Как Вы это объясните,Мисс Свон?

На улицах Сторибрука обосновались большие лужи вместе с дождливым июнем. Мэр маленького городка сегодня шла на одно важное мероприятие и поэтому старалась по возможности не вступать в грязные скопления дождевой воды. Погрузившись в раздумья, брюнетка не заметила, как налетела на кого-то, опомнившись лишь тогда, когда этот кто-то смачно выругался. - Мисс Свон? - мэр вспомнила эту девушку. Биологическая мать Генри, с которой они виделись месяц назад. Хм, она не уехала? - Прошу прощения, мадам Миллс, витала в облаках, - блондинка отряхнула себя, но потом недовольно застонала, заметив мокрое пятно на любимой красной куртке. - Испачкались? - сочувственно спросила Миллс, чуть наклоняя голову; на каблуках она была чуть выше Свон. Эмма хотела сказать что-нибудь обидное в защиту своей вещи, но, не увидев наклонившуюся Реджину, резко подняла голову, естественно попадая по носу Миллс. Та заорала, хватаясь ладонью за пострадавшую часть лица, чувствуя, как что-то тёплое уже течёт по губам и подбородку. - О Боже, Реджина, прости... те. Простите, я не хотела, я... - девушка выудила из кармана уже грязной куртки чистый белый платок и, бесцеремонно убирая прохладные ладони, начала быстро промакивать кровь. Миллс застыла, просто молча наблюдая за действиями Свон. Все в городе её боялись, а разбей ей нос кто другой, так уже бы сидел за решёткой. Однако Эмма была другой. Она была смелой. И красивой. - Мне кажется, Вам нужно пойти в больницу, я могу отвезти, - блондинка, не дожидаясь разрешения, потянула Реджину за локоть куда-то в сторону кафе. Когда брюнетка опомнилась, она уже была посажена в "Жук" и путей к отступлению не имела. - Если я правильно помню, Миффлин Стрит, 108? - не отрывая глаз от дороги, уточнила Эмма. Миллс лишь кивнула, удобно устроившись на месте штурмана. Пока они ехали, мэра склонило в сон. - При... - блондинка запнулась, увидев, какая открытая и беззащитная Реджина, когда спит. Вздохнув, Эмма вышла из машины и, подойдя с другой стороны, тихо открыла дверцу и осторожно взяла на руки уснувшую Реджину. Она была лёгкой, поэтому Свон без труда дошла до дома и остановилась в растерянности: каким образом она зайдёт в особняк - это было вопросом. Внезапная догадка заставила Эмму поудобнее и покрепче прижать к себе спящую, затем, прикладывая титанические усилия, Эмма села на корточки и, сдвинув ногой коврик перед дверью, подцепила пальцем ключ, едва сдерживая победный вопль. Открыв дом, Эмма прошла внутрь и снова остановилась, так как о местонахождении спальни Миллс ей не сообщала. Неуклюже скинув обувь, Эмма чуть не уронила Реджину, но, на счастье блондинки, та не проснулась. Бесшумно ступая, Свон поднялась вверх по лестнице и открыла первую попавшуюся дверь. Это оказалась комната Генри, всё в ней было обставлено по-детски. Не особо рассматривая, девушка открыла другую дверь, противоположную двери в комнату сына. Глаза уже привыкли к темноте, поэтому она различила большую кровать, застеленную белым одеялом. Также бесшумно Эмма подошла к своей цели и, чудом не упав, откинула одеяло с постели, и уложила Реджину. Потом до белокурой головы дошла одна важная деталь. Едва дыша от волнения, Эмма, словно ювелир, пальцами сняла туфли на высоком каблуке и вытащила из-под мэра пальто, которое уже практически было снято за время похождений Свон. Последним штрихом было одеяло, которым Эмма укрыла брюнетку, и с чувством выполненного долга ушла из комнаты. Только Эмма выбралась из особняка, как сердце разогналось до немыслимой скорости, а лёгкие затарабанили по рёбрам, заставляя Эмму жадно вдыхать свежий воздух. Она села в машину и рванула подальше от дома мэра. Всё это время сидевший в гостиной и тайно игравший в телефон Генри с открытыми от шока глазами думал, что будет завтра...