Ты часть моей жизни

       По пустому складу раздается глухой звон. Щит чертит по бокам стальных ящиков и застревает в стене. Стив устал, и даже с повышенным метаболизмом раны не скоро заживут. - Кэп, ты меня слышишь? – Как же Сэм не вовремя. - Я сейчас немного занят, – отвлекаясь на разговор с соколом, чуть не пропускает удар стальной руки, и отходит на несколько шагов назад.        Баки тоже устал. Его реакция замедлилась, и движения уже не такие резкие. По его щеке стекает кровь с разбитой капитаном брови. - Мы друзья, и я не хочу драться. - Я тебя не помню, – Зимний солдат подбирает доску и кидает в капитана. Та с грохотом отлетает от руки и падает на пол. Перед Роджерсом встает стена пыли, не дающая четкости обзора. Воспользовавшись ситуацией, Джеймс подкрадывается сзади и бьет левой рукой в спину, от чего капитан отлетает в сторону к стальным ящикам и бьется головой о стену. Звон раздается в голове параллельно с шипением связного наушника. - Кэп, уходи оттуда! Капитан Америка поднимает глаза, восстановив зрение. Красная точка мелькает в районе поясницы Джеймса и что-то екает в груди. - Поздно,- он с силой вырывает щит из стены и бежит. По складу раздается выстрел. Бок Зимнего солдата окрашивается в алый цвет и тот падает на одно колено. Капитан поднимает глаза в попытке увидеть противника. Наверное, никогда в жизни он так не ругался матом. С верхнего этажа на него смотрела мини базука, а также с полсотни винтовок. Он не мог оставить друга, даже если тот его не помнит. Под шквалом выстрелов, прикрываясь щитом, Роджерс пытается поднять Зимнего, но тот явно не настроен на сотрудничество. - Хочешь выжить – придется довериться. – Эти слова были услышаны, а вот реакция последовала не сразу. Баки еще сопротивлялся и не давал себя поднять, но напор огня поспособствовал ускорению принятия решения. Держась левой рукой за бок, он все же позволил себя поднять. - Сэм, прикрой нас. Как только мы отойдем от склада, возвращайся обратно на базу. - Если хочешь сотрудничать избавься от связи. - Зимний сказал это даже не глядя в сторону собеседника. А что делать. Стив слишком долго его искал, чтобы снова терять. - Как смогу, сам свяжусь. Рассчитываю на тебя, – эта последняя фраза, которую смог передать связной наушник. Возмущения со стороны сокола не могли быть услышаны из сломанной аппаратуры, одиноко лежащей на полу склада. *** На старой улице горело всего пару троек фонарей с переменной работой. Стояла полная тишина и признаков жизни особо не наблюдалось. Да и где ей здесь взяться. Единственными обитателям этого заброшенного на краю города места можно назвать бомжей и братьев наших меньших. Такая компания «родственников» наблюдалась около мусорных баков. Заметив две фигуры, выходящие на свет фонаря, вся компания разбежалась. Зимний тяжело дышал. Рана кровоточила, и, если что-нибудь не принять, может случиться осложнение. Капитан это понимал и очень переживал. - Далеко еще? - Взгляд осматривал, куда можно было бы на время приземлится, и осмотреть раненого. - Еще три дома, - Голос Баки ослаб и немного дрожал. Удача улыбнулась. Капитан нашел ступени, ведущие в старый и накренившийся дом. На них можно и остановится. - Садись, - на удивление Стива, солдат не сопротивлялся. Он старался всеми силами не показывать боль от раны. Роджерс присел, чтобы осмотреть ранение. Первая же попытка была пресечена тяжелым взглядом и суровым: «Не трогай». - Мне надо знать, серьезна ли рана, - Стив старался говорить, как можно убедительней. Недовольно кряхтя, он все же убрал руку. При первых действиях Роджерс услышал шипение. Майка, пропитанная кровью, присохла к ране и тянула кожу с собой. Преодолев этот рубеж, капитан осмотрел ранение, насколько это было возможно в тот момент. Вроде как на вылет, а значит - пули в теле нет. Уже легче. - О боги. Капитан Америка, - немного писклявый голос прервал их. Наверное, этот парень просто везунчик по жизни. И это еще мягко сказано. Ведь если бы не рука Баки, паренек был бы уже на том свете и не один раз. Но это только на первый взгляд. Стив не выстрелил бы. Просто в тот момент рука дернулась по инерции, а вот рука Баки помешала. Холодная сталь и холодная кровь. Капитану стало противно и не от того, что он боится крови или прикосновения Зимнего были не приятны. Нет, это потому что он понял или принял то, что сделали с Джеймсом, то, как это ужасно и отвратительно. Рука дрогнула, и выстрел мог бы случится, но тот парень действительно счастливчик. - Я не могу поверить своим глазам, - парень от восторга начал прибавлять звук, – два лучших друга в прошлом и враги сегодняшнего снова вместе и … - Я передумал. Стреляй. – Баки убрал руку и начал подниматься со ступеней. - Все молчу, молчу. Я Кендалл, рад знакомству, - протягивает руку. - Кендалл, это конечно замечательно и все такое, но не мог бы ты немного помочь, - уже в процессе беседы Стив успевает подхватить Баки. *** По небольшому подвальчику разнесся звук пощечины. Стив хватает Джеймса за плечи, пытаясь докричаться. - Зимний, ты меня слышишь? Давай открывай глаза! – Безрезультатно. Солдат потерял много крови и погружался в мир снов, в котором хотел очутиться и Роджерс. - Стив, подойдите ко мне, – за ширмой раздавалось уйма звуков. – Да оставьте вы его, теперь точно не потеряете. При упоминании имени, Баки вздрогнул, и Капитан это видел. Не хотелось отпускать и отходить от него ни на минуту. Но Кендалл продолжал настойчиво звать, в результате чего Зимний солдат остался один на кушетке около стены. Парень копался в ящичках старого комода, выискивая что-то. По сторонам было раскинуто уйма бумаги, коробок, старых лекарств и еще много чего не понятного. - А ты… - Можно сказать, я горе студент, которого выгнали за критику образования одного учреждения. – Он схватил чемодан и начал запихивать старый потрепанный ноутбук, а Стив лишь молча стоял в сторонке и наблюдал. - Он спас мою, скажем пятую точку, и теперь я у него в небольшом долгу. И да, меня тоже ищут. Я вроде ответил на все возможные первоначальные вопросы. В одно мгновение он оказался перед Стивом с аптечкой. - Надеюсь, вы знаете, как этим пользоваться. И не дождавшись ответа, быстро ретировался к выходу. От первого впечатления не осталось и следа. - Погоди, я же не … - Вы справитесь, я уверен. А мне надо отвести слежку. Знаете, не хочу оказаться на блюдце у «Гидры», - Кендалл остановился и тихим голосом добавил: - Вы наверно знаете, но я все же скажу…Джеймса больше нет. Есть лишь облик, то, что осталось от прошлого, лишь небольшие крупицы. Он вас не вспомнит, - стоит и ждет. Ждет реакции великого героя Капитана Америки, всегда сильного, смелого, отличающегося от других, но это лишь облик для людей. Стив обычный человек и ему, как и всем, нужна поддержка, дружба, любовь. Как и всем, ему, нужно о ком то, заботится. Капитан махнул головой. Он действительно знал это, но не хотел верить до конца. Его плечи поникли, и сам он стал темнее тучи. На лице Кендала появилась улыбка. Легкая, понятная лишь ему одному улыбка. Капитан Америка нашел этого человека, нашел того, кто ему нужен. Да и Зимнему Солдату не помешало бы понять, что такой человек рядом. Осталось дело за малым – подтолкнуть их. - Я буду отсутствовать неделю, а может и месяц, - в сторону Роджерса полетела недавно найденная парнем рация.- Я на втором канале. А теперь мне пора. До скорых встреч, Капитан Америка.- И, откланявшись, ушел. *** Прошло уже больше недели, а может и месяца. Кендалл за это время ни разу не появился. Рация включалась пару раз и то с перебоями. А Капитан Америка вот уже непонятно какой день сидит у кровати Зимнего. Первое время было тяжело. От нанесенной раны, у Баки поднялась температура, появилась дрожь и жуткие кошмары, которые мучили не только его. Каждую ночь Роджерс не отходил от кровати. Аптечка возле тумбы, мокрое полотенце с тазиком, стакан воды и стакан крепкого, насыщенного кофе – пожалуй, это стало стандартным набором его повседневных дней. Тяжелые стоны давили на уши, от чего хотелось завыть. Стив чувствовал вину за все. За то, что не удержал, не доглядел, не спас от ранения. Надо было что-то делать, как то успокоить, и Капитан нашел решение. Каждый вечер, после перевязки и всех процедур, он просто садился рядом, брал его за руку и рассказывал о прошлом. И Джеймс успокаивался. Стоны становились тише, мышцы расслаблялись, а сознание уходило в спокойный сон. Просидев так с полночи, Стив и сам засыпал как маленький ребенок, присев на пол и подложив под голову руки. А через какое-то время просыпался Джеймс. Открыв глаза, он долго смотрел в темный, с трещинами, потолок и слушал прерывистое дыхание Капитана. Что-то давило на виски и в мгновения перед ним всплывали моменты прошлого. Это были не значительные, секундные воспоминанья с одним единым элементом. В каждом из них был он – Стив Роджерс. Не выдержав атмосферы, которая исходила от спящего, как ребенок, и счастливого Роджерса, он будил и отправлял его подальше от себя, подальше от всех этих приятных ощущений, которые казались сном. В эту ночь все повторилось. Луна так же светила через маленькое окошко небольшой комнаты, а Роджерс посапывал сидя на полу, возле кровати. Тихое дыхание ласкало слух и заставляло сердце Баки биться быстрее. Так не могло продолжаться. Джеймс тянется рукой до его плеча и останавливается. Что- то в этот раз пошло не так. Зимний солдат не будит и не гонит его как всегда на кухню или еще подальше. Взгляд скользит по лицу. Барнс невольно рассматривает каждую деталь лица: лоб, глаза, нос, губы. Рука поддается некоему порыву, и подушечки пальцев касаются легкой щетины. Капитан не просыпается. Наоборот, щека тянется к отдаляющимся пальцам. Зимний боится и отдаляется. Боится тех ощущений, которые вызывает совершенно незнакомый и в тоже время до боли родной человек. Присев, Баки кидает подушку в сладко спящего Капитана. Он не смотрит и не видит, как просыпается Стив, как он смотрит на него и уходит на кухню. Тем временем Зимний злится внутри себя. Его терзают вопросы: почему Роджерс это делает? почему не уходит? зачем так заботится и каждую ночь, держа его за руку, засыпает рядом? и почему ему, Джеймсу, так это нравится? Вставая и немного пошатываясь, он доходит да двери и еще больше злится. Сам Капитан Америка готовит ему «завтрак». Каждый раз хоть он и не просил. От такого зрелища становится противно. - Эй, Капитан Америка, - четная попытка Баки прекратить это. Стив по-прежнему готовит и как будто совсем не замечает присутствия солдата. - Роджерс! – Зимний срывается на крик. Но встречает лишь еще большее усилие в приготовлении еды и хмурый вид. Вот наверно в этот момент надо было бы уже прекратить звать его, развернуться и уйти, но не все так просто. - Стив.- Вроде одно слово, сказанное еле слышно, а результат на лицо. Все возможные шумы затихли, и лишь сковорода на плите напоминала о себе. Роджерс пребывал в состоянии шока и детской радости. Услышанное имя из его уст будоражило кровь, заполняя все уголки сознания. Увидев результат, Зимний идет к креслу, садится и, неловко потирая затылок, указывает на подлокотник. - Садись. Полное подчинение. Роджерс бросает все на кухне и подходит к креслу. Еще раз смотрит на Баки потом на подлокотник и не торопясь садится к солдату спиной. Зимний неуверенно упирается лбом в спину капитана. Стив не сопротивляется и не убегает, лишь задерживает дыхание и молчит. А Барнс наслаждается. Наслаждается тем, что никого нет, тишина и приятный запах, исходящий от накаченного тела. Становится легче и рука снова тянется к Роджерсу. Но как говорят: «ничто не вечно». Стив резко вскакивает и с воплями бежит на кухню. Так называемый завтрак подгорел. Капитан Америка выгребает все, что уцелело на тарелку и отправляет сковороду в рукомойник. Баки тихонько подходит сзади. Ему мало трех секунд. Надо больше. Он смотрит на то, как моет несчастную сковороду Стив и хочет еще раз прикоснуться, почувствовать тепло его тела и аромат. Под действием порыва, Баки подкрадывается сзади, обнимает за талию и притыкается лицом к затылку. Приятный аромат бьет в нос, вызывая странное наслаждение. От неожиданности Стив роняет губку со столовым прибором и та со звоном падает в рукомойник. На какое-то время единственным источником звука была вода, льющаяся из крана. Стив замер и вслушивался в дыхание такое теплое и обжигающее. Но, как будто опомнившись, Баки отстраняется. - Прости, - еще не убирая рук, он еще раз вдыхает манящий аромат. Стива охватывает паника, будто если он его сейчас отпустит, то потеряет навсегда. Он резким движением хватает руки Зимнего солдата, никуда его не отпуская. Наоборот, прижимает ближе к себе. - Все нормально, - и, убедившись, что Баки не уберет их, продолжает мыть сковородку. - Зачем ты это делаешь?- Баки говорит тихо. Ему действительно интересно. -Не знаю. Я просто по-другому не могу. Ты часть моей жизни, которую я не хочу терять. - Но я же тебя не помню. -А когда я первый раз снял с тебя маску? -Помню. Но тогда я тебя чуть не убил. - Скажем, это мелочи. Главное помнишь. Мне и этого уже хватит. – Стив задорно улыбается. – Хотя нет. То, что ты не пытаешься меня убить, гораздо важнее. - Ты странный…Ты постоянно всех спасаешь, рискуя своей жизнью, ты спас мне жизнь, хотя я тебя чуть не убил. Ты упорно остаешься рядом, но знаешь же, что я не могу вспомнить. Ты каждую ночь сидел около моей кровати и ухаживал за мной, как за раненной собакой. Ты постоянно готовишь на двоих, но я тебя никогда не прошу об этом. Ты надоедаешь своим поведением. Так почему мне это нравится? Почему мне этого мало? Тишина. Наверно, этим вопросом задавался и Стив. Ему нравилось подрабатывать нянькой на побегушках. Но больше всего ему нравилось находиться с ним рядом. Иметь возможность прикоснуться или наблюдать, как он спит. Но среди них более смелым оказался Баки или же более глупым, что решился задать такой вопрос. В этот момент для них это уже не имело значения. Роджерс в мгновение развернулся лицом к Барнсу. - Тебе действительно это нравится? Осознав все сказанное, Зимний срывается с места, стараясь скорее скрыться, чтобы Стив не видел его лица. Капитан успевает схватить его за руку, не давая сбежать. - Не убегай и ответь мне. - Не заставляй меня говорить это. Стив чувствует, как рука Баки дрожит, а голос выдает его. Ему неловко за все сказанное и он пытается сбежать, а Роджерсу это не нужно. Он устал от того, что постоянно теряет очень дорогого для себя человека. Стив легко тянет его на себя за руку и обнимает. Крепко, так, что между ними не осталось совсем никакого пространства. Барнс пытается вырваться, но отступает и поддается чувствам. - Тебе нравится? – Дыхание обжигает мочку уха солдата. Стив отстраняется, не убирая одной руки со спины, и приподнимает голову Зимнего за подбородок. Они смотрят друг другу в глаза и ищут ответы на свои вопросы в чужих глазах. - Да, но мне этого мало. - Так может, стоит сделать что-то большее? - Может и стоит. Стив нежно улыбается, тем самым маня солдата к своим губам. Между ними остаются считанные сантиметры, как капитан убирает руку от подбородка и легонько хлопает Барнса по лбу. - Знаешь, для начала было бы прекрасно принять душ. – Стив поправляет прядь волос, спавшую на глаз Зимнего. - Ты серьезно? – В ответ лишь увидел довольный кивок. – Вот умеешь ты испортить момент, Роджерс. Солдат легко выскальзывает из объятий и уже было почти уходит, как слышит сзади довольный смех. -А кто сказал, что душ нужен только мне? Через пару мгновений они оказываются в ванной лишь с полотенцами на бедрах. На удивление, ванна была довольно просторной. Единственным минусом была плитка, выложенная в хаотичном порядке по полу. Она была холодной, от чего по ногам начинали бежать мурашки. Так, старое здание, потрепанные стены, потолок и эта безвкусная плитка создавали весьма мрачное настроение. Но яркая лампа, шум набирающейся воды и ее блеск немного спасали положение. Стив сел на край ванны и поманил к себе. - Мне кажется это плохая идея. – Барнс осторожно подошел к нему, не зная, что тот может выкинуть в следующий момент. - Только если рана до сих пор болит. Роджерс осторожно проводит рукой по оставшемуся шраму от пули. Его взгляд снова становится отстраненным и печальным. Но от тяготивших его мыслей отвлекает рука, мягко опустившаяся на голову Стива. Впервые Баки вот так спокойно дотрагивается до него. Пальцы зарываются в светлые пряди и в какой-то момент тянут вверх. Под давлением Роджерс поднимает голову, и пухлые губы Барнса робко касаются его губ. Так нежно и несмело, как будто это было самым хрупким, что можно было сломать в одно мгновение. Он отстраняется и разрывает им начатый поцелуй. Ему надо видеть, все ли он правильно сделал, не испортил ли он все то, что сложилось за эти дни. Он не ошибся. Заглянув в глаза, он увидел смятение, нежность и еле заметную страсть, которая разгоралась с каждой секундой. - Обещай мне, что больше никогда не уйдешь, - в этот момент Капитан Америка был похож на жалостливого щеночка, – Обещай, что всегда будешь рядом, Бак… Я без тебя больше не смогу. - Обещаю, – Барнс расплылся в лучезарной, так давно никем не виданой, нежной улыбке. – Ведь ты часть моей жизни, которую я не хочу терять. Последнее было сказано в губы, опаляя кожу. Искренний поцелуй, как и искренние слова, увлекли их, заставляя забыть обо всех накопившихся неприятностях. Баки знал, что, даже не помня прошлого, он помнит самое главное – Стива. Каждому в этой жизни нужна поддержка, друзья, любовь. Нужен тот, о ком он сможет заботиться, тот, кто заставит волноваться по пустякам и приносить в жизнь радость и теплоту. Нужен тот, кто будет также нуждаться в тебе, как ты нуждаешься в нем. Как огонь поддерживается воздухом, как человек зависит от кислорода, так и ты становишься зависим от него. Это неизбежно. Баки нашел свой кислород, нашел того, кто будет рядом, и теперь это неизбежно.