Недосорванные

– Дим, надо лететь, – Дэн уговаривал Димку уже второй час. Тот мрачно буравил его взглядом и ничего не отвечал, но, похоже, рыжий передал управление процессору и давно отдыхал, предоставив возможность своей кибернетической составляющей изводить начальника самостоятельно. – Ты же сам понимаешь, что надо. – Дим, а может, и правда? Дэн прав? – Леночка посмотрела на начальника несчастными глазами. Это была ее идея, и, в результате, Сергей отсутствовал уже третий день, но Димка упорно не соглашался отправить еще один корабль, предлагая подождать еще. – Ну, может, там просто гасилка нерабочая. И он просто попал в завис. И мы сейчас отправим еще один корабль туда же, – в сотый раз привел один и тот же аргумент Димка. – Тем более надо тогда лететь, у него еды почти с собой не было, – упрямо не согласился Дэн. – Ну, так может, починят! Посидит пару дней и вернется! Разговор упрямо, как ослик за морковкой, ходил по кругу. Все аргументы уже были высказаны раз сто или двести и столько же раз проигнорированы оппонентами. – Дим, ну давай слетаю, – спокойствию Дэна мог позавидовать любой буддийский монах. – А если он вляпался во что-нибудь? Или у него навигаторская программа слетела? А если он на патруль нарвался? – А если нарвался на патруль, ты тоже хочешь? – разозлился Димка. Ему до буддийского монаха было далеко. – Кстати, – Леночка задумчиво посмотрела на ребят и почесала кончик носа. – Мы этот момент не учли, приняв за аксиому, что сектор пуст. И у нас летел один киборг. А если сымитировать нормальную человеческую команду? Димка бросил на девушку взгляд «и ты, Брут», но задумался. Парня, конечно, надо было лететь выручать, но какое-то неприятное чувство раскручивалось тревожным веретеном, не давая согласиться с Дэном. – Тогда я полечу, – совершенно нелогично вдруг заявил Димка. – Раз человеческая команда, так человеческая. – Нет, – покачал головой Дэн. – Твоя голография была слишком на тебя похожа. И ты нужен на станции. Димка поморщился: Дэн был прав, и есть шанс, что у каждого патрульного на приборной доске висит его портрет. С надписью «Особо опасен. Стрелять перед задержанием». – Давайте я полечу, – оптимистично предложила Леночка. – Нет! – в один голос рявкнули Дэн с Димкой, одинаково набычившись: в этом вопросе парни были на редкость солидарны. Но потом Дэн виновато улыбнулся и примирительно предложил: – Лучше полечу я, Маруся и Даня. – Даня? Хм, может, ты и прав, – задумчиво согласился Димка. – Ладно, будем считать, уболтал. Но запомни, рыжий: не вернешься, я тебя придушу. Дэн согласно кивнул. Он давно уже перестал информировать начальника о невыполнимости его обещаний – что тот ответит, и так знал: «Не волнуйся, рыжий, я талантливый». *** – Ты как? – Дэн сел на стул рядом с кроватью. – В реанимационном модуле было уютнее, – Кир ухмыльнулся. – Но мне там надоело, и Джон меня выпустил. Как дела на станции? А то тут тоска зеленая, никто ничего не рассказывает. – Серега пропал. Мы попытались слетать в соседний сектор, чтобы поймать межпланетку, и он не вернулся. Полечу, посмотрю, что там, – спокойно сообщил Дэн. Кир закрыл глаза, соглашаясь, и поинтересовался: – Кого возьмешь? Мэтта? – Нет. Марусю и Даню. – Кого? – Кир вытаращился на Дэна и попытался сесть, но тут же зашипел от боли и упал обратно на кровать. Огоньки на подключенных к парню приборах сердито замигали. Даниэль попал к ним с гражданским завозом. Спецзаказ. Богатый папаша купил телохранителя для своего непутевого сыночка. И основной задачей киборга было торчать в фойе колледжа, из которого сыночек старательно пытался не вылететь, или охранять отпрыска в элитных ночных клубах, где секьюрити было столько, что максимум, что угрожало охраняемому объекту, – это подавиться оливкой в очередном коктейле. Если бы DEX-компани пришло в голову создать антипод Кирилла, то они бы сделали Даниэля: гибкий, стремительный, напоминающий снежного барса Кир и невысокий, приземистый, на первый взгляд неповоротливый, темноволосый Даня; выбеленные кудри и яркие глаза в противовес невзрачному лицу настоящего телохранителя – увидишь в толпе и тут же забудешь; излучающий ледяное спокойствие боец и искренне, чуть ли не до слез обижающийся на все, что только можно обидеться, и с некоторым трудом на то, на что обидеться в принципе нельзя, ребенок. Но и это еще не все: Кир совершенно искренне полагал, что киборгам, не прошедшим армию или хотя бы, как Мишель, полицию, права слова не давали. Домашние киборги, живущие в собственных комнатах, три раза в день получающие еду и рискующие помереть от ничегонеделания, с его точки зрения, о жизни знать ничего не могли. При этом, не испытывая никакого внутреннего конфликта, он совершенно спокойно общался с Сергеем, Марусей и Илюшей – они были свои, с базы. Свою роту Кир придирчиво комплектовал из таких же, как он сам: прошедших армию, хлебнувших по полной программе и совершенно безбашенных. Димка в шутку (а может, и всерьез) называл его роту «дикими койотами», но рота слушалась своего ротного беспрекословно, дисциплина была железной, и Димка не вмешивался. С Даниэлем пришлось вмешаться. С бывшим телохранителем, по ошибке сначала попавшим в его роту, у Кира спокойно общаться не получилось. Даня относился к тому редкому проценту киборгов, которые чистосердечно считали, что раз уж их создали для защиты хозяина, они должны этого самого хозяина защищать. Чем выбешивал Кирюху до потери контроля. Киборга перевели в другую роту, но это не помогло. Парни умудрялись поцапаться в столовой, в бассейне или просто в коридоре. Окружающие уже начинали подозревать, что этим двоим просто скучно друг без друга. При этом Даня искренне завидовал всем армейским киборгам, с жадностью слушая их редкие рассказы о своей прошлой жизни. Он неподдельно переживал, что в его жизни не было и тысячной части таких приключений и подвигов. Сам он один раз выдернул пьяного хозяина из-под садящегося кобайка; жизнь, конечно, спас, но на подвиг это не тянуло. Армейские киборги над ним посмеивались, советуя радоваться, что приключений не досталось, а Кир непритворно злился, называя полоумным придурком. Кирилл никогда в жизни бы не признался, даже себе, что он завидует Дане: тому не приходилось спать в холодной грязи, потому что в палатку киборгов не пускали; голодать, потому что отобрали пайку; ползти, уворачиваясь от злой плазмы, не имея возможности нарушить приказ; постоянно ждать удара, не видя разницы между людьми. А еще ему не приходилось выбирать между своей жизнью и чужой. Не то чтобы Кира мучила совесть – для него выбор был однозначный, но все же он бы предпочел, чтобы ему не приходилось делать этот выбор. А еще, Даниэль, единственный на базе, обрадовался, что они вляпались в войну. И даже упросил Димку оставить его на станции. – Даниэля, Кир. Это самый разумный выбор. – Что? Да он кретин! Возьми любого из моей роты, если не хочешь Мэтта! – Кир возмущенно смотрел на рыжего, не делая больше попыток дернуться: разговаривать ему и так было сложно. – Кир, во-первых, он DEX, такой же, как я или ты. – Дэн жестом остановил Кира, который от такого вопиющего утверждения был готов опять вскочить. – А во-вторых, тебе сколько биологических лет? Двадцать два? Так же, как и всем в твоей роте? Вот именно, а нам нужна правдоподобность, Кир. Мы имитируем человеческий экипаж. Среди разумных киборгов редко попадались модели старше двадцати пяти лет. То ли старших дольше выращивали, и процессор успевал жёстче вцепиться в мозг, то ли более взрослый мозг обладал меньшей гибкостью и не мог адаптироваться под такую странную реальность, но факт был налицо: если среди служебных киборгов они еще встречались, то среди разумных – единицы. Даниэлю было тридцать два года, и он был самым взрослым киборгом на станции. – Дэн, ну возьми ты хоть Мэтта или еще кого. Рыжий, у тебя в команде Mary и недоDEX! Ты нормальный? – Нет, – рыжий упрямо покачал головой.– Если не справятся два DEX’а, то не справятся и три. А если что-то пойдет не так, то я не хочу рисковать остальными. Это необходимый минимум. Маруську заменить некем – у остальных почти нет опыта прохождения сингулярности. А Даня будет изображать капитана. – Не знаю, что в тебе хозяин нашел, у тебя мозгов нет. Надо мне лететь. Дэн молча ткнул пальцем в развернутое рядом с кроватью вирт-окно. Помимо загадочных графиков, на экране были еще цифры – тридцать семь процентов – работоспособность системы от номинальной. Кир фыркнул, но спорить сил у него не было. – Ладно, Кир, ты чинись давай шустрее, а я пойду собираться, через два часа вылетаем. – Успехов, рыжий. И ты это, присмотри там за этим полоумным, он точно во что-нибудь вляпается. – А ты за хозяином присмотри, а то он тоже… любит вляпываться. – Вот еще. Сам вернёшься и присмотришь! *** – Вы все взяли? Продукты, оружие? – сердито спросил Димка. – Все взяли, Дим. И Ксю тоже установили, будет за нами следить, – спокойно сообщил Дэн и, предваряя следующее ценное указание, добавил: – Я помню, на прочесывание сектора три дня, потом назад. Но если не работает гасилка, может получиться дольше, учти это. – Знаешь, рыжий, у людей есть странная опция – интуиция. И она сейчас просто визжит, что я совершаю ошибку. – Не волнуйся, тебе не идет, – ехидно посоветовал Дэн. Несмотря на то, что киборгам интуиция положена не была, он тоже чувствовал что-то неприятно тягучее, но сообщать об этом начальнику не собирался – тогда Королев его точно не отпустит, а лететь надо.