Эпидемия

3. Резкий грохот заставил кроликов вернуться в реальность. Лекси от неожтданности отскочила от дивана и врезалась в стол ногой. Потирая ушибленную лодыжку, крольчиха заставила замок раствориться. Дверь распахнулась. В общую вбежал Тек. - Эйс! Лекси! Быстро! В лабораторию! Кролики сорвались с места и в считанные секунды прибежали в лабораторию Тека. Там находился Рев. Вел он себя очень странно: рн бегал от стены к стене и врезался в них. - Рев, ты в порядке? – обеспокоенно спросила Лекси. Рев, услышав голос, перестал биться головой о стену и обернулся. - Лекси! – воскликнул он и, подбежав к крольчихе, начал ощупывать ее руки, плечи и пояс. – Ты чувствуешь, как я тебя касаюсь? - Д-да. - А я нет. Я не чувствую, как я тебя касаюсь. То есть я касаюсь, но не чувствую это. Хорошо, что ты чувствуешь. Это катастрофа, это трагедия, это очень нехорошо, это очень плохо. И, с точки зрения науки, это невозможно, нереально и нелогично, ведь так..? - По моим расчетам, ты лишился одновременно всех чувствительных функций, - забубнил Тек, перебивая Рева, - твоя нервная система отказалась отказалась от всех чувствительных нейронов, и они перестали принимать нервные импульсы. - Объясни нормально, мистер гений, - рассердилась Лекси. Она держала в своих руках руку Рева. Тот другой рукой вцепился в ее плечо, как слепой. - Для особо одаренных: Рев теперь ничего не чувствует, что бы мы ему не сделали, - пояснил койот, - если ты его сейчас толкнешь, ударишь, наступишь на ногу, он ничего не почувствует. - Я щас кого-то толкну! – воскликнула Лекси и сердито посмотрела на Тека. - За что? - За “особо одаренную”. - Ну, извини. - Не “ну, извини”, а “извини, Лекси, больше никогда я не назову тебя особо одаренной”. - Извини, Лекси, больше никогда я не назову тебя особо одаренной, - повторил койот. Лекси улыбнулась. - Так-то лучше. А теперь нам надо разобраться с Ревом. У меня много вопросов, такие как “Как это случилось?”, “Когда?” и “Где?” - Э-э-э, - впервые в жизни Рев замялся, - я был вместе с Теком в лаборатории. Помогал ему с кибернетической динамической аква-пушкой. Когда я переставлял квази-детали, что-то случилось со мной. Руками я перестал чувствовать холод квази-деталей, а ногами – пол. Я чувствовал себя, как джинн. Даже любые повороты туловища я не воспринимал. - То есть ты остался таким же, только теперь ты ничего не чувствуешь, - Эйс не спрашивал, а утверждал. Рев кивнул. - Это настоящая загадка, - усмехнулась Лекси. - А кто у нас лучше всех разгадывает загадки? Действует больше логикой и интуицией, а не наукой? – лукаво спросил Тек, глазами указывая на Лекси. Эйс понял намек. Лекси тоже поняла. - Я за вас всю черную работу делать не собираюсь! Я вам не крепостная крестьянка! - А мы этого и не говорили..! - Но подумали! Тут уже Теку нечего было возразить. - Рев, - крольчиха обратилась к страусу, - останешься здесь, Тек тебя протестирует на чувствительность нейронов. Рев кивнул. - Эй, а меня кто-нибудь спросил? – возмутился койот. - А если бы с Ревом случилось что-то более ужасное, ты бы тоже уперся ослом и ничего бы не сделал для него? Тек замялся. - Останешься здесь и просканируешь Рева, - раздельно повторила она. Тек сглотнул и кивнул. - Вот и умница, - Лекси потрепала Тека по щеке и вышла из лаборатории. Вслед за ней вышел Эйс. - Лекс…, - начал он. - Это только начало, - тихо произнесла крольчиха. - Что? – не понял Эйс. - Это только начало, - уже громче сказала Лекси, - то, что Рев физически пострадал – это не случайность. Я чувствую, что то же самое случится с нами в скором времени. И следующим будет Утка…