Вовремя

На улице было холодно. Настолько холодно, что выйти без шапки было бы сродни смертельному приговору. Морти поежился от одной мысли о прогулке и заглянул в расписанное морозным узором окно. Он протер его рукавом вязаной теплой кофты и окинул взглядом белоснежную аллею, ища глазами определенного человека. Скрытые под снегом машины, крыши домов, похожие на большие белые грибы, и плохо расчищенные дорожки дарили улице необычно завораживающее очарование. Украшенные гирляндами соседские деревья забавно мигали всевозможными цветами, напоминая юноше, что дело идет к позднему вечеру. Снег, мягко опускаясь и кружась от несильного ветра, потихоньку скрывал под собой снежных ангелов, сделанных юношей накануне. Младший Смит еще минуту любопытно заглядывал в окно, надеясь увидеть своего деда, но тот, видимо, и не собирался возвращаться к ужину. Мальчику только и оставалось, что разочарованно вздохнуть и пройти в гостиную, залезть с ногами на теплый диван и скоротать время за просмотром рождественских передач. Пол гостиной застилал искусственный снег и иголки, успевшие упасть с ели. На дереве красиво загорались лампочки, освещая собой комнату и стоящие под ним цветастые подарки. Подобный расклад юношу не впечатлял, но выбирать не приходилось. Либо, — он навострил уши, — идти помогать на кухне Бет, что злится на непутевого мужа, либо же самому идти на поиски до сих пор не вернувшегося члена семьи. Только вот найдет ли он его — Морти не знал. Невидящим взглядом уставившись на экран телевизора, мальчишка окунулся в свои мысли и попытался выудить из них разговор, произошедший вчерашним вечером. — М-морти, ты здесь, Морти, — Рик повертел в руках золотой билет и присвистнул, — ты знаешь, что-э-э это такое, Морти? — Я - нет, Рик. Ты только что вбежал в мою комнату с этим вопросом, д-даже не постучавшись, — парень многозначительно вперил взгляд в салфетки, лежащие перед ним на столе. — Тебе стоило бы подумать хоть о чем-нибудь, помимо твоего нескончаемого желания обхватывать столп мироздания, — было сказано ученым чуть озлоблено, потому что внук не разделил его настроения. — Уж с этим я-я могу разобраться сам, Рик. — Неважно! Послушай, этот билет дает возможность бесплатно тусить в Blids&Chitz целую неделю. Неделю, сученька! С бухлом и распутными женщинами! — Рик, завтра Рождество. — Юноша проигнорировал восторженные завывания деда и нахмурился. — Мне должно быть не пое-э-эбать на праздник, который празднуют от силы на десяти планетах бесконечной Вселенной? — Санчез хохотнул и вынул фляжку, отпивая. Кажется, для него все было решено. — Рик, я серьезно, ты должен быть дома. С семьей, — Морти сделал явный акцент на последнем слове, — ты же не хочешь разбить сердце мамы. — Эта женщина пережила, когда я пропусти-э-эл ее День Рождения, Морти. Это тоже переживет, — Ученый пожал плечами и решил ретироваться, придя к выводу, что тут ему ничего не светит. Внук не собирался составлять ему компанию. Видимо, поедание индейки за столом и поддержание бессмысленных разговоров младшему Смиту казалось соблазнительнее веселого времяпрепровождения с дедом. Санчез искренне расстроился, но виду не подал - не хотелось демонстрировать свою уязвленность. — Я буду расстроен, если ты сейчас уйдешь, Рик. — Морти серьезно заглянул в уставшие глаза собеседника и замолк. Ученый завис, обдумывая. Обдумывать, по идее, было нечего. Как только билет оказался у него в руках, Санчез был настроен только на грядущее веселье и мысли не допускал, что кто-то может сорвать его грандиозные планы. — А как буду расстроен я, если пропущу вечеринку года, Морти?! — Ты м-можешь посетить ее и послезавтра! — В первые дни алкоголя больше, не говоря уже о... — О, Боже, ты невыносим! — Младший Смит вскочил со стула и подошел к деду вплотную, пригрозив пальцем, — мне все равно, как ты это сделаешь, черт возьми, Рик, но присутствуй н-н-на празднике! Ради гребаной семьи и меня в частности! Санчез попятился, не желая находиться в столь интимной близости к мальчику. Повернулся к выходу, переступил порог и собрался бежать к тарелке, чтобы поскорее забыться в бреду алкогольного опьянения. Однако, его окликнули. — П-пообещай, Рик, пожалуйста! — Юноша от невысказанной злости и обиды аж покраснел до ушей, и чуть тише добавил, — пообещай, иначе будешь мне должен желание... — Хм, — Рик довольно хмыкнул и сделал еще шаг в противоположную сторону от мальчика, — с твоими приземленными желаниями я справлюсь. — Это значит да? — В надежде спросил Смит и уставился на удаляющуюся спину. — Ладно, — нехотя кинул ученый и исчез из поля зрения юноши. Звон посуды, раздававшийся еще мгновение назад, замолк, и обволакивающая тишина вернула мальчика к настоящему. Он поерзал на месте из-за затекших ног и поднялся с дивана цвета морской волны, направляясь в обеденный зал. Поправил чуть сползший с одного плеча вязаный подарок и криво улыбнулся сидящей за столом Саммер. Та оторвалась от телефона и вопросительно приподняла одну бровь, но промолчала. Им нечего было говорить друг другу. Морти это понимал, но желание поговорить с кем-то перевесило. — Эм-м... Саммер, как твои дела? — Неловко спросил мальчишка и присел напротив, пододвигаясь ближе к деревянному столу. — Ты что, издеваешься? — Сестра подняла взгляд и посмотрела на собственного брата как на таракана, — Дела? Я должна была быть сейчас со своим парнем в доме его родителей. А не... не тут, вместе с тобой. — П-понятно... — Только и промямлил младший Смит. Не имея возможности утешить себя, он не взялся бы утешать сестру. В зал забежал запыхавшийся Джерри с горой тарелок на руках. Он начал судорожно их раскладывать, вздрагивая от каждого подозрительного шороха. Из коридора бесшумно появилась Бет с упертыми в бока руками. Переступив через порожек, она задела головой низко закрепленную веточку омелы. — Я просила тебя сделать это полчаса назад, Джерри, — обреченно проговорила она и вздохнула, понимая, что бесполезно просить о чем-либо бестолкового мужа. Женщина перевела взгляд на детей и поинтересовалась, — почему сидите, будто на иголках? — Морти достает меня, потому что деда Рик уехал, и теперь он скучает. — Подала голос Саммер, не переставая печатать на телефоне новое сообщение. — Я не скучаю! Н-не поэтому, — юноша аж привстал от такого нахальства со стороны сестры, — не поэтому. Мать семейства молча помогла мужу разложить тарелки и столовые приборы, а потом удалилась на кухню, оставив семейство в угнетающей тишине. Каждый из них не произнес и слова, стоило Бет покинуть зал. Джерри думал о том, как бы искупить свою вину и сможет ли подготовленный подарок сделать это вместо него; Саммер - о том, как бы по-тихому убежать с семейного идеалистичного ужина; А Морти... Морти думал о том, как ему грустно от несдержанного ученым обещания. Подросток понимал, что никакого обещания не было в помине, но ему хотелось думать, что то «Ладно» имело двойное дно. «Ладно». «Ты же не думаешь, что я мог бы оставить тебя в этот праздник?». «Ладно». «Я бы не сделал этого, Морти. Я ведь дорожу тобой». «Ладно». «А потом мы отправимся в погоню за приключениями, да, Морти?». Юноша сжал в левой руке вилку и подцепил ею печеную тыкву. Он не слушал редкие разговоры семейства, каждый из которых начинала Бет. Никто ее в этом не поддерживал и даже не создавал иллюзию того, что хотел бы поддержать. Индейка с клюквенным соусом была вкусной. Морти был бы рад сказать об этом, но слова будто бы застревали в горле - не хотелось подавать голос по такой ерунде и просто привлекать внимание. Окинув взглядом пустой стул по левую руку от себя, подросток запихнул в рот слишком большой кусок. Пока младший Смит долго откашливался, ему приходилось лицезреть самодовольное лицо сестры, которое, помимо всего остального, отбивало желание находиться здесь еще хоть сколько-нибудь. Смехотворно. — Время распаковывать подарки! — По-детски хлопнув в ладоши, Бет счастливо улыбнулась и поднялась с места. — Ура! Ты, надеюсь, помнила, что мне хотелось с R2-D2? — Класс. Надеюсь, после этого я наконец смогу свалить отсюда нафиг... — Не выражайся, Саммер! Как только остальная часть семейства оставила Морти одного, он вздохнул. Закинул в рот кусочек яблочного пирога, зажмурился от приторности, но следом пошел второй и третий. Морти было грустно. Вся его семья в соседней комнате радовалась подаркам, снегу за окном и просто набитому вкусной едой животу. Мальчишка, скорее всего, смог бы разделить с ними все это веселье, если бы ученый находился рядом. Но его рядом не было. Смит предполагал, что тот на данный момент опустошил уже не один ящик инопланетного пойла, и не одну инопланетянку затащил в постель. От непрошенных мыслей стало совсем погано и Морти перегнулся через стол, чтобы схватить бокал красного вина. Успев коснуться только подушечками пальцев запотевшего стекла, юношу окликнули. — Как удачно я пришел, — подметил Санчез и скрестил руки на груди, прижимаясь плечом к дверному косяку, — Бет что, уже разрешает тебе пить? Морти пару раз моргнул. Медленно поднял глаза на часы и большую стрелку, которая указывала ровно на двенадцать часов. — Ублюдок... — прошипел мальчик, сжимая кулаки и отодвигая стул на пути ногами, — ч-чертов ублюдок! — Или все-таки не разрешает? Я ей не-э-э скажу. — Рик усмехнулся, наблюдая за беснованиями внука. — Ты знаешь, сколько времени прошло, Рик?! — Вскрикнул младший Смит и тут же подавил в себе желание повысить голос, потому что не захотел быть услышанным. — Я уже и не надеялся, что ты придешь! Т-т-ты же ничего мне не сказал! Ученый внимательно наблюдал за подростком, который медленно приближался к нему с намерением то ли ударить, то ли обнять и заплакать. — Сам факт того, что я вернулся, черт тебя дери, из межгалактического бара в этот отстойник, разве не должен тебя радовать, Морти? — Задал вопрос ученый, всматриваясь в глаза, в которых читалась вина. Но мальчишка не должен был считать себя виноватым. — Но ты ничего не сказал, Р-рик... Это твое «ладно»... — Морти неожиданно резко вскинул голову и сделал пару шагов в сторону ученого. Поймал взглядом кустарниковое растение и задумался. — Это было вынужденное согласие, принцесса, — пожал плечами дед. — Ладно. — Перекатывая это слово на языке, Морти улыбнулся своей находчивости. Санчез действительно удивился, когда подросток схватил его за водолазку и потянул на себя, заставляя нагнуться и встретиться с мягкими губами. Ученому хотелось оттолкнуть юношу от себя, но он не позволил себе этого сделать, чтобы не жалеть всю оставшуюся жизнь о не содеянном. Морти прикрыл глаза и приоткрыл тонкие губы ученого своим горячим языком, проникая внутрь и импровизируя, одновременно пытаясь вспомнить все, что видел в фильмах. Когда первая волна шока оставила Рика, он обвил холодными руками талию мальчишки и оторвал того на несколько сантиметров от пола. Шея больше не затекала, а поцелуй превращался с каждым новым вздохом в неопределенное сумасшествие. Оба не помнили, когда перешли границу и начали откровенно лезть друг другу под одежду, оглаживая желанную кожу. Морти целовался неумело. Конечно, потому что это было едва ли не впервые. И его восхищало, как мастерски Санчез обращался с ним, дразня и возбуждая, целуя так, что хотелось написать об этом стих. Или нарисовать картину... Сейчас мальчику было все равно, что и как он бы сделал. Почувствовав, как прохладная ладонь легла ему на ягодицу и с силой сжала, подросток разорвал поцелуй и пару раз моргнул, пытаясь прийти в себя. Затуманенными глазами встретился с глазами Рика и смутился. Действительно смутился. — Э-э... Р-рик, поверни голову налево... — сбивчиво прошептал Морти и кивнул в сторону болтающейся на ниточке омелы. Теперь, когда шестеренки в его голове снова начали работать, мозг лихорадочно искал оправдание, — это было... ж-ж-желание. Теперь ты понимаешь, что не надо опаздывать?! Рик так беззаботно улыбнулся, что Морти понял — ничерта дед не понял. — Мне кажется, я пришел как раз вовремя, — поцелуй в макушку. Сильные руки отпустили мальчика. — Эй, Морти, — прокричала Саммер из гостиной, — мне открыть за тебя твои подарки? Потому что я могу!