Как Вы это объясните,Мисс Свон?

То, что Генри был шокирован, было видно по его перекошенной физиономии. Свон сделала то, что первым пришло в её белокурую голову: крепко хватая Реджину за талию, Эмма подняла их обеих на ноги. - Свон, руки, - не разжимая губ, прошипела Реджина, хотя сама сейчас была бы совсем не против того, чтобы эти подкачанные руки отнесли её в спальню. Эмма отдёрнула культяпки и на всякий случай шагнула в сторону. - Мам, Эмма, я, пожалуй, пойду к Мэри-Маргарет, она звала в гости, хотела дать какую-то книгу, - промямлил сын и побежал от дома. - Твою мать, - кажется, самое верное на сегодня словосочетание. Реджина указала пальцем на дверь, смотря в упор на блондинку. - В общем, до завтра, Реджина, - и, немного помедлив, Свон оставила невесомый поцелуй на губах мэра. Реджина дотронулась до своих губ ладонью, всё ещё ощущая яблочный вкус.

***

Следующее утро началось для мэра Сторибрука рано, хотя многие сочтут подъём в 6 утра в воскресенье дикостью. Реджина начала с того, что решила привести себя в идеальный, поистине королевский вид. Волосы, часто носимые в свободном хвосте, были распущены и ниспадали на плечи, отдавая терпким ароматом яблок. Ресницы чуть-чуть подведены, губы накрашены яркой, броской алой помадой. Платье, то самое, в котором у Миллс произошла первая встреча с Эммой - серое, элегантное, подчёркивающее... много чего подчёркивающее. Образ довершали туфли на высоком каблуке, подходящие к платью. Взглянув на часы, Реджина удивилась, что справилась так быстро, прошло всего лишь два часа. От нечего делать брюнетка пошла делать завтрак для сына, который собирался сегодня идти с классом на ночёвку в лес до вторника. Вместо всегда подаваемого на завтрак салата Реджина приготовила яичницу, два тоста с маслом и ветчиной, и какао с корицей. - Это то, о чём я думаю? - видимо, Генри встал на запах какао. Реджина обернулась, улыбаясь сыну, и быстро накрыла на стол. - Да, это какао с корицей и вредная еда, - усмехаясь, брюнетка села напротив Генри, отпивая глоток обжигающего кофе. Оба вздрогнули, когда телефон Реджины оповестил хозяйку о сообщении громким писком. «Реджина, доброе утро! Я не сдержалась, ждать до вечера слишком долго, если ты не занята, мы можем увидеться чуть раньше, скажем, в 10 утра в парке возле озёра?» - с каждым прочитанным словом улыбка на лице брюнетки становилась всё шире. - Мам, всё в порядке? - усомнился в психическом здоровье матери Генри. Согласитесь, вечно собранная и никогда не позволяющая себе лишних эмоций сейчас Реджина больше напоминала влюблённого подростка: глупая улыбочка во все 32, глаза гипнотизируют телефон, а сама она чуть ли не подпрыгивает от радости. - Не занята, давай, - определённо с Реджиной было не всё в порядке, раз она читает вслух то, что отвечает своей собеседнице. - Мам? - мальчик дважды щёлкнул пальцами перед носом матери, пытаясь привлечь её внимание. - Сынок, я пойду прогуляться, твоя сумка уже собрана, в общем, если что, звони, - не объяснив толком ничего, Миллс быстро накинула любимое пальто и направилась пешком к парку, который находился неподалёку от особняка. Реджина не удивилась, увидев знакомую красную куртку вдалеке и, пытаясь скрыть улыбку, направилась к скамейке, где сидел новый шериф Сторибрука. - Здравствуйте, Мисс Свон, - тихо поздоровалась Миллс, присаживаясь рядом с блондинкой. Эмма резко повернула голову, но Реджина вовремя отшатнулась, спасая свой многострадальный нос от новых увечий. - Мисс Свон, Вы намереваетесь сломать мне нос? - беззлобно проворчала Реджина, с удовлетворением наблюдая за покрасневшей от смущения Свон. - Нет, вовсе нет. Реджина, я хотела поговорить с Ва... с тобой, - неосознанно Эмма придвинулась ближе к мэру, внимательно, не отрываясь, смотря в шоколадные с тёмными крапинками глаза. Теперь между их лицами оставались считанные сантиметры. - О чём же? - шёпот, хриплый то ли от ощущения непривычной близости, то ли от возбуждения, а может, и от того, и от другого. - Реджина Миллс, ты мне очень нравишься, - собравшись с силами, выпалила Свон и зажмурилась, чувствуя на лице тёплое дыхание брюнетки. Ответом на признание послужило прикосновение пухлых губ к губам шерифа. - Я разрешаю тебе ухаживать за мной, - облом заставил Эмму распахнуть глаза и с раздражением уставиться на ухмыляющуюся Миллс. В карих глазах играли черти. - Боже, Реджина, неужели так сложно признать, что я тебе тоже нравлюсь? - раздражение сочилось в каждом слове, а Миллс лишь наблюдала за тонкой полоской губ, произносивших эти слова. Когда Свон заметила, что её не слушают, она просто щёлкнула пальцами перед лицом мэра. - Где-то я уже видела этот жест, - заливисто рассмеялась Реджина, но, заметив всё ещё хмуро сверлящий взгляд серебристых глаз, поспешила ответить: - Ты мне тоже нравишься, но моё внимание надо заслужить. -Ты невыносимая женщина, Миллс! - закатила глаза блондинка, сдерживая отчаянный вой.