Её глаза

Уиндермир — тихий уголок на севере Англии. Озерный край всегда славился своими видами и всегда привлекал различного возраста и умения художников. Странно было после суеты шумного Лондона прогуливаться по его тихим улочкам и сидеть в почти пустующих кафетериях. Странно было с чувством чего-то знакомого вглядываться в глубины одноименного Озера. Она рисовала с пяти лет. Маленькая сирота, выросшая в холодных стенах детского дома и никогда не знавшая семьи. Во снах она видела высокую гору на берегу прекрасного озера. Людей одетых, будто средневековые рыцари, сражения… Каждое утро она просыпалась со странным чувством и мыслью что её ждет что-то большее, чем работа в посредственном ресторане и подработка рисованием пейзажей для туристов. Эта ночь не отличалась от предыдущих. И все с тем же неумолимым чувством она направилась к озеру. Погода стояла мерзкая. Осень нынче выдалась ужасно холодной и богатой на дожди. Закрывая лицо шарфом, пытаясь ограничить контакт лица с холодным дождем, девушка мечтала побыстрее добраться до работы. Ей всегда говорили что спешка не лучший выход в подобного рода ситуациях и сейчас она в этом убедилась. Спина заныла от падения на мощеный тротуар. Девушка сделала попытку подняться, в уме ругая гадкую погоду и скользкую брусчатку. — Вам помочь? — послышался рядом мужской голос. — Нет, спасибо, справлюсь. Но скорее всего это был не вопрос. Мужчина наклонился и помог девушке подняться. — Спасибо. — смущенно проговорила она изучая спасителя. Это был мужчина лет тридцати с лишним, высокого роста, с темными волосами и обворожительными синими глазами. — Вы в порядке? — спросил он. — Да. Немного ушиблась, но это не страшно. Спасибо вам еще раз. — Да не за что. Могу я угостить вас чашкой кофе? — Это очень мило, но боюсь мне нужно на роботу. — Тогда может номер оставите? — мужчина улыбнулся. — Пожалуй да. Она достала небольшой листок и начеркала номер и имя. — Элия? Красивое имя. Наверное родители очень вас любили. — Не знаю. Я сирота. И имя мне дала воспитательница в приюте так что… — О, простите. — Да ничего. Но мне бы хотелось и ваше имя узнать. — Ах, да. Меня зовут Торин. Девушка рассмеялась. — Серьезно? Как гномьего короля в Хоббите? — Да. Уж очень мой отец Толкиена любил. — Ясно. А вам как? — Мне? С таким именем приходиться соответствовать. Люблю эту книгу. Вот только финал мне не очень по душе. — он рассмеялся. — Как по мне слишком неправдоподобно. И он, и его племянники… Было-бы гораздо лучше если бы они нашли любовь. — Да вы как я погляжу романтик. — Увы. Они снова рассмеялись. Разговаривая, оба напрочь забыли о дожде. — Мы заговорились. Чего доброго, еще на роботу из-за меня опоздаете. Позвольте проводить? — Торин подставил локоть и Элия с радостью взяла его. Через дорогу за ними наблюдала довольно странная пара. Мужчина, одетый явно не по погоде, но, кажется, не испытывающий дискомфорта и женщина, в совсем легком платье и вплетенными в волосы цветами. — Нам ведь запретили это делать, помнишь? — обратилась женщина к спутнику. — Это мой народ. Я могу распоряжаться их судьбами. — Ауле, Эру накажет тебя. — Если только узнает. Он слишком занят своим драгоценными эльфами. — Ох! И не надоест же тебе? Который раз ты их вот так сводишь? — Знаешь, Яванна, сотни пар клялись мне в вечной любви, сотни клялись быть вместе во всех жизнях, но лишь несколько звучали по-настоящему искренне, от сердца, как у этих двоих. — Ты дашь им вспомнить? — Не знаю. Все в их руках.