Нелюбимая

Я мыслю, следовательно, существую. Разум, воля и чувства, заключённые в сгустке текучей, вязкоупругой материи. Так уж случилось, что я – слизь. Брезгливость и безотчётное желание воспользоваться антибактериальной салфеткой – это неизменная реакция окружающих, которая отнюдь не добавляет мне уверенности в себе. И да… разве это может не беспокоить? Много лет каждым вечером, засыпая, я говорила себе: «Склизкий Боже, никто меня не любит, никто меня не хочет, а мне ведь тоже так нужно немного счастья!» Я не просила многого – никаких там свиданий, романтических ужинов, кофе в постель или походов в кино. Я хотела простого, обычного траха – без обязательств, без неловких взглядов после. Всего-то. Но чуда не случилось. Я почти сдалась, опустилась на самое дно – тлен и безысходность в беспощадном режиме. И там, на краю отчаяния, мне был голос. Он звучал во мне, заполняя собой каждую молекулу. Голос велел: «Отрасти яйца, детка. Покажи им всем!» В тот миг я узрела истину – умерла и возродилась вновь. Я взяла себе имя Брай. Так звали глупого, наивного пеуру с планеты Хирви – моё новое вместилище, мой храм. Бедный пеуру, он был так беспечен – уснул на толчке. Я проникла в его тело и завладела им. С роскошным телом Брая мне потребовался всего лишь месяц, чтобы этот порочный мир лёг у моих ног и завилял хвостом. Все любили Брая, все дрочили на Брая – ходячий секс и звезду гламурного порно. Что ещё сказать? Вот и на моей улице случился праздник. Но что-то всё равно не давало мне покоя. Капризное счастье по-прежнему неумолимо ускользало от меня. А потом… потом мне снова было откровение. Голос сказал: «Пришло твоё время – плодись и размножайся! Ты – избранная!» Склизкий Боже, ты дал мне миссию, моё собственное предназначение, и я так боялась подвести тебя, так хотела сделать всё идеально. Я ночей не спала, пытаясь представить, как это будет, но Провидение было неумолимо – всё случилось внезапно. Я увидела их, таких юных, таких горячих и не смогла устоять. Это было как знание свыше, притяжение, которому невозможно сопротивляться. Тилли-Вилли, Вилли-Тилли – славные мальчики, милые, забавные. Заманить их было несложно, главное – правильно себя подать. Я встала к писуару и обнажила свою гордость – два крепких полушария, призывно манящие в туннель сладострастия. Воздух был пропитан феромонами, и волнующее преддверие чего-то незабываемого заводило почище любых наркотиков. Хотите дикого секс-марафона? Вам сюда, мальчики! Идите к Браю, Брай сделает вам хорошо. Скользко-скользко, сладко-сладко, хлюп-хлюп, шлёп-шлёп. Тилли-Вилли меня заметили. Они баловались с телефоном, делали селфи, и я услышала, как они говорят обо мне: – Подожди, Тилли, я, кажется, моргнул. – Дай посмотрю… э-э-э… О боже, Вилли! – Что там, Тилли? – Лопни мои глаза, это ведь задница самого Брая Мачооленя?! – Быстро пости! И тогда… я показала им главное достоинство Брая – тринадцать дюймов власти – блестящее орудие, готовое к бою. Некоторое время они просто тупо смотрели, забывая сглатывать обильную слюну, пока я растирала смазку по головке члена и ласкала ствол. Я предложила всем нам соединиться в тройном экстазе, и Тилли-Вилли, внимая зову плоти, послушно отправились за мной в чертог наслаждения – последнюю кабинку у стены, ту самую, в которой пеуру Брай с планеты Хирви стал моим. Мне нравилось иногда приходить сюда, в этот памятный сортир. И то, что я встретила их здесь, явилось знаком судьбы. Я знала, что могла наполнить их до краёв, посвятить в высшие сферы наслаждения. «Плодись и размножайся!» – они должны были стать моими детьми, моим продолжением, истоками новой жизни. Сначала всё было восхитительно. Я была между ними, связывала их, отдавалась и брала. Как сейчас вижу – мой член блаженно утопает в Тилли, и Вилли скачет на мне так, словно спортсмен перед финишем. Тилли – красавчик в татуировках, его лицо совсем близко, и я зачарованно смотрю, как синхронно дрожат ресницы на каждом из четырёх его прекрасных глаз. Он такой мягкий и податливый, а его рот… Склизкий Боже, что он вытворял им в той тесной кабинке, стоя предо мной на коленях и трепеща от возбуждения. Не знаю, в какой момент всё пошло не так. Может, когда Вилли кончил и не смог вынуть свой член из моего туннеля сладострастия, а может, когда от тройного оргазма и нахлынувших эмоций я случайно вышла из Брая? Меня оказалось так много. Я была открыта и беззащитна – душа нараспашку – голое естество. Склизкий Боже, как же это было больно – смотреть в глаза своему заблуждению. Как острый скальпель вскрывает наболевший нарыв, так и моему внутреннему взору открывалось горькое понимание – они ведь не меня хотели, не меня трахали. Не меня, чёрт возьми, Брая! Я была вне себя от гнева. Всё те же отвращение и брезгливость на их лицах, и это после всего, что случилось между нами – чудовищно, невыносимо. Я убила их быстро. Просто сделала так: «П-пух!» – и Тилли-Вилли взорвались, как огромные резиновые шары, наполненные кровью и дерьмом. Они пали тягучим скользким дождём, стекая с потолка и стен. Они погасили мой гнев и мою печаль, копившуюся годами. Всё оказалось неожиданно просто. И мне это понравилось. Брай был больше не нужен, я могла наслаждаться разнообразием во всём его бесконечном великолепии. К чёрту камеры и фальшивый гламур! Всё, что нужно, – терпеливо поджидать случайных путников, что замешкались, потеряв бдительность в одном из бесчисленных межгалактических сортиров, и раз за разом закреплять полученный бесценный опыт… просто быть собой. Я – слизь. И да… меня это больше не беспокоит.