-
12 декабря 2015 г., 20:50
Трой не производил впечатления внимательного человека, однако он замечал многое.
Все были влюблены в Коннора Франту. Иногда Трою хотелось рассмеяться от того, насколько до боли правдивой была эта шутка.
Впервые Трой заметил это случайно, в их самую первую встречу. Коннор был в точности таким же, как и в видео: забавным и с приятными манерами, а его глаза были добрыми. Однако непроизвольно Троя немного отпугивала его аура популярного парня в школе. Он был вечно окружен друзьями, и нельзя сказать, что они были грубы к Трою – просто им и не нужно было быть грубыми, чтобы Трой все равно чувствовал себя изгоем. Когда Коннора силком увели за собой шумные парни со скейтбордами, на его лице появилась извиняющаяся улыбка, и Трой уставился вслед его уходящей фигуре.
Позже он узнал, что Коннор был королем выпускного в старшей школе. Трой же обучался на дому.
Когда они были в Сан-Франциско, и Тайлер потащил их всех в гей-бар, Трой уже приучился жить со своей безнадежной, нелепой влюбленностью.
Они все были достаточно пьяными, достаточно молодыми и достаточно симпатичными, чтобы привлекать к себе много ненужного внимания, но Коннор все равно стал тем, кто получил номер бармена, написанный на половинке салфетки. Друг Тайлера широко улыбался Коннору, чуточку чересчур обольстительно – почти угрожающе, если спросите Троя, однако его никто не спрашивал.
Ребяческое сердце Троя исполнило небольшой радостный танец, когда Коннор вежливо проигнорировал все взгляды за весь вечер.
Его глупое сердце скакнуло, когда он увидел половинку салфетки с нацарапанными цифрами, забытую на столе – и он позволил затеплиться крошечному лучику надежды, что, может быть, в этот раз именно он был счастливчиком.
То, как же сильно ему повезло, накатило на Троя во время Видкона.
Они были влюблены, от Коннора так приятно пахло, и они были в разлуке так долго, что Трой не смог отказать себе в такой небольшой роскоши, как взять своего парня за руку. К счастью, в коридоре было практически пусто: они прошли мимо парочки молодых ютуберов, которые выглядели смутно знакомыми, но Трой не знал их имен. Трой понадеялся, что они сохранят их с Коннором секрет – не то что бы это уже можно было считать секретом, впрочем.
Трой похолодел, услышав, как один из них тихо прошептал что-то другому – все равно достаточно громко для того, чтобы Трой разобрал вопрос:
– Ты это видел?
В этом вопросе столь явно было слышно удивление, что глупое сердце Троя кольнуло. Трой знал, что они подумали, потому что он сам задавал себе тот же вопрос каждый день.
Как неловкий, тощий паренек, который даже не мог найти себе пару одинаковых носков по утрам, умудрился заполучить этого красивого парня? Идеального парня, который постоянно недосыпал, потому что искренне хотел звонить ему в конце каждого дня; парня, который никогда не забывал о важных датах и на каждую из них совершал какие-то ужасающе широкие жесты, отчего Трой ласково закатывал глаза; парня, который хватался за малейшую возможность, чтобы перелететь ради него через весь мир?
Ответ на это был до боли прост: он не заполучил его вовсе.
Трой замечал многое. Он замечал, как другие люди смотрели на Коннора.
Тревор – большими глазами, в постоянных поисках его одобрения. Тайлер – задумчиво-осторожно, но очевидно в надежде восстановить ту связь, что у них когда-то была. Киан, обычно – самый настоящий шторм, но при взгляде на Коннора от шторма оставался лишь успокаивающий ветерок.
Чего Трой не замечал – так это того, как Коннор смотрел на него.
***
Коннор ждал. Он мычал в такт песням, которые обещали покорить радио-чарты, и ждал. Он брал интервью у людей на VMAs, представляя, как Трой будет следующим гостем на красной ковровой дорожке, и ждал. Он ждал, когда маленькие клубы превратятся в огромные стадионы. Он ждал, когда твиты от всех Тейлор Свифт в мире превратятся в коллабы. Коннор ждал, когда этот красивый, уникальный, талантливый парень, столь настойчиво желающий все время держать его за руку, наконец поймет то, что Коннор всегда знал. Когда Трою было одиннадцать, он пел вместе с международной поп-звездой перед сотнями и тысячами зрителей. Когда Коннору было одиннадцать, он растил овечек в Миннесоте. Когда они познакомились на Плейлисте, Коннора сразу поразило, каким особенным был этот парень. Он был безмятежным, почти смиренным посреди падких до внимания болтунов, и это был первый раз, когда ему стало немного не по себе из-за своих друзей, которые наспех состряпали оправдание, чтобы увести его от молчаливого парня с чем-то необъяснимым во взгляде. Коннору потребовался почти год, длительные самокопания и один невероятно настойчивый мужчина в гей-баре, чтобы по-настоящему разглядеть Троя. Он всегда замечал, что Трой был симпатичным, это Коннор мог признать. Однако он, скорее, был симпатичным, как котенок, как милый ребенок, как младший друг. Но когда они были в Сан-Франциско, и тот незнакомый мужчина продолжал предлагать Трою напитки и некоторые вещи, которые они могли бы делать вместе, мысленные картины этих вещей были такими ужасными, что у Коннора все внутри закипело. Он попытался выявить момент, когда семнадцатилетний паренек, которого он встретил год назад, превратился в потрясающего, красивого юношу. В итоге, однако, он просто уставился на Троя, который вышел из бара последним с сияющими глазами и довольно бодрым видом. Коннор послал ему улыбку, в которой была надежда. Теперь Трою было двадцать, и он был в середине своего мирового турне, принимая по пути различные музыкальные награды. Когда Коннору было двадцать, он был запутавшимся в своей ориентации ребенком, который учился на не особо интересную специальность в средненьком университете. Прошло девять лет, и они по-прежнему были на настолько разных уровнях, что это было почти смешно. Прямо как когда они гуляли вместе: Коннор не мог поспевать за длинными шагами Троя. Трой был добрым и терпеливым и всегда упорно ждал, когда Коннор догонит его, но однажды – Коннор знал – ему придется оставить его позади. Но затем Трой посмотрел на него с тем странным выражением, как и в их первую встречу, и Коннор забыл о том, как неуютно и не в своей тарелке он чувствовал себя на вечеринке неделю назад – будучи единственным человеком без слуха и голоса посреди самых талантливых музыкантов их поколения. Трой сжал его руку в своей большой ладони, шепча ему всякие нежности успокаивающим тоном – и Коннор забыл о бестактном интервьюере, намекающем на то, что он паразитировал на стремительно развивающейся музыкальной карьере своего бойфренда. Трой накрасил ему ноготь на безымянном пальце левой руки белым лаком, и это выглядело так неаккуратно и ярко – и Коннор забыл тот раз, когда кто-то на Видконе назвал его «забавным» за то, что он держал этого красивого парня за руку. Так что Коннор молча считал дни, когда они были вместе, и благодарил Бога, в которого не верил, за свою удачу. Он ждал того дня, когда Трой перестанет любить его. Вот только он не подозревал, что этот день никогда не настанет.***
– Ты это видел? – Да, это почти забавно, как двое людей могут быть такими идеальными друг для друга. – Думаю, они счастливчики.
