По истечении срока годности — забыть

Жизнь прекрасна, когда рядом не маячит Тони Старк. В последнее время его стало так много, он был на каждом шагу, в каждом углу, его голос уже мерещился Ванде везде. Он вирусом медленно проникал в её жизнь и снова её отравлял. Когда его не было рядом, когда она не видела его лица, она о Тони даже и не вспоминала. Для неё Старка просто не существовало. Но стоило ему лишь появиться, как кипящее раздражение уже готово было вырваться наружу. Он бесил её всем: своими дурацкими шуточками, ухмылкой, мимикой, походкой, манерой одеваться. Она кожей чувствовала, когда он на неё смотрит. А смотрел он на неё весьма странно, а это раздражало ещё больше. Раньше Старка и пинками нельзя было загнать в штаб, он всячески отлынивал от собраний, тренировок, и днём с огнём его невозможно было сыскать поблизости. Но сейчас он будто бы жил здесь, доставая Ванду. Стоило ей лишь подойти к автомату с кофе, как он оказывался в очереди позади неё. Стоило ей зайти в столовую пообедать, как единственное свободное место оказывалось за столом Старка. И Ванду вгоняло в недоумение: какого чёрта этот миллиардер делает в дешёвой столовой ЩИТа? И ей приходилось буквально бегом вылетать из помещения — уж лучше остаться голодной, чем наблюдать эту ненавистную физиономию перед своими глазами, портя аппетит. Старк служил ей живым напоминанием о том, что у неё нет родителей, нет брата, нет нормальной жизни. Порой в её голове вновь возникали мысли об убийстве Старка. Раньше они с Пьетро даже не задумывались о последствиях этого поступка. На резонный вопрос сестры, а что если их поймают, Пьетро смеялся и говорил, что такому бегуну, как он, это не грозит. А что сейчас? Стоит Ванде лишь тронуть Старка, как её тут же схватят, в самом страшном случае пристрелят при попытке побега. И в итоге Ванда просто решила, что Старку скучно, вот он и выбрал её девочкой для битья. Ему просто нечего делать. От этой мысли внезапно стало легче: теперь не надо было ломать голову над тем, что нужно этому придурку.

***

Ванда крепко-крепко стиснула в руках отчёт и с тяжёлым сердцем вошла в архив. Мария Хилл перечитывала какую-то бумаги и что-то отмечала карандашом на полях. Увидев девушку, она улыбнулась. — Отчёт, — Ванда потрясла тоненькой папочкой в своих руках. — Какой именно? О том, как вы с Роджерсом обезвреживали преступников, взявших в заложники группу японских туристов? Это, кажется, твоё третье задание? Молодец, набираешься опыта. Кстати, отчёт о вашем задании со Старком ты написала просто блестяще. Мне понравился твой слог, ты не забыла ни единой детали, хотя сдала отчёт с дичайшим опозданием. Умничка, — похвалила её Мария, чем ввела Ванду в лёгкое состояние шока. — Эм… Но я ведь так и не сдала его… — Как не сдала? Вот же он, — Хилл потрясла перед её носом красной папкой, раскрыла на последней странице и показала Ванде. — Твоя же подпись? Девушка глупо уставилась на закорючку в конце поля и дату. Позавчерашнее число. — Ты, кажется, переутомилась. Сходи отдохни. Ванда в оцепенении хлопала ресницами и всё ещё удивлённая, наконец, медленно вышла из архива, прикрыв за собой дверь и забыв отдать новый отчёт. Она же не совсем свихнулась? Она же прекрасно помнила, что ничего такого она не писала и подписей никаких не ставила. С секунду она в задумчивости кусала губу и до неё, наконец, дошло. Старк.

***

Ванда прожигала взглядом дыры в затылке Старка, надеясь, что от этого на его голове образуется залысина, которая испортит его идеальный ухоженный вид и понизит самооценку. И гадала, сколько Тони заплатил генералу Россу, чтобы тот постоянно ставил его ей в напарники. Слава богу, сегодня с ними была Наташа, это удерживало Ванду от гневных ядовитых слов в ответ на шуточки Тони. — Что за жизнь, грубую мужскую работу должны выполнять прекрасные женские ручки, — он тянул волынку сарказма всю дорогу, успев применить весь свой богатый арсенал шуток за каких-то полчаса, не умолкая ни на минуту. Это дико бесило, Ванде хотелось сосредоточиться, немного побыть в тишине, но голос Старка, пусть и фоном, выводил из состояния равновесия. — Надеюсь, ты хотя бы сегодня не будешь лезть под пули? — Старк подошёл ближе, ухмыльнулся, и девушке захотелось кинуть в него что-нибудь тяжёлое или острое. Она с таким трудом старалась игнорировать Тони, что её буквально всю трясло. А Старку так и хотелось обратить на себя её внимание. Он шутил, каждый раз косясь на хмурую девушку, в надежде, что та хотя бы улыбнётся. Но надежды таяли, и Тони с каждой минутой всё яснее осознавал, что Ванда улыбнётся лишь тогда, когда он поскользнётся и сломает себе что-нибудь. Например, шею. У Тони вообще всегда было ощущение, что она какая-то неполная, что чего-то ей не хватало. Потом он вспоминал Пьетро, и ему снова становилось её жаль. От внезапно нахлынувшего желания подойти и обнять её, Тони впал в ступор и, наконец, на счастье Ванды, заткнулся. — Ты сегодня какой-то странный. Ты случаем не пьян? — Наташа подозрительно оглядела Тони, и тот отвернулся, сделав вид, что обиделся. — Ты говорила, что у них будет от силы бомб пять. Наташа, ты уверена, что умеешь считать? — в ужасе прошептала Ванда, кивая в сторону двадцати чемоданов. Они находились в ангаре для самолётов, за огромными деревянными ящиками, стараясь вести себя тихо, чтобы пятеро темнокожих бандитов не заметили их. Наташа выглянула из-за угла, присвистнула и втянула голову обратно. — Кажется, уже не умею. Чёрт возьми, генерал не говорил, что их будет так много. Если нас заметят, то в воздух взлетит не только ангар, но и деревушка поблизости. — Значит, надо вывести их отсюда и позвать сапёров, — влез Старк. — Не получится. Ты не сможешь вывести отсюда всех. Кто-нибудь да останется сторожить эти штуки. Нам нужно подкрепление. База, это Чёрная Вдо… — Подожди. Я могу ранить каждого из них прежде, чем они что-либо предпримут. — Но Росс просил оставить их в живых, нам надо знать, кто эти бомбы спроектировал. Генерал сказал, что они нового поколения, современное оборудование их просто не выследит. Ты представляешь, что можно сделать, обладая таким оружием? К тому же в кабине самолёта сидит ещё один, и уж его-то ты подстрелить не сможешь. Там бронированное стекло. Если он учует, что что-то пошло не так, он активирует бомбы. А знаешь ли, я ещё слишком молода, чтобы превратиться в фарш, — фыркнула Нат. С секунду они помолчали, как Наташа до ужаса хриплым шёпотом поинтересовалась: — А где Ванда? Старка будто холодной водой облили, он резко встал, пытаясь понять, куда исчезла девушка, пока они с Вдовой обменивались комментариями, как Наташа пнула его, заставляя сесть. — Ты кретин? Нас же заметят, не высовывайся или будь аккуратен! — Нас заметят быстрее, если схватят Ванду, — в панике зашипел Тони. — Ванда, это Романофф, чёрт возьми, куда ты делась? Немедленно вернись обратно! — Что за самоволка? Кто учил её игнорировать приказы? — разозлился Старк, понимая, что Ванда могла просто-напросто выкинуть наушник. Он быстро надел на голову шлем, успев больно оцарапать себе ухо, и принялся лихорадочно искать глазами движения на экране. — Вот она, — прошептала Наташа, и Тони вскинул голову. Ванда была в нескольких метрах от болтающих на непонятном языке бандюганов, пряталась за грузовиком, готовая в любую секунду выскочить и поджарить им мозги. Старк видел на кончиках её пальцев красные искры. — Чёрт! Её надо спасать! — чуть ли не закричал Старк, но Наташа снова на него шикнула. — Подожди! — Она нас подставляет, это опасно! — Подожди! Она сделает всё намного быстрее, если мы не будем ей мешать. — Мешать? Ты хочешь, чтобы она одна справилась с пятью бугаями? Ты их видела? А тот шестой, что в самолёте? Я иду… — Да стой ты! Нас всё равно прикрывает Клинт… Но Старк уже сорвался с места, заставив Наташу так смачно выругаться, что у любого уши бы свернулись в трубочку. Между тем Ванда обошла грузовик, выжидая, пока хотя бы один из преступников подошёл бы ближе. Удача вскоре улыбнулась: самый высокий и худощавый из них, двинулся в её сторону, чтобы взять что-то из кабины грузовика. Он улыбался, но замер, вдруг увидев её, глаза его округлились от удивления, губы дёрнулись в крике, но Ванда быстро подскочила к нему, хватая своими холодными пальцами его виски. Мужчина замер с открытым ртом и выпученными глазами, парализованный, не в силах что-либо сказать или двигаться. Секунда, перед её глазами промелькнуло что-то красно-жёлтое и террориста снесло, выбросило на пол ангара, стремительный ветер растрепал Ванде волосы, и она чуть не упала, успев зацепиться за кузов. — Добрый вечер, прекрасное время для того, чтобы быть пойманными, — громогласно объявил Железный человек, зависая над потолком. Ванда издала злобный стон. Старк опять всё испортил! Подставил их, сорвал операцию, а у неё уже всё почти получилось! Пока бандиты отвлекались на зависшего в воздухе Железного человека, одна стрела с транквилизатором пришила одного из них, вторая внезапно промахнулась, застряв в грузовике. Мужчины закричали, их крик потонул в звуке автоматной очереди. Старк что-то комментировал, но Ванда его не слышала. С перекошенным от злости лицом она волной разметала по углам ангара преступников, заодно досталось и Старку. С особым удовольствием девушка впечатала его в потолок, лишь чудом не задев лежащие у её ног чемоданы со взрывными устройствами. — Эй! Дёрнешься — снесу всё вокруг, — закричал тот самый шестой, что сидел в самолёте. В руках он держал что-то похожее на пульт, палец надавил на кнопку. Из самолёта он не выходил, зная, что здание окружено снайперами. Ванда замерла, стараясь не двигаться, растерянно хлопая ресницами. — Если я отпущу кнопку, то всё здесь взорвётся к чертям! — крикнул мужчина. Ванда едва заметно покачала головой. Надо было что-то сделать с его рукой, чтобы мышцы словно превратились в камень, лишая возможности убрать палец с кнопки. Если её отпустить — всё взорвётся. Но было слишком далеко, силуэт мужчины был едва заметен, тот хорошо прятался. — Чего ты хочешь? Но мужчина молчал, явно понимая, что нет смысла просить о чём-либо: он окружён и живым его явно не выпустят. Ванда медленно протянула руку к своему наушнику и включила его. Мгновенно в ухо ударил звонкий голос Наташи: — … в самолёте, в котором он сидит, нет топлива. Чтобы улететь отсюда, ему нужно перебраться в вертолёт, на котором он прибыл. А он стоит снаружи. Он должен будет выйти из своего убежища, если хочет сбежать. — Не думаю, что он вообще собирается уходить… — с сомнением прошептала Ванда. — Предлагаю тебе немного отойти от чемоданов, — посоветовала Наташа, и девушка подчинились, прекрасно понимая, что это не особо поможет. — Вот же влипли. — Так, без паники. Где Старк? Немедленно выбирайтесь отсюда! Мигом, — Ванда не сразу поняла, чей голос слышит. Ей понадобилось несколько долгих секунд, чтобы узнать Бартона. — Живо! — А он даст нам уйти? — Не время думать об этом! Старк, мать твою, хватит спать, где ты? Девушка резко обернулась, собираясь последовать совету Клинта, и испуганно охнула: прямо перед ней стоял один из мужчин, лоб его был весь в крови, кажется, она удачно его приложила. — Далеко собралась, детка? — и потряс в воздухе пультом, крепко зажатым в правой руке. Он быстро нажал на кнопку и столь же быстро отпустил. Ванда с ужасом осознала, что он только что сделал, и обернулась, чтобы взглянуть на чемоданы, как нечто красное и быстрое схватило её и потащило прочь из ангара. Девушка успела увидеть яркую вспышку, крепко зажмурилась, цепляясь ногтями за холодный металл, почувствовала, как крепкие железные руки больно стиснули её спину. И вскрикнула, когда заметно приложилась лопатками об землю, ударившись о камни затылком. В ушах страшно зазвенело, и где-то на заднем фоне раздался мощнейший взрыв, через несколько секунд жуткий ветер разнёсся по траве, в которую вцепилась Ванда, ногтями вспахивая землю. — Живая? Живая? Холодные металлические пальцы похлопали её по щекам, убрали спутанные волосы с лица. Ванда с трудом разлепила свинцовые веки: лицо Старка без шлема маячило перед глазами, двоилось, а то и троилось. Тони почувствовал такое облегчение, что едва сдержался от того, чтобы не стиснуть девушку в порыве радости, остановило лишь то, что она могла получить ранения, и он бы сделал ей очень больно. Ванда откашлялась, поморщилась, пытаясь перевернуться на бок. Всё тело ломило, безумно болело плечо и правый бок, Ванда охнула и скрючилась, понимая, что Старк её придавил и ей не встать. — Живая. Живая, я так испугался… — Слезь. — Что? — Слезь с меня! Мне больно! — захрипела Ванда, отталкивая от себя Тони. Она, держась за больное плечо, кое-как встала и тут же застыла, глядя на пожар, бушующий на месте ангара. Они оказались от него довольно-таки далеко. Ванде было больно стоять, и Тони попытался было поддержать её, но девушка в довольно резкой форме оттолкнула его. — Это всё из-за тебя! Если бы ты не лез, куда не надо, ничего бы не было! Ванда была похожа на разъяренную фурию, и Тони растерялся. — Я спас тебя! Снова. — Если бы не вмешался, не пришлось бы спасать! — Ты снова лезла на рожон! Тебя бы заметили и пристрелили. — У меня всё получилось, это ты всё испортил! Снова. Девушка ударила его кулаком в реактор, отбила пальцы и зашипела от боли. Когда Старк положил ей руку на плечо, пытаясь успокоить, скинула её и разразилась ругательствами на своём родном языке. — Ты всегда всё портишь, это у тебя в крови. Ты никогда не успокоишься. Как я тебя ненавижу! Будь ты проклят, Тони Старк, — в голосе Ванды слышались слёзы ярости, и Тони просто не нашёлся, что ответить.

***

— Что это с тобой? — Наташа интересуется шёпотом, потому что громко говорить ей не хватает сил. Она получила несерьёзные осколочные ранения, но врачи решили оставить её на пару дней в больнице. — Ты о чём? — О Ванде. Что с тобой? С каких пор? Выражение лица у нее лишь слегка удивлённое, любопытное, но воспринимающее всё как данность, не лезущее в душу. — Просто… — Старк засунул руки в карманы брюк, застывая у распахнутого окна. — Немного беспокоюсь за неё. Пока я рядом — ещё могу прикрыть, а вот когда работает с другими… Как бы всё не закончилось раньше времени. Она словно ищет опасности, она просто буквально хочет быть в эпицентре взрыва. Что с ней не так? — По-моему, ты её слишком опекаешь. Словно наседка. Её это бесит. И вообще, Старк, открой свои глаза. Ты хоть понимаешь, с кем ты связался? Это всё равно, что пытаться защитить Терминатора от уличных хулиганов. Старк не понимал, поэтому Наташа лишь слабо махнула на него рукой. — Что мне сделать? — А чего ты хочешь добиться? — Её благосклонности. Наташа издала слабый смешок. — С этим будут дикие проблемы. Для неё ты изначально самый худший человек в этом мире. Враг номер один. И вообще, поверить не могу: Тони Старк да проявляет заботу к кому-то кроме себя. — А ты хочешь, чтобы опять на одного Мстителя стало меньше? Я говорю про Брюса. — Ты дерьмо, — улыбка Наташи сползла с её лица, и она отвернулась. — Я знаю. — Это знает и Ванда. Старк в задумчивости приблизился к больничной койке. — Прости. Просто я… чёрт, я даже не знаю, что со мной происходит! — Любая глупая курица бы кинулась в твои объятия, потому что ты миллиардер, обладатель смазливой мордашки, а ещё Железный человек. — Но Ванда не курица. — Вот именно! — воскликнула Наташа, вскакивая. — Вот именно! — Может, мне извиниться перед ней? Наташа удивлённо распахнула глаза и приоткрыла рот. И тут же его захлопнула. — Старк… Не перегрелся ли ты часом в своём костюме? Ты и извинения? Серьёзно? — Да ну тебя, я прошу о помощи, а ты смеёшься…

***

Наташа была права: Старк и извинения — это словно смешать кетчуп и мёд. Мерзко и тошнотворно. Даже не войдя в двери, Тони понял, что подходить к Ванде не стоит. Она держала в руках пистолет, сосредоточенно целилась в муляж и выглядела до предела раздражённой. Выстрелы прорезывали тишину, заставляли нервно вздрагивать. И только лишь когда она разрядила всю обойму и отдала пистолет стоящему рядом Клинту, Старк решился к ней подойти. — Не думаю, что сейчас подходящее время, — предостерёг Бартон, но Тони его проигнорировал. Ванда с серьёзным видом, не отвлекаясь, изучала манекен, которому она четырежды прострелила голову. Старк подошёл к девушке вплотную. — Я предупредил, — пропел Клинт, отходя чуть в сторону. На шаг. — Надо поговорить. Ванда молчала, не отрывая взгляда от манекена, скрестив руки на груди. Старк заметил на её правой скуле лёгкий синяк, на губе — порез. Волосы она собрала в высокий хвост, обнажив шею, и на секунду Тони задержал на ней взгляд, отмечая любовь девушки к различным кулонам. — Я спас тебя. «Нет, не с того начал». — Я беспокоился за тебя. — Плевать я хотела на твоё беспокойство. Тони опешил от таких грубых слов и растерянно посмотрел на Клинта, словно ища помощи. Тот лишь пожал плечами. — Если бы не я, то ты бы погибла. Бартон покачал головой, намекая, что Старк говорит совсем не то, что нужно. — Если бы не ты, не было бы проблем! — разъярилась Ванда, поворачиваясь к Тони всем корпусом. — Если бы не ты, я бы без последствий обезвредила тех уродов, не раздался бы взрыв, не ранило бы Наташу, и Росс бы не разозлился! Он же просил оставить их в живых! И всю ответственность за это дело он возложил на меня и отстранил от заданий! Спасибо тебе большое, Тони Старк, — почти сплюнула она и влепила ему такую смачную пощёчину, что Тони даже отшатнулся. Он прикусил язык и аж задохнулся, скорее от удивления, чем от боли. — Я хочу, чтобы ты знал, как я тебя ненавижу. — Я же беспокоился за тебя… Защищал. — Защищал? Меня? Ванда обернулась, стремительно выхватила из рук Клинта вновь заряженный пистолет и наставила на Старка. — Ванда… Девушка дважды нажала на курок, Тони в ужасе зажмурился, автоматически вызывая костюм. Бартон хмыкнул, едва сдерживая смех, и Старк открыл глаза. Две пули застыли у него прямо перед носом. — Ты хоть понимаешь, кого ты защищаешь? — бросила Ванда и вновь выстрелила, пуля вылетела из дула и замедлила своё движение, пролетев прямо перед лицом Тони, обогнула его, оцарапав щёку, просвистела возле уха и попала в манекен, что стоял прямо за спиной Старка, сделав немыслимую дугу. Словно в фильме «Особо опасен». — А теперь скажи мне, могу ли я за себя постоять? Тони сглотнул, вскидывая руку, чтобы костюм уже влетевший в двери, застыл на месте. Он встретился с Вандой глазами, с её холодными злыми глазами, в которых пылало пламя. Несмотря на то, что его только что осадили, она показалась в гневе ему такой прекрасной. — Не вставай на моём пути, не мешай мне жить, — процедила она, делая к нему шаг, буквально касаясь своей грудью его груди. Она ушла, смерив его презрительным взглядом, оставив стоять, ощущая жуткое чувство вины и недоумение. — По-моему, твоя сверхспособность заключается в том, что ты дико бесишь людей, — вставил Клинт.