Омега-style

Вообще-то поговорить и расспросить кого-либо нам с Ольсенем не удалось. Папуля сообщил, что поскольку предыдущей ночью персонал практически не отдыхал, то сегодня короткий день, и он планирует разогнать всех по домам. Потом ещё промурлыкал Ольсену, что мое драгоценное тело оставляет на его попечение. Альфа покладисто кивнул и повел меня к своей машине. Я же только сжал челюсти. Поговорю потом с папочкой, поговорю! Зачем вот так меня подставлять? Между прочим, у меня с сексом ещё те проблемы! Искать неболтливых омег, да таких, кто не знает меня в лицо, вообще бесперспективное занятие. Раза два в год я летаю на экваториальные острова. Там можно всегда развлечься, не опасаясь за свою репутацию. Да и островные шлюшки светскими делами на материке не интересуются. Но в остальное время мне приходится снимать напряжение, так сказать, собственными силами. А папочка еще мне такого красавчика в сопровождение отрядил. Впрочем, возможно, я на родителя наговариваю. Если принять во внимание репутацию Ольсена, то он профессионал высшего класса и распускать руки не станет. Тем не менее по дороге домой продолжал хмуриться и молчать. – Так я завтра с утра заеду за тобой? – поинтересовался альфа уже возле дома. – Тебе-то зачем все это? – недовольно буркнул я. – Там и без твоего присутствия народу побывало немало. Полицейские замучаются у всех алиби искать. – Все равно. Лучше самим разобраться. – А то мы специалисты, – продолжал я ворчать, хотя и припомнил, что с меня господин Хакан ещё не одну статью стрясет. В бараний рог скрутит, но стрясет. – Вообще-то я на юридическом учусь, последний курс, – вклинился в мои размышления Ольсен. – Да? – не поверил я такому заявлению. – Мне казалось, что по возрасту на студента ты не тянешь. И работа у тебя специфичная, – как можно деликатнее озвучил я все то, что промелькнуло в голове. – Я на заочном. Плюс два года брал академа. А так мне действительно уже двадцать пять, – сообщил альфа. И снова меня удивил. Но о встрече мы с Ольсеном договорились. Я же практически сразу засел за написание статьи. Потом ещё позвонил Юни, попросил у него немного снимков благотворительного вечера. Общих кадров зала и, конечно, двери в офис. Пояснил фотографу, что это мне для статьи на сайте журнала «Все стили». Фотограф у нас понятливый. Сам разберется, что лучше. Юни мои надежды оправдал. Идеально подобрал снимки к тому, что я уже успел настрочить. Мне же осталось это только разместить поочередно в промежутках между текстом. Хотя последний кадр с Ольсеном я не стал прикладывать. Юни точно профессионал своего дела. Успевает увидеть то, на что другие и внимания не обратят. Вот и сейчас я разглядывал красивый профиль альфы, что мне так понравился на одном из кадров. Это явно прислано не для статьи. Вздохнул и переместил снимок в личную папку. Потом подрочу, как и собирался, «на светлый образ». А с утра пораньше заявился этот «светлый образ» с пакетами. Сообщил, что дома не завтракал и планирует меня тоже накормить. Я мрачно взирал на выгружаемую снедь в мой холодильник. И напомнил Олли, что вообще-то на своей карьере модели крест ещё не поставил. – Так, может, мне у тебя еще ужинать придется, – поведал этот нахал. Как-то я сразу засомневался в том, что слышал до этого о репутации этого альфы. Он же, кажется, только на работе ни-ни с омегами. Контракта на хост-услуги с этим самцом я не имею. Но хочу-у-у-у! Ух, как хочу! Перевернуть на живот и оттрахать. Мда. Тут еще Ольсен как раз в пикантную позу встал, выкладывая что-то мясное на полку холодильника. Щеки мне разом опалило румянцем. Подхватился и рванул в ванную. Минут пять пытался остудить себя холодной водой. Зато потом застал Ольсена за приготовлением завтрака. Обычный омлет. Мне с зеленью, ему с сыром и беконом. Я же налил в чашки кофе, и мы душевно позавтракали. Попутно обсудили план действий на день. – Вначале Корра. Потом омежка-модель. Если не застанем его в студии, то можно и домой смотаться, – предложил альфа. С Корра Фра беседа получилась неоднозначной. Ольсен сразу сообщил, что якобы видел альфу, входящим в коридор офиса, и попытался узнать, что глава СБ там делал. – Вообще-то это моя работа проверять помещения во время таких мероприятий, – отозвался сухо Корра. – А почему вы об этом не сказали? – подключился я к импровизации. – Потому что никто не спрашивал, и допрос в полицейском участке у меня сегодня в час дня, – снова огрызнулся альфа. И, собственно, на том наши расспросы закончились. Уже чуть позже я сообразил, что мы могли спросить безопасника, видел ли он кого или нет в коридоре. Но возвращаться не стал. Еще минут через десять мы выяснили, что Алелана сегодня точно не будет в студии. Зато его номер телефона и адрес раздобыли. Ольсен предлагал по телефону все расспросить. Я же припомнил, что этот омежка явно неравнодушен к Ольсену. И, возможно, увидев в непосредственной близости объект своей страсти, сообщит нам гораздо больше, чем по телефону. В общем, уговорил альфу. Правда, переться пришлось на другой конец города. Зато омегу мы словили буквально «тепленького». Время было послеобеденное, а он, судя по пижамке, только из кровати выбрался. Потом мы минут сорок ждали, пока омега приведет себя в достойный вид и соизволит выйти. Для себя на будущее зарубку поставил. Нужно было все же позвонить, сообщить, что приедем. Тогда бы ждать не пришлось, пока лак на ногтях у Алелана просохнет, и он посчитает себя готовым к встрече с альфой (мг... альфами. Я же вроде тоже самец, правда, об этом никто не знает). В этот раз инициативу перехватил я. – Ель Илькан объявил премию за сведения о том вечере, – огорошил я омегу почти сразу. Ольсен удивленно приподнял бровь. А что? Подам папочке идею. Вдруг сработает? – Ты, когда выходил из коридора, никого не заметил? Омега побледнел. Губенки его затряслись. – Я не заходил в офис, – все же пролепетал Алелан. – Ольсен тебя видел, – продолжил я напор. – Как видел? Я не нашел его там, – ответил омега и прикрыл рот ладошкой. Тут уже альфа подключился. – Красавчик, а зачем ты меня искал? – с мурлыкающими нотами в голосе проворковал этот самец. – Омежки сказали, что у тебя роман с одним из богатых. – И ты хотел в этом убедиться? – продолжал ненавязчиво интересоваться Ольсен. – Неужели ты думаешь, что я могу обратить внимание на этих престарелых павлинов, когда вокруг столько хорошеньких и молоденьких? – добавил сексуальности в голосе альфа. А мне вдруг этому профессиональному соблазнителю захотелось мордашку попортить. И желательно острыми коготками, чтобы все встречные омеги видели и обходили стороной. Еле одернул себя и сосредоточил внимание на ответах охмуряемого. – Так кого ты встретил в коридоре? – не снижая напора, уточнил Ольсен. – Никого, – чуть заикаясь, сообщил парнишка. – Господин Илькан награду обещал, – вставил я слово. Моделька отрицательно тряс головой и вообще уже еле сдерживал слезы. Я же, пока альфа не начал успокаивать омежку и как-то еще проявлять заботу, поспешил откланяться. Пусть сам не попользуюсь самцом, но других отважу. – Мне показалось, что при упоминании о вознаграждении за информацию у Алелана в глазах что-то мелькнуло, – делился впечатлениями от беседы Ольсен уже в машине. – Он мог внезапно вспомнить, что для встречи с тобой накрасил губы не той помадой, – огрызнулся я, поскольку ничего такого в поведении омеги не заметил. – Ревнуешь? – муркнул альфа. – Вот еще! – фыркнул я. Да я хоть весь обревнуюсь, все равно не стану ради этого раскрывать свою сущность. Проблем тогда возникнет столько, что не отмоешься. Все эти столичные сплетники будут полоскать мое и папино имя во всевозможных интерпретациях. Ладно бы, сплетни. Так папулины страхи до сих пор проявляются. Так сказать, психологическая травма, полученная в юности. Тот первый любовник наверняка забыл, что когда-то заделал ему малыша. А папочка все ещё переживает, что у него отнимут ребенка. Он как-то поделился со мной секретом, что жил одно время с грудным ребенком буквально на улице. В ночлежки и подобные места социальной помощи боялся идти. Опять же по причине того, что у него могли забрать малыша. Роды у папули были тяжелые. Врачи сразу поставили диагноз – больше детей не будет. Вот и трясся папуля над единственным сыночком. Потом уже стал с дотошностью хомячка собирать дома и особняки. Это чтобы, не дай бог, когда-нибудь не остаться без крыши над головой. Так что папино спокойствие мне было дороже всех омег, вместе взятых. А на таких красавчиков, как Ольсен, можно и издали посмотреть. Повезло, что Ольсен у себя в эскорт-услугах не зря заработал достойную репутацию. Кроме легкого намека, больше ничего себе не позволял. Отвез домой и пообещал позвонить, если чего еще узнает. Я оставшуюся часть дня составлял схему для новой статьи. Попутно вспомнил, что вообще-то забыл тот самый мотив, который для себя еще в первый день определил. Может, стоит начать распутывать этот клубок с другого конца? Родственники Вилга Рига были очень состоятельными людьми. Тот же Минали Риг, что присутствовал на приеме. Кстати, а чего он там делал? Мне, конечно, льстит мысль о том, что папулин Омега-стайл так популярен. Но все равно оставались сомнения. Муж известного миллиардера заявился прикупить на аукционе себе сумочку? А свёкор отправился следом, чтобы сумочек побольше нахватать? В общем, погадав на кофейной гуще, я сел сочинять статью - теперь уже про папулю и мэра столицы. Все равно когда-нибудь редактор с меня и это стрясет. Лучше, пока есть время, не спеша все подготовить. Фото того домика поискать и вообще в биографии мэра покопаться, чтобы потом побольше романтичной лабуды добавить. Уснул я далеко за полночь и мирно спал до тех пор, пока звонок от папули не выдернул меня из кровати. – Нашли орудие преступления! – заверещал папочка в трубку так, что я её невольно отодвинул подальше. – И что это? – без особых эмоций поинтересовался я, потягиваясь на кровати. – Это мой ритуальный нож. Ну, тот, из этнической коллекции! – взахлеб вещал родитель. – А... – припомнил я. – Он у тебя на туалетном столике валялся. – Вот именно. Сыночка, ты его трогал, когда личико красил? – с искренним беспокойством в голосе поинтересовался родитель. – Может, и трогал, – не смог я припомнить. – А что? – Отпечатки пальцев, наверное, там твои, – уже всхлипывал папочка. – Детектив сказал, что хочет с тобой в одиннадцать часов дня побеседовать. Я еле уговорил, чтобы у нас в офисе, а не в полицейском участке. – Понял, собираюсь, – вздохнул я и отправился в ванную. Зная папу, несложно предположить, что скоро нагрянет группа поддержки, чтобы сопроводить меня на место. Так что стоит поспешить с приведением себя в надлежащий вид.