Я обошла его и зашла с черного входа. Там быстро переодевшись в форму, состоящей из темно-синего платья, которое было на пол бедра и белого фартука. Кафешка, где я работала официанткой было небольшим, но очень уютным. Стены были выложены из искусственного кирпича, цвета коричневого с небольшим отливом зелёного. Столов было немного. Они все были круглые с железными резными ножками. Стулья были удобными в том же стиле, что и столы. Белая скатерть и маленький букетик украшали все столы. — О, ты пришла. Я уж думала, что ты не придешь.- сказала Грета. Она была моей подругой. И не удивляйтесь этому. Прошло уже два года, как я начала самостоятельную жизнь и без людей, которых ты знаешь тут не прожить.  — Никто не заметил? — обеспокоенно спросила я. — Нет. Примешь заказ? — я облегченно вздохнула.   — Конечно. — бодро сказала я и направилась к столику у она, на который указала Грета. За столом сидела молодая пара. Мужчине было лет 30. На нем был дорогой дизайнерский костюм. На руке виднелись золотые часы, а на шее золотая цепочка. Явно богатый. Женщине, которая была с ним, было лет за 20. На ней было одето элегантное платье песчаного цвета с глубоким вырезом и светло-красной, почти розовой розой на боку. Дополнением к платью служили: красивая дорогая цепочка, изящный браслетик из зеленных камушков, таких же серёжек и на пальце красовались золоте колечко с большим камнем. Я приняла заказ. Дальше день шел очень хорошо. Но все же мое ужасное утро решило дать о себе знать и продолжится под конец рабочей смены. Я спокойно готовилась уходить домой и сидела в раздевалке. На часах было 19:27. Я уже переоделась и решила пойти попрощаться с Гретой, как услышала крик: - Нет, пожалуйста не надо! Отпустите меня! Этот голосок я узнаю из тысячи. Но не можно спутать мелодичный, звонкий голос Грета с каким-либо другим. Я быстро пошла к месту от куда она кричала. Какой-то мужик лет за 30, уже явно подвыпивший, решил пораспускать руки. Он держал Грету за запястье и по ее виду ей было больно.   — Отпустите ее. — как модно вежливее попросила я, подходя к столу в дальнем углу комнаты. — Что? Катись от сюда! — похоже мужика манерам не учили. Терпением ангельским я не славилась, а поэтому, в следующие секунды я за воротник клетчатой рубашки, которая была на мужике, модно так сказать вырвала из-за столика. Он отпустил Грета и пытался ударить меня, но я скрутила ему руки. «Ох не зря я ходила на курсы самообороны» — с улыбкой на лице подумала я.   — Отпусти меня! — крикнул мужик и назвал меня ну очень хорошими словами, которые я решила принять, как комплимент. Я выпроводила нахала за дверь.   — Ты еще пожалеешь об этом! — крикнул он мне.  — Да-да, и вам всего хорошего. Грета сидела в раздевалке.  — Ты как? — спросила я, садясь рядом на скамейку.  — В порядке. Извини, из-за меня у тебя могут быть проблемы. — промямлила она и виновато опустила голову.   — Да ладно. Мне остаться? - Нет, должна же я уметь постоять за себя. — Грета улыбнулась и я поняла, что мое присутствие больше не понадобится. По дороге домой я зашла в магазин и купила немного продуктов. В этот раз я успела на автобус, а поэтому спокойно сидела в салоне, а не шла в одной майке и джинсах по улице, так, как вечером прохладно. Поужинав, я переоделась и стала читать книгу. Не люблю я конечно их, но все же делать вечером нечего. Фильмы которые были дома, я уже посмотрела раз 100 и знала все наизусть. По телевизору ничего интересующего меня не было, поэтому решив вспомнить старые книжки, я решила немного почитать. Даже нашла пару ужасов Стивена Кинга. Чтобы мог подумать, что у бабушки будут ужасы! Спать я легла в часа 2, не меньше. Уж очень интересная книга мне попалась. С хорошими мыслями и ощущениями, я легла спать.