Папины сыночки

Больничная палата. На койке лежит Гортхаур и привычно шарит по кровати в поисках мышки. Не найдя искомого, он недовольно открывает глаза и видит над собой белый больничный потолок. Не замечая его пробуждения, Мелькор рядом разговаривает со смазливым санитаром. Мелькор: – У вас здесь точно хорошо кормят? Санитар: – Никто пока не жаловался. Мелькор: – Может, не могли пожаловаться, потому что отравились и умерли. Санитар, слегка поперхнувшись от его предположения: – Нет, у нас очень жёсткие нормы. Ничего жирного, жареного, солёного, содержащего холестерин… в общем, ничего вредного. Мелькор, под нос: – Я бы точно умер. Санитар, который прекрасно всё расслышал, оскорблённо: – Вам бы тоже не помешало устроить себе пару разгрузочных дней! Мелькор, мурлыкающе: – Хотите лично меня заставить? Санитар, чуя что-то не то, подозрительно на него смотрит: – А у психиатра вы давно проверялись? Мелькор, раздражённо: – Нет, я ещё не купил себе личного психиатра! Обошёлся личным дантистом! Гортхаур поднимает с кровати апельсин и метко кидает его в Мелькора. Мелькор, подскочив от неожиданности и потерев ушибленное бедро: – Гор! Ты проснулся! Гортхаур, сипло: – Хватит флиртовать… – закашливается. Мелькор, кидаясь к нему и принимаясь покрывать его восторженными поцелуями: – Доброе утро, моя радость, ты проснулся, как я этого ждал! Ты хорошо себя чувствуешь, у тебя ничего не болит?! Гортхаур, несколько обалдевший от такого внимания: – Кхе-кхе… кха! Только горло… Мелькор, сурово глядя на застывшего рядом санитара, поражённого увиденным: – Его нужно срочно лечить! Санитар: – Мне кажется, его можно уже выписывать. В обморок на улице он упал от слабости, а боль в горле… Мелькор с каждым его словом становится всё суровее. Санитар, наконец, начиная опасаться за своё собственное здоровье: – Я пойду узнаю, что ему выписали, и принесу его таблетки. Мелькор, снова обращаясь к Гору с самым сияющим видом: – Ты слышал, тебе принесут таблетки! Гортхаур, ворчливо: – Поцелуй меня! Мелькор с радостью исполняет его желание, усевшись к нему на кровать. Санитар, выходя в коридор: – Таблетки… мел ему выпишу… и вазелина целое ведро! Утро. Офис Феанора. Феанор, проталкиваясь через толпу, подходит к двери своей приёмной и открывает её. Вслед за ним в приёмную вливается толпа, часть остаётся на лестничной площадке. Феанор, ворчливо: – Надо же, оказывается, этого идиота может не хватать. – Заходит в кабинет и запирается. Разнообразные голоса из толпы: – Стоматолог сегодня принимает? А где секретарь? А когда будет, вы не знаете? А куда делся Бауглир? Я на сегодня на десять записан!.. Феанор достаёт телефон и звонит Мелькору. Больница. Мелькор нежно целует Гортхаура, поглаживая его по груди. Гор блаженно постанывает, позабыв даже про кашель. Звонит телефон. Мелькор, узнав мелодию, отскакивает от своего секретаря и хватает трубку так, будто от скорости нажатия на кнопку зависит его жизнь. Мелькор: – Доброе утро, Феанорчик! Гортхаур громко скрипит зубами. Мелькор: – А? На работу? Нет, я, наверное, сегодня не приеду, я тут у Гора в больнице… да, весь день… – Гор расцветает. – Конечно. Ну, скажи, что я сегодня не принимаю, пожалуйста, если тебе не очень сложно. Хорошо. А, Гор? – Гор яростно смотрит на телефон. – Гор заболел, да. Представляешь, упал на улице в обморок… ага, это потому что он под дождём простудился. Не знаю, что ему выписали… э… нет, ты уверен? – Обращаясь к Гору: – Гор, а тебе клизму не выписывали?.. – Гортхаур идёт красными пятнами, из трубки доносится хохот Феанора. Санитар, входящий в палату с пластиковым стаканчиком, где лежат разноцветные драже: – Да, вот про клизму-то я и не подумал. Гор сверлит санитара ненавидящим взглядом. Санитар пасует и вручает Мелькору стаканчик: – Вот, проследите, чтобы он выпил… – Мрачно: – Кстати, пациент, вы давно проверялись у психиатра? Гор, цедя слова сквозь зубы: – Ну он же уже сказал, что ещё не купил личного психиатра… кстати, он и дантисту-то своему не доплачивает! – Хватает букет из большого ведра рядом с кроватью и с наслаждением лупит Мелькора по голове. Санитар, Мелькору, холодно: – Про таблетки не забудьте, от этого зависит его жизнь. – Выходя из палаты, под нос: – Половая… Офис. Феанор открывает дверь в приёмную, где бурлит и переругивается толпа пациентов, и громко сообщает: – Дантист сегодня не принимает! Толпа замирает в негодовании. Феанор: – Обратитесь к секретарю по указанному на визитке телефону, вас запишут на ближайший приёмный день. – Закрывает дверь, врубает музыку и погружается в работу. Больница. Мелькор сидит у постели Гора на стуле и уговаривает: – Тебе обязательно надо скушать эту таблеточку… Гор, капризно: – А вдруг это какая-нибудь гадость? Мелькор: – Это же хорошая больница, тут заботятся о пациентах… Гор: – Они вообще хотели меня выписать! Мелькор: – Тебе нельзя болеть дома, ты сядешь за компьютер и не будешь лечиться, прямо как Феанор. Гор, раздражённо: – Ни слова без Феанора! Даже в больнице я не могу побыть с тобой наедине! Мелькор, польщённо: – А ты бы хотел побыть со мной наедине? Гор, исступлённо: – Да!!! Я хочу, чтобы ты наконец… У Гора звонит телефон. Недоумённо посмотрев на незнакомый номер на экране, секретарь отвечает. Голос из динамика: – Как вы могли не сообщить, что сегодня не будет приёма, я взял отгул на работе, отменил важную встречу, у меня сорвался контракт, я три часа стоял в очереди, а Бауглир, оказывается, не принимает, я подам на вас в суд, у меня нет зубов, жена со мной разведётся, все надо мной смеются… Гор офигело выслушивает поток претензий, не находясь, что ответить. Мелькор забирает у него трубку и бархатно воркует: – Здравствуйте! Простите меня, пожалуйста, я по личным обстоятельствам не смог принять вас сегодня… хотите, я сделаю вам протезы бесплатно? Несостоявшийся пациент, с сомнением: – А они будут того же качества? Мелькор: – Ну конечно, даже лучше. Пациент: – Спасибо! До свидания! Мелькор, бросая телефон Гора в вазу с фруктами: – На чём мы остановились? Гор, с тоской: – И почему учился на дантиста я, а работаешь им ты? Мелькор, улыбаясь: – Потому что у патологоанатомов более обширная программа… Гор: – Может быть, я всегда мечтал лечить зубы! Мелькор: – И поэтому при виде крови ты падаешь в обморок! Гор, оскорблённо: – Ты меня совсем не ценишь! Думаешь, если у тебя много денег, ты можешь говорить, что ты меня купил, можешь меня никому не показывать, можешь хвастаться мной, как собственностью?! Если бы у тебя совсем не было денег, я бы всё равно тебя любил!.. Мелькор, наклоняясь к его уху, тихо: – Поэтому я с тобой уже целых шесть лет… Гор, немного смягчаясь: – Это я с тобой… вот захочу и уйду… Мелькор, поглаживая его по груди поверх одеяла: – Ну как же я без тебя буду? Гор, совсем растаяв, обнимает его за шею: – И если сейчас позвонит Феанор, ты не возьмёшь трубку? Мелькор, взволнованно: – А если у него какие-нибудь проблемы? Ты же знаешь, он никогда не звонит просто так!.. Гортхаур с кислым видом отпускает его, натягивает на голову одеяло и отворачивается. Мелькор достаёт телефон и подходит к окну. Кабинет Феанора. Звучит тяжёлый металл. Феанор за компьютером увлечённо строчит очередную программу. Звонит телефон. Феанор со вздохом берёт трубку: – Что, Мелькор? Беспокойный голос Мелькора: – У тебя всё хорошо? Феанор: – Всё. А у тебя? Мелькор: – Гор подумал, вдруг ты позвонишь, и я подумал, вдруг у тебя что-нибудь случилось, и решил тебе позвонить и узнать… Феанор: – Мел, знаешь, в чём твоя проблема? Мелькор: – В чём? Феанор: – Ты слишком много думаешь!!! И пусть твой секретарь жрёт бананы и тоже не думает, потому что когда он думает, это на тебя плохо влияет! Я занят, не звони мне каждые четыре минуты! – Бросает трубку и, неразборчиво ворча, снова принимается за программу. Мелькор, положив телефон в нагрудный карман, возвращается к обиженному Гору и гладит его по плечу. Гортхаур дёргает плечом. Мелькор: – Гор, ну чего ты? Гор, из-под одеяла: – Ты правда слишком много думаешь… о Феаноре!!! Мелькор: – Сейчас я думаю о тебе. Гор, подозрительно: – Правда? Мелькор: – Да. Только о тебе. Я за тебя очень беспокоюсь. Гортхаур выглядывает из-под одеяла и смотрит на него. Мелькор ласково улыбается: – Прими таблеточку?.. Гортхаур снова закрывается одеялом и рычит оттуда. Мелькор задумчиво рассматривает драже в стаканчике: – Ну, может, вот хотя бы эту оранжевую съешь? Гор рычит. Мелькор: – Или голубую? Гор: – Не буду! Я понятия не имею, от чего эти таблетки, у них даже упаковки нет, может, это какой-нибудь мел! Дверь открывается, входит санитар с пятилитровым ведёрком воды и большой спринцовкой, ворча: – Ишь, какой догадливый. Мелькор: – А вы уверены, что это нужные таблетки? Санитар: – Конечно, у меня медицинское образование. Мелькор: – У нас у всех здесь медицинское образование. Санитар: – Он, как я понял из криков на весь этаж, ваш личный дантист, а вы кто? Мелькор: – Практикующий дантист, а по образованию патологоанатом. Санитар: – В таком случае выйдите, сейчас вы всё равно ничем не сможете мне помочь. Мелькор: – Почему это? Санитар: – Ни в теории, ни в практике вы явно никому не ставили клизмы. Гор, с ужасом на лице высовываясь из-под одеяла: – Зачем мне клизма?! Санитар: – Это лучший способ очистки организма. Таблетки вы принимать не хотите, значит, придётся искать к вам другой подход. Гор, торопливо: – Мелькор, дай мне таблетки! – Отбирает у Мелькора стаканчик и разом проглатывает всё его содержимое, даже не запив водой. Мелькор: – Может, без клизмы обойдётся? Санитар: – А может, всё-таки клизму? Гор бледнеет. Мелькор: – Ну, сами посудите, таблетки он уже выпил, витамины тоже будет принимать исправно… Санитар: – Но хорошая клизма ему всё равно бы не помешала. Мелькор: – Это слишком экстремальный метод для его нежной нервной системы. Санитар, с подозрением глядя на Мелькора: – Откуда патологоанатому знать что-то про нервную систему… – Берёт ведёрко и уходит, в назидание оставив спринцовку, на которую Гор с ужасом взирает. Мелькор, усаживаясь рядом с Гортхауром и принимаясь очищать для него тщательно вымытый апельсин: – Худшее, что тебе грозит – ректальный термометр. Гор сверлит его взглядом, но молчит. Комната Маэдроса. Раннее утро. За окном поют птички. На разложенном диване в позе эмбриона спит Фингон, укрытый двумя пледами. В комнату на цыпочках входит Маэдрос, запирает дверь и усаживается на корточки рядом с диваном. Фингон сладко спит. Маэдрос, ласково проводя кончиками пальцев по его лбу: – Доброе утро… Фингон сонно разлепляет глаза и влюблённо смотрит на него: – Мэдди… Маэдрос, улыбаясь: – Пора вставать… Фингон тянется его поцеловать. Маэдрос обнимает его и нежно целует в ответ, поглаживая по взлохмаченным волосам. По дому разносится дикий визг, затем к первому голосу подключается второй, после чего слышится весёлый хохот в два голоса. Фингон, подскакивая на диване, испуганно озирается. Маэдрос, с усмешкой: – Я хотел разбудить тебя раньше, чем это сделают близнецы. Фингон, нервно натягивая на плечи плед: – Они всегда так встают? Маэдрос: – Они считают, что если проснулся один, то сразу должен проснуться и второй, поэтому тот, кто проснулся первым, начинает орать, а второй орёт, потому что ему становится весело… ну, в общем, с этим пока бесполезно бороться. Фингон: – А остальные что? Маэдрос: – Ушли в школу. Ты пока полежи, я сейчас накормлю младших и приду. Маэдрос уходит, Фингон, всё ещё несколько нервничая, укладывается на спину и мечтательно улыбается, водя пальцами по губам. Комната Куруфина и близнецов. На тщательно заправленной кровати Куруфина лежит плюшевый Мелькор с перекошенным лицом. Его немногие волосы заплетены в две косы. На нижнем ярусе двухъярусной кровати близнецов лежит хохочущий Амрод, с верхнего вниз головой свисает, зацепившись ногами, как обезьянка, не менее радостный Амрос. Входит Маэдрос, снимает Амроса с невысоких перил на краю кровати, вынимает из-под одеяла Амрода и несёт обоих умываться. Амрос успевает ухватить за косу плюшевого Мелькора, и игрушка волочится за ними по полу. Маэдрос: – Сейчас я вас умою и вы будете завтракать. Амрос: – А ты будешь спать с Фингоном? Маэдрос, поперхнувшись: – Фингон уже проснулся. Амрос: – А потом будешь? Маэдрос: – Ночью все будут спать. – Ставит близнецов на табуретки у раковины и начинает умывать довольного Амрода. Амрос берёт второй кусок мыла и тщательно намыливает руки. Амрод, стараясь не набрать в рот пены: – А этой ночью вы спали? Маэдрос: – Этой ночью все спали. Амрос, значительно: – А Мелькор не спал. Маэдрос, намыливая Амроду уши: – Почему? Амрос: – Потому что он с Гором помирился. Маэдрос, вздыхая: – Ну и что? Ночью Гор тоже спит. Амрод, радостно: – Нет, Гор по ночам занимается блядством! Так папа сказал. Маэдрос: – Когда ты будешь как папа, тебе, может быть, тоже можно будет так говорить, а пока нельзя. Амрод: – Почему? Амрос: – Потому что ты не знаешь о переносном смысле слов. Папа сказал, что когда Гор занимается блядством, это значит, что он играет в компьютер. Маэдрос: – Амрос, тебе тоже нельзя говорить такие слова. Амрос: – Почему? Маэдрос, смывая с Амрода мыло: – Потому что ты не успеваешь умываться и потому что ты не знаешь, что такое блядство в прямом смысле этого слова. Амрос: – Я знаю, это когда Гор не с Мелькором спит. Маэдрос, возводя глаза к потолку: – Кто тебе это сказал? Амрос: – Кэлегорм. Маэдрос: – Ну я ему дам… С Кэлегормом нельзя обсуждать блядство. Блядство можно обсуждать только с папой. А с дедушкой тоже нельзя. Дедушка смущается. Амрос, намыливая лицо: – Я хотел спросить у папы, но он говорил с Мелькором о блядстве, и я спросил Кэлегорма, он так смеялся, я подумал, он знает, что это. Маэдрос, помогая Амроду вытереться: – Кстати, у Мелькора тоже нельзя спрашивать. Амрос: – Он расстроится, что Гор спит не с ним? Маэдрос: – Да. Ты же не хочешь, чтобы Мелькор зря расстроился? Тем более Гор спит только с ним. – Трёт лоб: – Боже, что я говорю… Амрос, умываясь и вытираясь: – Тогда не буду! Маэдрос снимает с табуретки Амрода, потом Амроса, и близнецы идут на кухню, позабыв среди ванной плюшевого Мелькора. Маэдрос выключает воду, со вздохом берёт игрушку и несёт с собой в гостиную. За окном уютно шелестит листва. Фингон лежит на диване и смотрит на идеально заправленную кровать Маэдроса. Входит Маэдрос и снова запирается. Фингон, потягиваясь: – Ну как, обо всех позаботился? Маэдрос, присаживаясь рядом с ним: – Близнецы завтракают, Мелькор спит. Фингон: – Мелькор?! Маэдрос, смеясь: – Плюшевый! – Прислушивается к звукам с кухни: – Надеюсь, они едят. Фингон, поглаживая его по руке: – Ты сам с ними как многодетный отец. Маэдрос: – Хуже, я многобратный брат… – Наклоняется и ласково целует Фингона в нос, Фингон жмурится от удовольствия. – Хуже того – старший брат. Фингон вздыхает и решительно обнимает его за шею: – Подозреваю, у нас с тобой опять есть две минуты. Маэдрос: – Подозреваю даже, что полторы. Кухня. Амрос и Амрод завтракают. Амрод, зачерпывая ложкой кашу и изюм: – Амрос, а почему с Мелькором нельзя говорить об этом… ну… – Старательно выговаривает: – Бля-д-с-т-ве. Амрос: – Потому что он расстроится. Амрод: – А почему? Амрос: – Не знаю. – Слезает с табуретки, берёт телефон и набирает номер Мелькора. Больничная палата. Гортхаур мрачно смотрит на Мелькора. Мелькор мешает в стакане ложечкой какую-то тягучую розовую жидкость. Мелькор: – Тут написано, – демонстрирует большую пластиковую банку, – что это очень полезно для желудка! Гортхаур: – У меня не желудок болит. Мелькор: – Это укрепляет иммунитет! Гортхаур, подозрительно: – Дай сюда. – Читает: – При запорах, рвоте, кишечной непроходимости… ты вообще читаешь, что ты покупаешь?! Мелькор: – Вот, смотри, тут в самом конце написано – «укрепляет иммунитет». Гортхаур: – После длительных поносов! Мелькор смотрит на спринцовку, потом на упаковку, осторожно пробует и заключает: – С клубничным вкусом. Гортхаур: – Феанор бы тебе этот стаканчик на голову натянул, и я склонен с ним согласиться. Мелькор, осторожно отсаживаясь от него подальше: – Ну, тебе же не повредит! Гортхаур: – Я у тебя больше ни одну таблетку не возьму! У Мелькора звонит телефон. Гортхаур: – Феанор, лёгок на помине? Мелькор: – Да? Голос Амроса: – Мелькор, а почему тебя расстраивают разговоры о блядстве? Мелькор закашливается. Голос Амроса, явно в сторону: – Мне кажется, он расстроился. Голос Амрода в отдалении: – Давай извинимся. Голос Амроса: – Прости, я не хотел тебя расстраивать. Мелькор, прокашлявшись и для верности поставив стакан с розовой жидкостью на тумбочку: – Амрос, откуда ты знаешь такие слова?! Их нельзя говорить! Голос Амроса, снова в сторону: – Ну вот, и Мелькор то же самое говорит. Голос Амрода: – Тогда спросим у папы. – Кладут трубку. Мелькор, продышавшись, убирает телефон в карман. Гортхаур, ревниво: – И кто это был? Мелькор: – Амрос. Гортхаур, швыряя в него банку с витаминной смесью для перенёсших желудочную инфекцию: – Ты снова мне врёшь! Как шестилетние дети могут звонить тебе по телефону?! Они же ещё в куклы толком играть не умеют! Мелькор, обиженно: – Они уже всё умеют, их же Феанор воспитывал! Гортхаур: – Ни слова без своего любимого Феанора! – Складывает руки на груди и отворачивается. Амрод, вздыхая, продолжает есть кашу: – Ну вот, Мелькор так ничего и не объяснил. Амрос, серьёзно: – Это только папа всё всегда объясняет… Комната Маэдроса. Фингон натягивает рубашку, Маэдрос складывает диван. Звонит телефон Маэдроса. Маэдрос, свободной рукой собирая в кучу покрывала: – Привет, папа! Феанор, одной же рукой набирая на клавиатуре длинный код: – Всё в порядке? Маэдрос: – Да, близнецы завтракают, Фингон проснулся, остальные ушли в школу. Феанор: – Ты не обидишься, если вечером мы пойдём в кино, а ты с Фингоном останешься дома? Маэдрос, радостно: – Нет, папа!!! Фингон снова вздрагивает и испуганно смотрит на друга. Феанор, смеясь: – Ладно. Я сегодня пораньше освобожусь, работу почти всю сделал, а Гор болеет. Маэдрос: – Хорошо, пап. Феанор: – Я люблю тебя, малыш. – Кладёт трубку. Маэдрос, радостно обнимая Фингона: – Ура, ура, у нас будет романтический ужин! Фингон, испуганно: – Когда?! Как?! К-какой ужин?! Маэдрос: – Папа всех уведёт в кино, а нас дома оставит! У нас будет как минимум три свободных часа! Фингон, счастливо обнимая его: – Ура!!! Амрос, отпивая чай из большой кружки: – Ну вот, раскричались как маленькие. Амрод, разворачивая конфетку: – Ага-а. Если бы меня не взяли в кино, я бы так не радовался!

26 мая 2010

Конец восьмой серии.