Школа ЙА и Мэри Сью

— Срочная почта пришла в нашу Мухосрань! — оповестил автор, заходя в одну из многочисленных зал Чертогов Времени. Базилий и Блез, которые бились не на жизнь, а на смерть в шахматы, повернули головы в его сторону. Франциск же продолжил лежать на диванчике и сохранять энергию. — Екатерина нам пишет, — уточнил автор. Франциск тогда соизволил поднять свой зад свою голову с дивана и лениво посмотрел на автора. — Она собирает учеников, чтобы беспалевно вести уроки русского языка. Но ей нужны учебники. Она просит нас выслать деньги, список авторов учебников начальной школы и какого-нибудь взрослого сопровождающего. — Шах! И кто же это будет? — спросил Блез с таким видом, будто бы говорящим: «Пожалуйста, только не я». — Пусть отец Базилий. К нему меньше претензий будет. — А если они все-таки будут, — ответил Базилий, — что я смогу сделать? С непредвиденным обстоятельствами не умею разбираться, но все никак научиться не могу. — Не надо нам никакого Базилия, — заявил Франциск. — Не надо именно в этой авантюре, — уточнил он, заметив грозный взгляд святого отца. — Я передам Екатерине список и деньги. И смогу сопроводить её в город. Ко мне не возникнет подозрений, а если возникнут, я смогу их отвадить. Екатерина относится ко мне лучше, чем к вам. И если уж на то пошло, то я просто красивый. — Красивый-то красивый, но приятным и внушающим доверие тебя не назовешь, — неодобрительно отозвался Базилий, — не говоря о том, что гордыня — это грех. — Базилий назвал Франциска красивым, теперь можно смело умирать, я увидел все в этой жизни! — восхитился Блез. Базилий смутился, а Франциск надменно улыбнулся. — Ещё этим поступком, — как ни в чем не бывало продолжил последний, — я покажу свою доброту, благородство, и покажу, какой я хороший человек. — Но я напишу про тебя фанфик, в котором, с подачи Базилия, покажу тебя высокомерным грешником-извращенцем-садистом-сластолюбцем ещё кем-то, — отозвался автор. — Который не уважает старших. — Тогда я незамедлительно покажу тебе все черты своего характера, которые ты собираешься описать, — мило улыбнулся Франциск. — Будешь у меня котят в переулках резать!

***

До такой дорогой и элитной школы была просто вопиюще неровная дорога. Франциска и других пассажиров дилижанса мотало из стороны в сторону, кучер извинялся через каждые пять минут. В итоге Франциск решил немного пройтись пешком, чем трястись и выслушивать заику-кучера и дальше. Выбравшись из дилижанса, Франциск откинул волосы назад, элегантно сарказм, читать, вложив во внутренний голос побольше элегантности взял трость и не менее элегантно направился к Теримпадеронионору. Но вскоре ему надоело элегантно идти, и он пошёл обычным шагом. — Анисимову Екатерину видеть желаю, — сказал Франциск швейцару*. — Ага, — ответил тот, — щас приведу. Франциск милостиво кивнул и оперся на школьную ограду. Поднялся прохладных ветерок, который стал эпически развевать длинные волосы Франциска. Оставалось только злобно посмеяться, — и получится чёрный властелин. Когда Франциск уже приготовился изображать данного субъекта, вдалеке показался швейцар с Екатериной. Та, увидев его, слегка улыбнулась. Франциск улыбнулся в ответ, но гораздо шире. — Здравствуй, Екатерина! — поздоровался Франциск, обняв ее одной рукой. Та кивнула в ответ, продолжая улыбаться. Франциск повозился со швейцаром, доказывая ему, что он родной отец Екатерины, а фамилия у неё материнская, и параллельно думая, заколдовать его новой магией Блеза или дать тростью по голове. Но наконец, разобравшись с документами, также любезно поддельными Блезом, швейцар отпустил Франциска с Екатериной в город. — Здорово, батя, — хмыкнула Екатерина, когда они отошли достаточно далеко. — Как поживаете вы всей семьёй? — Все как обычно. Блез или эксперименты ставит, или читает, или колдует, автор про нас фанфики пишет, но это бывает редко, обычно он изучает самостоятельно латинский язык и психологию, а Базилий поучает нас троих. Живем очень весело и каждый день нашей разнообразной жизни уникален и никогда больше не повторится. — Понятно. У меня тоже все очень разнообразно, задумала переубедить ЙА и обучить их русскому. Вот мне учебники и понадобились. — Разумная идея выдать их за личные дневники. Твоего авторства? — Нет, другой ученицы. Вдалеке показался дилижанс, в просторечии — маршрутка, Франциск остановил его поднятой рукой. — Сколько учебников понадобится? — Не слишком много. Я надеюсь, что в моем классе наберется где-то человек четырнадцать-пятнадцать. Больше и не надо, отвлекаться будут. Местность, где был расположен Теримпадеронионор, отличалась мерзкой погодой, поэтому в очередной раз за день пошёл дождь. Франциск достал из кармана пальто два уменьшенных зонта и, следуя инструкции, увеличил их до нормального размера. — Удобно, — констатировала Екатерина.

***

Расплатившись на выходе, Франциск и Екатерина отправились в книжный магазин. Как только они там оказались, Екатерина со знанием дела стала выбирать учебники. Франциск просто сидел на диване и ждал её. Закуплено было пять учебников для первого, столько же для второго, третьего и четвёртого классов. Екатерина не вникала в подробности, кто в каком классе обучается, но неграмотными были все, поэтому учебники для первого класса не помешают. Ещё был куплен канцелярский нож, китайский суперклей и двадцать личных дневников с замком. Франциск все жаловался на то, что его безжалостно обирают. — Как только появится возможность, я тебе все верну, — пообещала Екатерина. — Не надо. — Тогда не ной. Расположившись в небольшом кафе, Екатерина под удивленные взгляды персонала стала срезать обложки с учебников и наклеивать обложки дневников. Франциск сидел тут же и помогал отрывать неровно приклеенные обложки. Но не могло все пройти так гладко, поэтому мирное подделывание учебников было нарушено приходом дочерей директора. Увидев такую наглость от простой смертной (Франциска назвать простым смертным язык не поворачивался), дочери директора завопили на всю кафешку. — Я это все папе покажу, — растягивая гласные, тоном «крутой чиксы» произнесла главная из них. Но как-то подтвердить свои слова она не собиралась, и Екатерина, ничего не ответив, продолжила своё дело. — Как ты смеешь меня игнорировать?! — Почему вы так со мной разговариваете? — через некоторое время подчёркнуто вежливо ответила Екатерина. — Слышь, ты че, умная что ли?! Быстро мне все это отдала! — блондиночка перешла на крик. Екатерина с Франциском переглянулись, не находя логики в словах этой дамочки. — Почему она должна вам что-то отдавать? — так же подчеркнуто спросил Франциск, в упор глядя в глаза этой нахалке. Взгляд Франциска оказался очень тяжёлым, поэтому дочь директора перешла на крик. Две её подружки стояли в стороне, ни во что не вмешиваясь. После пяти минут «общения» с дочерью директора стратегия «говорим спокойно и вежливо» дала сбой, и в действие вступила другая стратегия «уходим отсюда». Сложив учебники-личные дневники в пакет, Екатерина закинула обложки в урну и вместе с Франциском гордо удалилась к автобусной остановке. — Это кто? — спросил у неё Франциск, когда они после небольшого забега сели в маршрутку. — Дочь директора школы и её прихвостни. Наглая самоуверенная девица, которая считает, что только она такая прекрасная, а все ей должны. — Тяжёлый случай. — Не говори. Франциск действительно говорить не стал, Екатерина воткнула в уши наушники, потому остаток дороги проехали молча. Разбирательства с охранниками тоже много времени не заняли, Екатерина объяснила, в мыслях не отнимая руку ото лба, что на обычных тетрадях им, ученикам такой прекрасной школы, писать не пристало, и она купила для всех более приличные дневники. Ее пропустили. Франциска отпустили обратно к автору. — Встречай, страна, своих героев, — оповестила Екатерина, занося пакет с учебниками в спальню. Маша и Аркадий Паровозов в её отсутвие переклеили обои, которые сейчас были синими с рыбками и водорослями. — Учебники. С обложками личных дневников, на замке, ключи прилагаются. Все прошло хорошо, возникли некоторые трудности в лице дочерей директора, но, думаю, сильно они не помешают. — Это вы зря так думаете, — ответил Аркадий, заметно помрачнев при упоминании дочерей директора. — Они могут доставить серьёзные неприятности. Например, пожаловаться кому-то из завучей или своему папочке. — Я надеюсь, их папочка окажется адекватным человеком и поверит им, только если они предоставят доказательства. Я не говорю, что директор обязательно должен быть оплотом разума, — с нажимом произнесла Екатерина, заметив, как Аркадий открыл рот, чтобы что-то сказать, — более того, в моей практике был такой кадр. Но тем не менее, директором все же назначают за что-то. Аркадий опер голову на руку, подыскивая ответ, но договориться ему не дал ворвавшийся в спальню Валера. — И как же ты сюда попал? — ироническим тоном спросила Екатерина. — Сказал, что на слэше. Ещё всех не знают, — выпалил Валера, имея в виду блюстителя нравственности отделения тетю Галю, старую бабульку, которая была просто уверена, что, пообщавшись с ЙА с других отделений, ученики слэша испортятся и станут ЮА. — Я собрал своих. Нам можно бы в шесть вечера собраться. В смысле, нам удобно, у нас никаких уроков нет. — Хорошо. У нас тоже нет уроков в это время. Осталось только опросить учеников гета. Ты в каком классе в обычной школе учишься? — Во втором… — Минуту. — Екатерина скользнула за стол с учебниками, выбрала один из крайней стопки и отдала его Валере. — Это что? — спросил тот, удивлённо вертя в руках личный дневник с Hello Kitti. — Учебник русского языка. На который наклеили обложку дневника. Ключ на кольце в замке. — Э-э, хорошо… — И если ты знаком с учениками с отделения гета, расскажи им про учебники и про урок. — Похоже, дела налаживаются, — удовлетворенно сказал Екатерина, наблюдая за убегающим Валерой. — Это, кстати, тебе. — Она отдала Маше учебник для третьего класса.