My amazing husband

Сегодня был слишком важный день, чтобы ты могла в полной мере сосредоточиться на работе, ведь ровно год назад вы с Чонгуком поженились. Ты с особым трепетом в душе вспоминала столь знаменательное событие и до сих пор не могла поверить в то, что этот шикарный во всех смыслах мужчина принадлежит тебе одной. Чувства между вами не угасали, а с каждым прожитым днем только набирали обороты. Вы любили делать друг другу спонтанные сюрпризы, организовывать романтичные свидания, совершать совместные вылазки на природу, да и просто уделять друг другу как можно больше внимания, но последнюю неделю Чонгук словно не замечал тебя. Тебя настораживало то, что твой обожаемый супруг приходит домой слишком поздно, не дарит тебе привычные ласки и ведет себя слишком холодно по отношению к тебе. На любой твой намек на близость он отрицательно реагировал, ссылаясь на усталость, хронический недосып и завалы по работе. Но ты ведь тоже не сидела дома целыми днями — ты тоже выматывалась в офисе и все же желала побыть наедине с любимым человеком. Все это казалось тебе чересчур подозрительными. И в такой важный день — в первую годовщину вашей свадьбы — Чонгук даже не поздравил тебя. Он встал рано утром, пока ты еще спала, и уехал на работу. Ты проснулась со слезами на глазах, ведь ни записки, ни цветочка, ни самого мужа не оказалось рядом. Твоей утренней компанией было мрачное, тоскливое одиночество, пропитанное горькой обидой. Ты довела себя до такой стадии, что начала подозревать Чонгука в измене. Быть может, он нашел другую женщину и проводит все свободное время с ней? Иного объяснения его поведению ты найти не могла. Усталость после работы — банальнейшее оправдание, которым кормил тебя муж вот уже который день, и ты послушно глотала приготовленное им лживое блюдо. На работе тебе пришлось туго: все мысли были забиты годовщиной, внезапно охладевшим Чонгуком, счастливыми воспоминаниями о свадьбе и выдуманным образом чужой женщины, с которой твой супруг мог тебе изменять. Даже начальница, всегда казавшаяся тебе злобной мегерой, заметила твое настроение (точнее, его отсутствие). — Кэтрин, дорогая, в чем дело? — она подошла к тебе, пока ты заваривала свежий кофе, и обняла за плечи. — На тебе лица нет. — Ничего, миссис Томсон, все в порядке, — на твоем лице промелькнула грустная улыбка, а дрожащая рука медленно помешивала кофе. Вдруг ты воодушевленно посмотрела на свою начальницу. — Миссис Томсон, загрузите меня работой. Вот прям до самой ночи. Я хочу остаться в офисе и заняться делами. Мне спешить сегодня некуда... Между вами пронеслось то самое женское взаимопонимание. Начальница, поджав губы, утвердительно кивнула и повела тебя за собой в кабинет, чтобы дать побольше бумаг, с которыми нужно разобраться, отчетов, которые нужно подготовить, и прочей волокиты. Да, не думала ты, что проведешь вашу первую годовщину в такой обстановке и с таким настроением... За целый день от Чонгука не было вестей: ни звонков, ни сообщений, ни его спонтанного приезда в твой офис, как он раньше любил делать, чтобы порадовать тебя. Только ты, куча проклятых бумаг и пустой кабинет, в котором ты сидела в полнейшем одиночестве. Когда стрелка часов перевалила за одиннадцать часов вечера, ты глянула влажными, покрасневшими глазами в окно. На парковке не оказалось той самой машины, которую ты хотела бы сейчас видеть больше всего на свете (Чонгук частенько приезжал за тобой, не позволяя тебе засиживаться допоздна на работе). Сил плакать больше не было, голова раскалывалась то ли от усталости, то ли от обильных переживаний, и ты решила, что пора отправляться домой. Вагон метро плавно убаюкивал тебя, качаясь на рельсах. В наушниках играла спокойная музыка, заставляя тебя на какое-то время забыться. Ты сидела с закрытыми глазами и вновь переносилась в день вашей с Чонгуком свадьбы. Вот ты стоишь у алтаря в белоснежном пышном платье, а напротив он — такой красивый, в элегантном костюме и бабочке, улыбается и пожирает тебя влюбленными до смерти глазами. Теперь же эти глаза покрылись коркой льда и стали абсолютно равнодушными. Когда ты повернула ключ в замочной скважине и вошла в квартиру, то поняла, что дома никого нет. Неужели Чонгук забыл о столь значимом для вас обоих событии и предпочел провести грядущую ночь с какой-нибудь красоткой? От подобных мыслей на твои глаза снова навернулись слезы. Ты стояла в полнейшей темноте, даже не раздевшись, и тихо плакала, но вдруг чьи-то сильные руки крепко обняли тебя сзади. — Детка... Я чуть с ума не сошел. Где ты пропадала? — до боли знакомый голос прозвучал у тебя над ухом. Это был Чонгук. Он прижимал тебя к своей груди, касаясь мягкими губами твоей шеи. — Надо надрать задницу твоей начальнице. Ты была в полнейшем шоке. Застыв на месте, ты не могла вымолвить и словечка. Ты не знала, что делать и как быть. Что все это значит? Почему Чонгук так себя ведет? Творилась какая-то чертовщина, в которой тебе толком ничего не было ясно, но любимый муж прочел твои мысли и решил ответить на все висящие в воздухе вопросы. — Если бы ты знала, каких сил мне стоило отказывать тебе, — его руки нащупали молнию на твоем пальто и потянули зиппер вниз, чтобы расстегнуть предмет гардероба. — Целую неделю я не касался тебя, не целовал, не занимался с тобой любовью и сходил от этого с ума, а все ради того, чтобы устроить тебе сюрприз. Твое сердце заколотилось в бешеном ритме. Значит, он не забыл! Он все прекрасно помнит! Никакой любовницы не существовало, ваша любовь льется все тем же бурным водопадом. Чонгук решил разыграть тебя и подарить незабываемый вечер. — Прости, что заставил тебя нервничать своим поведением, — муж стянул с твоих плеч пальто, бросив его на пол. Вы все еще стояли в кромешной темноте и слышали громкое дыхание друг друга, что будоражило твою душу, — но я не мог иначе. Сейчас ты все сама увидишь, идем. Чонгук взял тебя за руку и повел за собой по коридору в спальню. Ваши пальцы были переплетены в замочек, как ты любишь, и от нахлынувших чувств ты еще крепче сжимала их. Супруг отвечал тебе тем же и едва сдерживался, чтобы не наброситься на тебя прямо сейчас, ведь его тело так истосковалось по тебе. — Иди ко мне, — Чонгук притянул тебя к себе, развернул лицом к двери и закрыл ладонями твои глаза. — Не бойся, я не дам тебе врезаться во что-нибудь. Любимый мужчина мягко подтолкнул тебя вперед собой, и ты послушно зашла в спальню. В нос приятной стрелой ударил запах аромамасел. Ты вдохнула поглубже и блаженно улыбнулась. Чонгук заметил твою реакцию и коснулся губами твоего плеча сквозь ткань платья, от которого он желал поскорее избавиться. — Нравится? Это мускус. В магазине продавщица сказала, что этот аромат действует на женщин как феромон, — твой муж сделал пару шагов вперед, заставив тебя пройти чуть дальше, и не спеша убрал ладони от твоего лица. Ты медленно раскрыла глаза и охнула от приятного удивления. На полу в самом центре спальни из горящих свечей было выложено огромное сердце, вокруг которого были раскиданы лепестки красных и белых роз. В «пылающем сердце» лежал аккуратный букет нежно-розовых пионов. Чонгук нагнулся, чтобы взять его, и протянул тебе цветы. — Любимая, я поздравляю тебя с нашей первой годовщиной. Ты так много значишь для меня, — он взял тебя за руку, все так же влюбленно глядя в твои мокрые от набегающих слез глаза. — Ты моя путеводная звезда, мой ангел, мое счастье и моя судьба. Я ни разу не пожалел, что решил связать свою жизнь именно с тобой. В целом мире не найдется девушки, которая смогла бы затмить тебя. Для меня ты навсегда останешься солнышком, что будет греть меня даже в самую пасмурную погоду. Я люблю тебя, Кэтрин, и моя любовь будет вечна. Слова Чонгука тронули тебя до такой степени, что ты не смогла сдержаться и расплакалась прямо перед ним. Он хрипло засмеялся и сжал тебя в своих тесных объятиях, по которым ты до смерти скучала. — Милый, я так люблю тебя, — сквозь слезы прошептала ты, уткнувшись лицом в крепкую грудь своего мужа, ощущая при этом его учащенное сердцебиение. — Я места себе не находила. Ты был так холоден со мной... Меня это убивало каждый день. Чонгук забрал букет из твоих рук, отложив его на ваше супружеское ложе, поднял твое лицо к себе за подбородок и изогнул губы в хамоватой улыбке, от которой у тебя всегда сводило живот в нарастающем возбуждении. — Я делал это специально, чтобы произвести нужное впечатление сегодня, — он опустил взгляд на твои губы, — а сейчас я покажу, как жарко люблю свою сексапильную женушку. Твой муж прижал свои ладони к твоим пылающим от румянца щекам и подарил тебе долгожданный поцелуй. Его губы мягко массировали твои, язык свободно проник к тебе в рот, чтобы тщательно его исследовать изнутри. Ты сходила с ума и готова была свалиться в обморок, ибо твои ноги стали ватными и совсем не держали тебя. Чонгук чувствовал твою слабость и еще сильнее прижимал тебя к себе, одурманивая тебя тягучими поцелуями в глубокий, жадный засос. Он громко, возбужденно дышал, сжимая от нетерпения пальцами твое хрупкое, дрожащее тело. — Моя Кэтрин, — горячо прошептал Чонгук, когда его губы переместились на твою шею. — Моя, только моя. Ты всегда будешь моей. Пока его губы и язык оставляли на нежной коже красные следы от собственнических поцелуев, ты ощутила, как его шаловливые руки накрыли твои ягодицы и крепко сжали их. Похоже, скоро придется избавиться от платья. Ты не теряла времени, и пока Чонгук вплотную занимался твоей шеей, ты тихонько постанывала, расстегивая пуговицы на его белоснежной рубашке. Он знал, как тебя заводят костюмы, и не стал упускать возможность порадовать тебя сегодняшней ночью своим видом. Когда с рубашкой было покончено, ты схватилась за нее пальчиками и потянула ее вниз, стягивая дорогую ткань с широких плеч возлюбленного. Он помог тебе, освобождая руки от совершенно ненужной в данный момент одежды, и томно заглянул в твои глаза. Чонгук простоял так несколько секунд, заставляя тебя сгорать от возбуждения своим страстным взглядом, а после рывком крутанул тебя так, чтобы ты встала спиной к нему. Он обхватил твою шею рукой, вплотную прижавшись к тебе сзади, чтобы ты смогла пятой точкой ощутить его вставший в брюках орган, и начал расстегивать твое платье, попутно покрывая короткой серией влажных поцелуев твой затылок, лопатки, линию позвоночника и прочие оголившиеся участки твоей спины. Твое платье упало на пол, и ты осталась в новеньком комплекте нижнего белья и чулках. Ты знала, как это будоражит Чонгука, и тайно радовалась тому, что не зря приоделась сегодня. Ласки прервались на несколько мучительных секунд, и ты хотела развернуться к мужу, чтобы получить добавку, но он остановил тебя, схватившись пальцами за твои ноги. По этому жесту ты поняла, что он стоит позади тебя на коленях. Тебе стало неловко, но чувство смущения испарилось в тот момент, когда губы Чонгука прикоснулись к твоей пояснице. Они ласково исследовали каждый миллиметр сего участка тела, блуждая по нему еще и горячим, мокрым языком. Ты не знала, куда себя деть. Еще немного, и обморочное состояние точно накроет тебя своей волной. — Чонгук... — в бреду зашептала ты, когда пальцы мужа мертвой хваткой вцепились в твои упругие ягодицы, а его зубы оставили после слабого укуса неосторожный след на пояснице. — Да, любовь моя? — спросил он, стягивая с тебя трусики вниз по твоим ногам. — Я так больше не могу... Издав мучительный стон, ты притопнула ногой совсем как дитя, развеселив тем самым Чонгука, который мягко покусывал твои ягодицы, не прекращая мять их руками. Но вместо того, чтобы послушаться, твой муженек повернул тебя к себе лицом и поднял голову вверх. Он смотрел прямо в твои глаза, стоя перед тобой на коленях, и поглаживал теплыми, слегка шершавыми ладонями твои бедра. — Мне нравится мучить тебя, — признался он, чмокнув тебя в живот, и наконец поднялся на ноги. Непрерывно глядя в твои глаза, касаясь своими губами твоих, Чонгук справился с застежкой бюстгальтера и избавил тебя от его тесных оков. Теперь ему ничего не мешало прикоснуться к твоим округлым прелестям, которые он так обожал, но прежде он легким движением подхватил тебя на руки, крутанулся на девяносто градусов и осторожно опустил тебя на мягкую постель. Ты отползла назад, ближе к подушкам, позволяя своему мужу присоединиться к тебе: он пожирал тебя глазами, нависая над тобой, и на ощупь пытался расстегнуть ремень на своих брюках. В постели главенствующая роль всегда была отдана Чонгуку, и тебе это даже нравилось, ведь он был искусным любовником, на твердую пятерку знал твое тело и волшебным образом угадывал все твои желания, доводя тебя за одну ночь как минимум до двух оргазмов. Сегодня он тоже был сверху. Ты лежала под ним и смотрела в его темные, опьяняющие глаза. Как же ты любила своего мужа... Ты готова была пойти на все ради него, как и он ради тебя, и ты боялась говорить об этом вслух, ибо тебе не хотелось спугнуть это возвышенное чувство, живущее в ваших сердцах. Супружеская жизнь не убила, а лишь раззадорила пуще прежнего любовь, которой вы задаривали друг друга до потери пульса. Пока Чонгук упивался твоим чарующим взглядом, ты вольно блуждала руками по его широкой спине, оставляя после своих острых ноготков красноватые полосы, и постепенно спускалась ниже к его ширинке, что приняла напряженный объем из-за мужского возбуждения. Когда же твои пальцы нащупали окрепший член и сжали его, Чонгук издал приглушенный стон, опустив голову. Ты поняла, что терпеть он больше не может, и стянула с него брюки, которые стали для него слишком тесными. — Я так люблю, когда ты играешься с ним, — прошептал он тебе на ухо, вжимая тебя в постель своим накаченным телом. Чонгук блуждал языком по твоей ушной раковине, ты блуждала рукой по его вставшему детородному органу, который желал ворваться в твое разгоряченное тело. Муж хрипло нашептывал тебе всевозможные пошлости, одновременно с этим целуя тебя то в ушко, то в область за ним, то в шею, то в плечо, то в ключицу — в общем, его губы побывали в тех местах, до которых смогли дотянуться, пока ты заставляла его постанывать и нервно, громко дышать своими ласками. Через несколько мгновений Чонгук не выдержал. Он схватил тебя за запястья, прижав твои руки к подушке, склонил голову и принялся осыпать жадными, нетерпеливыми поцелуями твою грудь, что вздымалась вверх от тяжелого дыхания. Твой возлюбленный нежно касался губами затвердевших сосков, плавно очерчивая их кончиком языка, втягивал их в себя и наслаждался твоими стонами, являющимися лучшим доказательством его сексуальности. — Я без ума от тебя, моя миссис Чон. Ты готова была испытать оргазм без посторонней помощи, услышав эту фразу, сказанную твоим мужем. Подобные слова всегда особо нежно ласкали твой слух и заставляли тебя чувствовать себя по-настоящему счастливой. Чонгук поднялся так, чтобы ваши глаза встали на один уровень, пошире раздвинул твои ноги и медленно погрузился в твое тело. Его лицо исказила искра экстаза, как только он почувствовал твой жаркий, узкий плен. Он позволил себе застыть на несколько секунд, после чего выпрямился, забросил одну твою ногу себе на плечо и начал плавно, не спеша двигаться в тебе. Ты не была в силах даже просто раскрыть глаза. Тебе было слишком хорошо... Чонгук сегодня был нежен и ласков, он не срывался на грубые и быстрые рывки, думая, в первую очередь, о твоем удовольствии. Он смотрел, как ты извиваешься, слушал, как ты стонешь, и постепенно ускорялся, глубже проникая в твое податливое тело. Не прекращая движений, Чонгук опустил твою ногу и вновь склонился над тобой. Крепкое мужское тело максимально плотно прижалось к тебе, начиная возбуждающе тереться о твое — влажное и мягкое. Ты зарылась пальцами в густые волосы своего мужа, постанывая ему прямо в ухо, что пробуждало в нем зверя, готового вырваться в любой удобный момент, и ты ощутила это в следующие же секунды. Чонгук активнее набирал скорость. Он все быстрее и глубже входил в тебя, яростно вколачивая тебя в кровать, которая успела многое повидать. Ты уже не сдерживала себя и стонала так громко и протяжно, как хотелось именно тебе. Твои ногти оставляли на спине Чонгука яркие полосы, принося ему незначительную боль, из-за которой он сдавленно шипел. Тебе хотелось помочь ему: ты обхватила ногами его бедра и стала самостоятельно двигаться, но он недовольно простонал, шлепнув тебя по заднице. Да-да, он главный, разумеется... Редко случается, когда партнеры приходят к оргазму одновременно, но у вас с Чонгуком происходили подобные чудеса. Сегодняшняя ночь не стала исключением. Когда низ твоего живота скрутило в тугой узел, когда твое сердце стало отбивать ритм чечетки, ты ощутила, как ритмично двигающийся в тебе член запульсировал. Вы с Чонгуком издали мелодичные, громкие стоны, крепко-крепко прижимаясь друг к другу влажными от испарины телами. — Чонгук, ты... Я... Мы... — занервничала ты, пытаясь успокоить дыхание, когда поняла, что Чонгук излился прямо в тебя. Он ласково посмотрел в твои глаза, убрал мокрую прядку волос с твоей щеки и пылко, страстно поцеловал тебя в губы. Его лоб соприкоснулся с твоим. Ты любила и знала этот жест, который означал, что все в полном порядке. — Я буду счастлив, если у нас появится малыш.