The more the merrier

Доктор Клеф неторопливо шел по коридору, широко улыбался коллегам и ласково здоровался, но, доведись ему сегодня сыграть на укулеле, случился бы [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ]. Именно в таком настроении он когда-то писал научную работу «О сравнительном анализе чувствительности женского соска в лабораторных и полевых условиях у подопытных, пребывающих в сознании и без сознания», экспериментируя как раз на последней категории подопытных. Меньше всего персонал Зоны хотел, чтобы Клеф в подобном состоянии решил присоединиться к какой-нибудь исследовательской группе, так что опытные сотрудники старались как можно скорее скрыться. Приглашенный исследователь В. был не из таких: увидев в приоткрытую дверь Клефа, он попросил его заглянуть в лабораторию. — Что тут у вас сегодня? — доктор Клеф скучающе посмотрел на экран. Камера наблюдения бесстрастно фиксировала безобразную бойню, устроенную шестьсот восемьдесят вторым. Хорошо, что видео не передавало запахи: приглашенный исследователь В. и так заметно боролся с тошнотой. Тем не менее, жажда знаний в нем перевешивала все остальное, поэтому список предполагаемых экспериментов не сократился ни на один пункт. Клеф бегло с ним ознакомился и бросил на В. короткий, но очень внимательный взгляд из-под полей шляпы. — И вы действительно бросили в камеру ребенка? — Клеф усмехнулся и присел на край стола. — Полагаю, вы тоже будете считать, что это варварство, но… — начал было В., но Клеф прервал его нетерпеливым жестом. — Что ж, я рад, что мне не приходится доказывать вам очевидные вещи. Уверен, что нужной реакции можно добиться. Запустите к Шесть-Восемь-Два новый образец, — распорядился исследователь, зажав кнопку рации. — А что случилось с предыдущим? — лениво поинтересовался Клеф. — Он начал кричать и плакать. Шесть-Восемь-Два подошел к нему, оторвал голову, потом наступил лапой и разодрал тело образца. Несмотря на то, что объект вряд ли был голоден, он употребил тело в пищу, начиная с головы и кистей рук. Думаю, образец его спровоцировал, Шесть-Восемь-Два воспринял его плач как агрессию. — Или, может быть, это произошло потому, что вы запустили ребенка к огромной неуязвимой смертоносной рептилии, которая ненавидит все живое, а в особенности — то живое, что может догнать и сожрать, начиная с головы и кистей рук? — Клеф развел руками. — У вас сегодня плохое настроение? — исследователь сердито уставился на Клефа. Клеф ответил ему невыразительной усмешкой. — Немного. Спасибо, что спросили. Поссорился с коллегой, — по его тону было понятно, что подробности останутся за кадром. — Кстати, если мы вернемся к эксперименту… почему так много крови? Сколько образцов вы туда уже запустили? — Всего один. Остальные части тел принадлежат самому объекту. Мы применили несколько видов оружия, не использованных во время эксперимента на прошлой неделе. — Вы неплохо постарались, — Клеф оскалился, — может, стоило продолжать в этом направлении? По крайней мере, вам удалось вырезать у него метров шестьдесят кишечника, четыре легких, и три чле… — он вгляделся в экран, — Нет, показалось. Он замолчал: в камеру опять завели ребенка, на этот раз — напичканного, как значилось в списке, транквилизаторами. Несмотря на то, что мальчик весело рассмеялся, оказавшись в кровавом аду экспериментальной камеры, с ним поступили не лучше, чем с предыдущим образцом: огромные челюсти рептилии моментально превратили его в фарш. — Кажется, у него что-то с прикусом, — исследователь В. нервно хохотнул и косо посмотрел на Клефа. Клеф поднял руку и сдвинул шляпу так, что она съехала почти до кончика носа. Возникла такая неловкая пауза, так что, когда динамики загремели от рева SCP-682, все присутствующие, кроме, разве что, Клефа, почувствовали себя лучше. — Мне начинает нравиться ваш стиль, — наконец ответил Клеф. — Но вы как-то себя сдерживаете. Доктор Хикс, — он повернулся к одному из сотрудников, — Внесите правку в список экспериментов и заблокируйте его. Хочу, чтобы сегодня мы отработали все пункты в обязательном порядке, ни один не пропуская. — Сэр, — Хикс взволнованно вскочил со стула и хотел было что-то сказать, но Клеф приподнял шляпу и окинул его пристальным взглядом. Хикс сел на место, сглотнул и приготовился к вводу информации. — Следующим образцом станет приглашенный исследователь В., — мягко сообщил Клеф и повернулся к экрану, всем своим видом показывая, что с нетерпением ждет, когда его приказ выполнят. Он не отвлекся ни на возмущение В., ни на его крики, когда его все-таки втолкнули в камеру. Клеф снял с плеча укулеле, и, пока Шестьсот Восемьдесят Второй громко, сочно и со вкусом хрустел костями исследователя В., наигрывал канцону Франческо Да Милано. Эксперимент, безусловно, удался. — Сэр, — Доктор Хикс осторожно подошел к Клефу. — У вас будут какие-либо комментарии к протоколу тестирования? — Конечно, — Клеф подумал и продиктовал, — Он был ебаным и ублюдочным садистом. Всё равно никаких симпатий этот болван во мне не вызывал. Отдавать детей сраному чудовищу? Что за дьявольщина… Зафиксировал? Отлично. Мне пора. — Одну минуту, сэр, — Хикс покачал головой. — Есть одна проблема. — Что еще? — Вы сами сказали, что мы должны отработать все пункты списка, не пропуская ни один. — И в чем проблема? — Клеф поудобнее перехватил укулеле. — Сегодня утром к нам заходил доктор Кондраки. Он кое-что внес в план исследований. Я пытался вас предупредить, что вы — следующий в этом списке, — Хикс говорил все тише и тише, последние слова он шептал. — Мы ведь теперь не можем откатить изменения. Мне придется отправить вас следом за В. Клеф зловеще улыбнулся и предпочел сохранить молчание до самого порога тестовой камеры. Как он и предполагал, внутри царил первозданный мясной хаос. Под ногами хлюпала натекшая кровь, хотелось уставиться на пол, чтобы не поскользнуться на ошметке вываленной требухи, а в легких стало тесно от концентрированного запаха дерьма приглашенного исследователя — кто же еще мог успеть так густо наложить в штаны? Клеф, сохраняя спокойствие, смотрел в глаза Шестьсот Восемьдесят Второму, а тот не менее пристально наблюдал за доктором, не пытаясь приблизиться. Оба, наученные горьким опытом, моргали как можно реже. Клеф отсчитывал про себя минуты, ожидая окончания минимального времени проведения эксперимента, и думал о том, что в прошлый раз для него такие шуточки закончились купанием в ванной, полной слизи SCP-447-2. Слизь эту, кстати, он позже использовал в качестве замечательной анальной смазки. Три необходимые минуты истекли, и Клеф медленно попятился к двери. — Открывайте. Он ударил в закрытую дверь кулаком: — Ученые, блядь, на хую верченые! За дверью, казалось, все умерли. Клеф снова выругался и вытащил из кармана небольшое взрывное устройство. Еще за утренним кофе у него возникло предчувствие, что стоит взять с собой эту игрушку. Дождавшись негромкого хлопка, Клеф бросил прощальный взгляд SCP-682 и вышел из тестовой камеры. — Объект находится в частичном сдерживании! — Клеф с усмешкой осмотрел столпившуюся у входа мобильную оперативную группу и не выдержал, ядовито прибавил, — не убежит! Присутствие доктора Кондраки во главе МОГ его не удивило — он еще в камере заметил, что в бронированное стекло бьется рой беспокойных бабочек. — Как мило, что ты пришел посмотреть на дело рук своих, — вполголоса обратился Клеф к Кондраки. — Может быть, тебе есть что сказать? — Я разбил голову этого тупоголового Хикса о контрольный пульт и вышиб ему мозги. — Принимаю это в качестве извинения и за вчерашнюю ночь, и за это утро, — Клеф поправил шляпу и вполголоса спросил, — Что, испугался? — Конечно, — Кондраки взъерошил свою бороду, выгоняя оттуда бабочек. — Очень испугался. Перехватив ехидный взгляд Клефа, Кондраки уточнил: — Разумеется, за SCP-682.