О Жизни.

Моя мама всегда была человеком веселым, но в тоже время рассудительной и в меру строгой. Только вот готовила она не простецкие макароны, а утку маринованную в пресной воде, собранной под луной тридцатого месяца пятьдесят пятого года. В воздухе носился запах мандаринов, оставаясь долго еще пахнуть на ладошках, одежде и иногда на волосах. Мы вместе укладывались на полу, обматываясь в плед, и смотрели фильм, которые крутили в нашей маленькой черной коробке. Для меня телевидение в детстве представлялось маленькой будочкой, где дяденька, с пивным пузом, листает каналы и дает нам посмотреть и нам. Потому наш телевизор я назвала Гришей, и никто даже этому не противился. Только лишь редкие гости участливо интересовались о происхождении его имени, а я, с самой серьезной гримасой, рассказывала о дивном таком дяденьке из нашей коробочки. Да и вообще, я считала, что у него там целая семья, не будет же взрослый усатый дяденька смотреть «Дашу Путешественницу»? Ну а вот кулинарные передачи я терпеть не могла, мешают там что-то, а на выходе пирожок с кровью единорога или соседской собаки, неприятно. Мамина страсть к готовке отбивала у меня развлечение и я, со своим боевым товарищем Барсиком, шагала в другую комнату нашей однушки* наслаждаться затишьем перед бурей. А если повезет прятаться от маминых кулинарных изысков, в мои понятия вовсе товарищ, жалобно смотрящий на нашу надзирательницу за столом. Зато мастерски кашу по тарелке научилась размазывать, ценное умение. Да и вообще, потом оказалось сущим разочарованием, что дяди Гриши нет, и не было, а мясо можно есть с клюквой.